Тот же день, ближе к вечеру — и всё, о чём так боялся Рю Ын Сок, вылезло наружу по полной.
Я сидела в студенческой столовой, уплетала тонкацу и смотрела свежий прямой эфир с пандой, как вдруг на экран легла тёмная тень.
Подняла голову — у раздачи толпа парней с лапшой в руках дружно заняла места у окна и полностью перекрыла солнце. Это была та самая свита Рю Ын Сока. Самого вожака среди них, конечно, не было.
Не пошёл на пару и на обед тоже не явился? Мне, в общем-то, дела нет, но любопытство всё равно взяло верх. Я поставила видео на паузу, тихонько вытащила наушники и сделала вид, что полностью поглощена своим тонкацу. А уши — на максимум.
— Почему Ын Сок на связь не выходит?
— Наверное, стыдно. Когда все уже знают, что он теперь нищий, с нами жрать ему явно не хочется.
— Ему же теперь и свой Мерседес придётся продавать? Говорят, он ещё и в долги влез.
Долги? От одного этого слова я стала жевать медленнее. Он тогда говорил про «бюджетные ограничения», а на деле всё оказалось ещё хуже?
— Я ещё когда он вдруг в общагу переехал, сразу почуял неладное.
— В последнее время даже кофе нам не покупает. Вот что значит, даже богатые могут скатиться.
— Та его квартира-студия была просто огонь… Бедный Ын Сок, наверное, сейчас в полном аду. Я бы на его месте вообще в универе не появился.
Слушай, а они вообще друзья? Каждый день вместе тусуются, а говорят о нём вот так?
— Раньше выпендривался, мол, у меня бабла вагон. А теперь — смотреть не на что.
— Ян Су Бин, наверное, тоже отвалит? Она же явно из-за денег к нему липла.
— Если бы только Су Бин…
— Фух, хоть теперь не придётся слушать, как девчонки вокруг него визжат.
На самом деле причина, почему эти ребята так яростно его поливали, была очевидна.
— Эй, но лицо-то у него никуда не делось. Девчонки, которые только на морду ведутся, всё равно будут бегать.
— Даже если он красавчик, кто захочет с ним встречаться, если мне каждый день придётся его кормить?
— Сын врача Ким До Ван или Рю Ын Сок, у которого только долги остались. Кого бы ты выбрал?
— Конечно, До Вана-оппу.
Мужская иерархия — штука грубая и сразу видна, как у животных.
Пока парень красивый, богатый и популярный — все вокруг сами его носят на руках. Никто не заставляет, они сами ползают на брюхе. Как тот же Ким До Ван, который младшему по возрасту слова поперёк сказать не смел.
Тот, кто на самом верху, разбрасывает деньги, как милость, катает всех на дорогой тачке — и они в восторге, преданно служат. Лестница между ними становится только крепче, и они называют это «дружбой».
А теперь вся эта пирамида, которую возглавлял Рю Ын Сок, с грохотом рухнула.
Раздавать больше нечего — и они моментально сбросили его на самое дно.
Я потеряла аппетит и отложила вилку.
Честно говоря, у меня не было никакого права над ними смеяться. Я ведь тоже, подслушав его разговор, подумала точно так же: «Ага, оказывается, и ты ничем не лучше остальных». У всех есть что прятать.
Разница только в том, что я держала это при себе, а они вываливали всё вслух.
Когда я уже сдавала поднос, телефон коротко завибрировал. Думала, реклама, и хотела просто смахнуть уведомление, но на экране высветился незнакомый значок приложения.
Я несколько раз перечитала короткую строчку, не сразу врубившись:
[Рю Ын Сок (@xrxuseok) отправил запрос на подписку.]
Нажала на уведомление — выскочили две кнопки: синяя «Принять» и серенькая «Игнорировать». Мой палец завис между ними, не зная, куда ткнуть.
Аккаунт я завела тайком, чтобы тихонько подглядывать, а теперь сам объект слежки пришёл и просит дружбу. Ясно, что не для того, чтобы просто полистать мои пустые сторис. Он явно взял меня на прицел и хочет следить.
Я выбрала путь наименьшего сопротивления — просто сунула телефон в карман и пошла на следующую пару. Но полностью выкинуть Рю Ын Сока из головы так и не смогла.
Тело сидело в аудитории, а мозг всё время возвращался то к лавочке под акацией, то к заднему выходу бизнес-корпуса.
Дорога к общаге была вся в зелени. Месяц назад я ещё радовалась, когда ветер трепал вишнёвые лепестки, а теперь из-за бесконечных заданий вообще ничего вокруг не замечала.
На первом этаже общаги был читальный зал. Им почти никто не пользовался, так что вне сессии я там всегда была одна. Даже звонить можно было, не выходя в коридор.
Вместо того чтобы подниматься в комнату, я спустилась в читалку.
