Возможность проверить, способны ли люди устрашающего вида из «EL Финанс» вести дела «прилично и в рамках здравого смысла», представилась совсем скоро.
— Мин Ха! На четвёртом драка!
После обеда Мин Ха как раз собирала венки по крупному заказу, когда уходившая за перекусом Ён Хе с криком ворвалась в магазин, заставив её отложить ножницы.
— Драка?
— Ага. Ну те бандиты из «EL Констракшн». Говорят, они прямо сейчас безжалостно избивают господина Кима из закусочной.
Задыхаясь, Ён Хе выпаливала слова как из пулемёта.
Что за чертовщина средь бела дня? Мин Ха не верила собственным ушам.
Сбросив фартук, Мин Ха сломя голову помчалась на четвёртый этаж. Возле закусочной уже толпились знакомые торговцы. Все цокали языками, качали головами и кипели от негодования, но вмешаться никто не решался — на лицах людей читался неподдельный страх.
— Мин Ха, ты пришла? Господи, что же теперь с господином Кимом будет...
Притопывая от волнения, Ким Джин Хи вцепилась Мин Ха в руку. Та протиснулась сквозь толпу вперёд. В первом ряду стоял господин Пэ и как раз пытался пристыдить громил: «Айгу, да что ж вы за люди! Разве можно так с человеком обращаться?» Встав рядом с ним, Мин Ха отлично разглядела происходящее в закусочной.
Первым делом в глаза бросился господин Ким: распластавшись на полу, он вцепился в чью-то штанину и судорожно всхлипывал. Из-за вечных жалоб Ён Хе на странный запах от рыбных лепёшек и ттока Мин Ха почти не заходила в эту закусочную, да и сама по натуре была не слишком общительна, так что толком никогда не разговаривала с хозяином. И всё же видеть его, распростёртого на полу и плачущего, было искренне жалко.
В закусочной царил полный разгром. Немногочисленные столы и стулья валялись в беспорядке, несколько цветочных горшков было разбито — тех самых, с засохшими растениями, которые вечно мозолили Мин Ха глаза, стоило пройти мимо. Мужчины в чёрных костюмах рылись за прилавком, проверяли бухгалтерскую книгу и ворошили кухонную утварь.
— Чё уставились, цирк тут вам? А ну разошлись по своим делам!
Мужчина, который отмахивался от собравшихся, оказался тем самым лысым, которого они недавно видели на втором этаже в «EL Финанс». На этот раз вместо красной футболки на нём был чёрный костюм с чёрной футболкой, придававший ему угрожающий вид. Даже во второй раз его физиономия казалась до жути свирепой. От его взмаха люди на миг отшатнулись, но тут же снова сбились в кучку и с общей тревогой продолжили наблюдать за происходящим.
— Ха, делать людям нечего. Слышь, мужик, в полицию не вздумай звонить. Мы тут работаем.
Он выхватил телефон из рук господина Пэ, оскалив зубы. Лицо господина Пэ побагровело. Прежде чем тот успел взорваться с требованием вернуть телефон, Мин Ха, натянув дежурную улыбку, шагнула вперёд.
— Простите. Он вовсе не в полицию собирался звонить.
Она непринуждённо забрала телефон, снова виновато поклонившись, и мужчина, недовольно смерив её взглядом, отошёл в сторону разгонять остальных зевак.
— Всех этих ублюдков надо в лагеря загнать, чтоб мозги вправили. Мусор поганый.
Господин Пэ заскрежетал зубами и процедил ругательство, но, видимо, всё же понимая опасность, голос повышать не стал. Мин Ха вернула ему телефон. Ей хотелось, чтобы он хотя бы сейчас постоял тихо: она слишком хорошо знала, до какой степени наглости способны дойти подобные люди.
И тут раздался совсем иной голос. Низкий, бархатный, он мгновенно приковывал к себе внимание.
— Ну чего вы вцепились, уважаемый? Брюки же помнёте.
Только теперь Мин Ха смогла разглядеть человека, за чьи штаны цеплялся и перед кем унижался господин Ким. В отличие от остальных громил, этот был одет в чёрный спортивный костюм и стоял вразвалку, небрежно засунув руки в карманы. Он с явным отвращением выдернул ногу, и на его лице читалось неприкрытое раздражение. Внешность у мужчины была настолько броской, что оставалось только удивляться, как Мин Ха не заметила его сразу.
— Господин Кан! Дай мне отсрочку хотя бы ещё на месяц! Я обязательно найду деньги, умоляю, не поступай так со мной...
— Вы и в прошлом месяце то же самое заливали. Я что, лох конченый, чтобы опять вам верить?
Его улыбающееся лицо было привлекательным, словно у актёра с телеэкрана. Вот только в расслабленной мимике и в глазах, полных скуки, витала необъяснимая опасность. Развязная манера речи тоже делала его облик отталкивающе вульгарным. Волосы были влажными и растрёпанными, а в чёрные шлёпанцы он сунул босые ноги — на фоне повисшего напряжения один лишь этот мужчина казался вызывающе расслабленным. Странный вид. Встреть Мин Ха его на улице, то приняла бы за красивого местного бездельника, а вовсе не за бандита.
— Босс. Вот, держите.
Мужчина в чёрном костюме подошёл к тому, кого назвали господином Каном, и протянул чёрную тетрадь — бухгалтерскую книгу с выручкой, найденную за прилавком. Тот взял её и небрежно пролистал несколько страниц. Крупные руки удивительно контрастировали с обстановкой: пальцы были бледными и длинными, но с рельефными суставами, отчего кисти казались красивыми. Буквально всё в этом человеке выглядело странно и не вязалось с творящимся насилием.
