Контент удален!

1 - 7

Дорога домой после работы прошла в гнетущей тишине. Ни одна из них так и не проронила ни слова. Лишь оказавшись в прихожей, Ён Хе остановила Мин Ха.

— Перестань, хватит уже. Я ведь нарочно тебе ничего не говорила — боялась, что ты так взбесишься. С долгом я расплачусь сама.

— Ты сдурела?

Она совершенно не понимала подругу, собиравшуюся покорно выплачивать все шестьдесят миллионов вон. Мин Ха, в своё время с бульдожьей хваткой заставившая собственного отца закрыть свои долги до единой воны, никогда бы не приняла подобного поступка.

— Даже если отец вернётся, он не сможет сразу работать. Я ни разу не видела, чтобы он хоть за что-то держался подолгу. В конце концов, мне всё равно придётся ему помогать.

— Значит, пусть хоть органы продаёт.

От столь беспощадных слов на лице Ён Хе отразился шок.

— Мин Ха, ты...

— Чо Ён Хе. Очнись. С той самой минуты, как он заварил эту кашу, этот урод тебе не отец, а враг. Чего бы это ни стоило, заставь его лично расхлёбывать то, что он натворил.

Ледяным тоном отчеканила Мин Ха. Ён Хе ничего не ответила и ушла к себе в комнату — она прекрасно знала, что упрямство разъярённой Пак Мин Ха переломить невозможно.

— Тьфу ты. Ну и дура.

Слова о продаже органов не были пустой угрозой. С какой стати человек должен тащить на себе ярмо чужих долгов и расплачиваться за то, в чём ни капли не виноват?

Вернувшись в комнату, она приняла душ и легла в постель, но в голове снова и снова звучали слова директора Кан До Ёля: мол, если хотите узнать, что случится с вашей шкурой, давайте дойдём до суда. Перед глазами стояло и его лицо — ледяное, безжалостное.

Одни только проценты — миллион шестьсот семьдесят тысяч вон. И даже если исправно выплачивать эту дань целый год, к основному долгу они так и не прикоснутся. Куда вообще можно было деть занятые у ростовщиков сорок миллионов вон, было ясно и без лишних расспросов. Наверняка всё до копейки просадил в азартные игры.

Во что бы то ни стало нужно было найти господина Чо Юн Дока.

Она не могла позволить Чо Ён Хе тащить эту непосильную ношу в одиночку.

Но вопреки отчаянному положению поиски Чо Юн Дока топтались на месте. Несмотря на кругленькую сумму в два миллиона вон, уплаченную детективному агентству, сыщики лишь невнятно развели руками: след оборвался где-то в Чхунчхондо. Смущённый детектив вернул половину задатка, и на эти деньги Мин Ха обратилась в другую контору, но результат оказался в точности таким же.

Тем временем неумолимо приближался следующий день выплаты. Месяц пролетел куда быстрее, чем казалось: пока Мин Ха с головой уходила в работу, слушала, как господин Пэ и Ким Джин Хи клянут «EL Финанс», разыскивала господина Чо Юн Дока и перебирала всевозможные выходы, время пронеслось в одно мгновение.

Ни господину Пэ, ни Ким Джин Хи они с Ён Хе так и не решились рассказать о свалившейся на них беде. Язык не поворачивался признаться перед людьми, которые искренне презирали владельца закусочной господина Кима, причитая: «Как бы ни прижало, как вообще можно было додуматься связаться с ростовщиками?» К тому же было очевидно, как сердобольный господин Пэ начнёт изводить себя переживаниями.

— Не будем переводить деньги на счёт, пойдём к ним сами.

Объявив это Ён Хе, которая с самого утра робко ловила каждый её взгляд, Мин Ха отряхнула фартук и поднялась. Поскольку каждое утро приходилось ездить на рынок за свежими цветами, в сейфе магазина всегда держали немного наличности. Отсчитав оттуда миллион шестьсот семьдесят тысяч вон, она сунула их в карман фартука.

— Зачем?

— Надо кое-что спросить.