С соседкой по комнате отношения были нормальные, но делить маленькое пространство всё равно напрягало. Когда уставала, вместо того чтобы лежать на своей узкой кровати и слушать чужие звуки, я предпочитала либо валяться в пустом читальном зале, либо сидеть под акацией и ловить ветерок.
Напротив читалки через коридор была стеклянная стена спортзала. В начале семестра там яблоку негде упасть, а после промежуточных экзаменов оставались только несколько человек на беговых дорожках.
Сейчас было четыре двадцать две дня — самое странное время, а Рю Ын Сок как раз приседал со штангой на плечах.
Мы встретились взглядами именно в тот момент, когда он с напряжённым лицом поднимал вес.
Рю Ын Сок резко остановился посреди движения, быстро поставил штангу на стойки и широкими шагами пересёк зал.
Опять что-то скажет…
Я быстро развернулась на каблуках и толкнула дверь читального зала. Сегодня и так весь день голова кипела от мыслей о нём, ещё одной допросной сессии мне точно не выдержать.
— Эй.
Низкий голос всё равно догнал меня, но я не обернулась и перешагнула порог.
— Эй, Хон Сан Хи.
Но тут мой рюкзак вдруг за что-то зацепился, и меня вместе с ним потянуло назад.
Рю Ын Сок зацепил пальцем петлю на моём рюкзаке и легко притянул меня к себе.
— Отпусти.
Я не рыба на крючке, чтобы так дёргаться. Даже представлять не хотелось, как жалко я сейчас выгляжу.
— Почему не принимаешь подписку?— Эй, это что за вопрос вообще? — вырвалось у меня.
Угроза «засужу» и то звучала серьёзнее, чем это.
— Отпусти сначала, потом поговорим.
— Сначала ответь.
— Я даже уведомление не видела, поэтому и не знала.
Я соврала, не моргнув глазом.
— Теперь увидела — значит, принимай.
Упрямство у этого парня было просто запредельное.
— А зачем ты меня заставляешь? Не хочу.
Моё упрямство, кстати, тоже было не слабое.
— Я же говорю, аккаунт только для поиска мест. Там даже одной фотки нет, что ты там смотреть собрался?
— Потому что если ты меня не примешь, я не смогу тебе в директ написать.
Зачем ему вообще этот канал связи, я не понимала. Я уже всё объяснила, и он может сам искать, кто разболтал. Мой пустой аккаунт ему точно не нужен.
— Если хочешь что-то сказать — говори сейчас.
Рю Ын Сок крепко сжал губы. Как только ему дали слово, он вдруг замолчал. Рука, которая держала мою сумку, ослабла. Я отвернулась и пошла к своему любимому месту у окна. Но Рю Ын Сок не вернулся в зал, а выдвинул стул рядом со мной и сел.
Он явно не собирался заканчивать этот утомительный разговор — судя по тому, как развернулся в мою сторону. И вряд ли он бросил тренировку, чтобы просто «позаниматься».
— Эй, это же читальный зал.
— Я знаю, что сюда никто не ходит.
Рю Ын Сок фыркнул. Раньше я видела только его мягкую улыбку, а теперь, похоже, маска слетела. То ли потому, что я услышала, как он плакал, то ли просто решил, что передо мной можно не притворяться — он без стеснения показывал своё раздражение.
— Кто-то же постоянно как крыса подслушивает, вот я и проверил заранее самые тихие места. Здесь и в зале — самое безопасное.
Слово «крыса» кольнуло совесть. Я как раз доставала ноутбук из сумки и покосилась на незваного гостя.
— Если уж совсем точно — первой там сидела я. А ты сам пришёл и начал болтать.
— Кто сказал, что ты крыса?
Рю Ын Сок буркнул это, разглядывая мои вещи, которые постепенно захватывали стол. Я уже почти села и с лёгкой надеждой обернулась к нему.
— Значит, ты теперь веришь, что я не разболтала?
— На сто процентов — нет.
Ну конечно. В глубине души он уже понял, что я не виновата. Просто не хочет признавать, что его догадка оказалась ошибкой.
Я оставила его в покое и открыла ноутбук. Появилось пустое окно с названием «Исследование этических кейсов в бизнесе». До дедлайна ещё больше двух недель, но я всегда стараюсь делать задания заранее — так спокойнее.
— Ребята обо мне говорят?
Пока я клала пальцы на клавиатуру, сбоку раздался тихий, подавленный голос. Хотя он лучше меня знал, что в это время сюда никто не заходит, я всё равно невольно глянула через перегородку.
— Что именно?
Что он в долги влез, что теперь девчонки его разлюбят, что он кофе не покупает — и всякое такое.
Ответ у меня был готов, но я его не произнесла. Парень и так уже на дне, не хотелось ещё сильнее его добивать, передавая все эти гадости.
— Я такое обычно не слышу.
— Потому что друзей нет?
— Ага, именно поэтому, — спокойно ответила я, не отрываясь от экрана. — Мне и так нормально.