— В прошлом месяце убытки, в позапрошлом убытки. С самого начала года сплошной минус. Если уж на то пошло, закрыли бы лавочку, на кой чёрт за неё держаться? А-а, я с вас просто хренею. Вы считать вообще не умеете?
С раздражением пролистав ещё пару страниц, он едва ли не швырнул тетрадь обратно подручному.
— Господин Кан! Только не эту закусочную! Это всё моё имущество! Если меня отсюда выгонят, мне податься некуда! Умоляю тебя, дай ещё хоть немного времени!
Господин Ким снова вцепился в его штанину и истошно завопил. И в этот миг мужчина, чьё лицо до сих пор выражало лишь скуку, лень и лёгкое раздражение, наконец нахмурился и явил свой истинный гнев. Стоя в первых рядах, Мин Ха воочию увидела, насколько жутким стало его лицо. Он всё ещё улыбался, но от него повеяло откровенной жаждой крови. По спине у неё пробежали мурашки.
— Сказал же, не трогай мои штаны. Терпеть не могу, когда ко мне прикасаются.
Мужчина пнул господина Кима ногой. Точнее, скорее оттолкнул подошвой, но господин Ким с громким стоном отлетел в сторону. Толпа торговцев тут же разразилась криками и возмущённым гулом. По сравнению со словами Ён Хе о том, что «господина Кима безжалостно избивают», уровень насилия оказался куда скромнее, однако для охваченных ужасом людей этого было более чем достаточно.
Холодный взгляд мужчины скользнул по толпе. Одного этого взгляда хватило, чтобы все мигом замолчали. Его глаза мазнули и по стоявшей впереди всех Мин Ха. От него исходила столь острая, опасная аура, что она затмевала даже его привлекательную внешность. Жажда крови, исходившая от этого человека, хлестала с такой силой, с какой Мин Ха не сталкивалась даже в пору своей профессиональной спортивной карьеры.
— Дорогие арендаторы комплекса EL, добрый день. Я Кан До Ёль из «EL Финанс». Наш господин Ким Док Хо, не имея за душой ни хуя, набрал неподъёмных долгов у ростовщиков и выкупил эту торговую точку. Поскольку мы не можем получить даже проценты, не то что основной долг, нам пришлось прибегнуть к принудительному взысканию, так что прошу отнестись с пониманием. Я ведь тоже простой предприниматель, который из кожи вон лезет, лишь бы не пойти по миру.
Закончив речь тоном, в котором не звучало ни малейшей просьбы о понимании, мужчина кивнул, и двое амбалов подняли стонущего на полу господина Кима и поволокли прочь. Никто не осмелился вмешаться.
— А ну разойдитесь! Дорогу!
Лысый расчистил дорогу, и следом за ним неспешной, вальяжной походкой двинулся Кан До Ёль. Когда он поравнялся с Мин Ха, до неё донёсся резковатый запах парфюма — прохладный и свежий, но от него лишь похолодело внутри. Вблизи мужчина, чей рост явно превышал метр восемьдесят, подавлял своей мощью ещё сильнее.
— К-куда вы, к-к-куда вы тащите господина Кима?!
Тут господин Пэ храбро подал голос. Мин Ха бросилась было остановить его, но мужчина среагировал быстрее и перевёл взгляд на них обоих. Чернильно-чёрные зрачки словно поглощали сам свет, и в них не читалось ничего, кроме непроглядной скуки. Оказавшись лицом к лицу с его точёными, безупречно гладкими и пугающе холодными чертами, Мин Ха затаила дыхание — точь-в-точь травоядное, застигнутое хищником.
Если на господина Пэ нападут, сможет ли она дать отпор? Мин Ха давно забросила спорт и не была в себе уверена. Сгладить ситуацию или отшутиться дежурной улыбкой, как обычно, сейчас тоже вряд ли вышло бы. Господин Пэ был единственным из старших, кто всегда от всего сердца помогал, если в цветочном магазине случались неприятности. Правда, из-за привычки совать нос во все чужие дела он порой выкидывал вот такие непредсказуемые коленца.
Пока в голове вихрем кружили тревожные мысли, мужчина вдруг усмехнулся.
Его красивое лицо сразу ожило и посветлело, но от этого показалось лишь ещё более жутким.
— Да куда его тащить? Спустимся в офис на втором этаже, поговорим серьёзно. Нечего посреди прохода спектакли устраивать, неприглядно это. Да и другим уважаемым арендаторам торговать мешаем.
Мин Ха заметила, что в его глазах не было ни тени веселья. Уж лучше бы он вообще не улыбался, подумала она.
— Понадобится кредит — заходите на консультацию.
Он пошарил в кармане олимпийки и выудил визитку. Господин Пэ брать её отказался, и тогда мужчина сунул её Мин Ха. Та машинально взяла. Плотная, лощёная бумага казалась чужеродной на ощупь.
[EL Финанс. Генеральный директор Кан До Ёль.]
Пока Мин Ха молча разглядывала весьма изящный дизайн визитки на плотной белой бумаге, мужчина, насвистывая, зашагал прочь. Вся шайка быстро снялась с места, будто ничего и не произошло.
— И зачем ты её взяла?!
Господин Пэ с отвращением выхватил визитку из рук Мин Ха, скомкал её и швырнул на пол.
Едва незваные гости скрылись, среди торговцев поднялся взбудораженный гомон. Все наперебой кляли «EL Финанс» за подобные методы и со страхом гадали, что же ждёт их дальше.
Валявшаяся на полу скомканная визитка напоминала униженно молившего о пощаде господина Кима. Новый управляющий от «EL» оказался благообразным лишь с лица — дела он вёл отнюдь не прилично и уж точно далеко за рамками здравого смысла.