— Тогда я сниму свои деньги.

— Снимешь потом и вернёшь в кассу. Я не настолько безмозглая, чтобы гасить долги твоего отца из общих денег.

От этих колючих слов Ён Хе едва не расплакалась, но промолчала. С тех пор как подруга заявила, что выплатит долг сама, между ними витал ощутимый холодок.

Не решаясь остановить шагнувшую за порог Мин Ха, Ён Хе поплелась следом. Обеденное время уже прошло, и вокруг стояло затишье. На втором этаже, куда они не спускались уже давно, было так же безлюдно. Если не считать нескольких человек на тренажёрах, в чимчильбане посетителей почти не было, а зал экранного гольфа и вовсе оказался закрыт на плановый выходной.

А в самом конце коридора находилось их логово. Офис «EL Констракшн» стоял наглухо запертый и тёмный, зато из расположенного дальше «EL Финанс» доносился шум и гам. Несмотря на светлое время суток, вывеска ярко горела.

Мин Ха сделала глубокий вдох.

— Мин Ха, что ты хочешь спросить? Давай я просто переведу деньги, пойдём назад...

Раньше Ён Хе сама рвалась сюда поглазеть на бандитов и специально приходила смотреть на их офис, а теперь, сжавшись от страха, жалобно шептала подруге на ухо. Но от этих слов Мин Ха лишь окончательно утвердилась в своём решении.

Она решительно открыла дверь офиса — совсем не к месту раздался чистый перезвон колокольчика. Несмотря на вошедших, шум внутри ничуть не стих. Помещение оказалось просторнее, чем представлялось: длинная стойка прямо у входа пустовала, а на стеллаже напротив красовались всевозможные кубки и сувениры. В глубине, за этим стеллажом, на широком диване в развязных позах сидели мужчины и резались в хвату.

Офис тонул в табачном дыму. Гвалт, мат и сизый чад. Девушки растерянно замерли на пороге, не зная, что делать, как вдруг из-за стеллажа показался мужчина.

— Вы чего-то хотели?

Говоривший с провинциальным акцентом парень выглядел совсем юным — от силы чуть за двадцать, однако цветочная татуировка, выглядывавшая из-под майки, не оставляла сомнений: он был одним из подручных «EL Финанс».

— Чего надо, я спрашиваю?

В его голосе сквозило раздражение. Тем временем среди игравших в карты мужчин раздался громкий вопль.

— Да с первой руки так выйти нереально! Старшой, ты опять смухлевал, что ли?

— Слышь, щенок, ты за базаром-то следи! Прекрасно зная, что ты во все глаза пасёшь и чуть что вони не оберёшься, на кой хрен мне мухлевать? Да при таком раскладе я и с закрытыми глазами без всяких трюков выиграю, придурок.

— Блядь, пиздец... Кван Пхаль, подойди глянь! Разве так бывает?!

Стоявший перед Мин Ха и Ён Хе парень прошёл за стеллаж и, присвистнув от восхищения, принялся подсчитывать очки.

— Ого, ну-ка глянем. Старшой, тут красные ленты, двойные карты...

Пока мужчины препирались, отдавать деньги или нет, и крыли друг друга отборным матом, Мин Ха с Ён Хе оставалось лишь стоять столбом, чувствуя себя совершенно лишними. Ён Хе без конца шептала подруге, умоляя вернуться в магазин, но та упорно высматривала знакомое лицо. И наконец заметила лысого. Тот стоял за стеллажом и с ухмылкой наблюдал за игрой, но, встретившись взглядом с Мин Ха, вразвалочку направился к ним. Девушка даже испытала облегчение при виде знакомой лысины — как-никак, они виделись уже несколько раз, а торчать вот так посреди офиса в полной растерянности было невыносимо.

— О, хозяйки цветочного! Какими судьбами к нам в офис? В прошлый раз я вас так звал заглянуть, а вы ни в какую.

— Пришли внести платёж.

— Номер счёта позабыли, что ли?

От густого сигаретного дыма щипало глаза. Ён Хе не сдержалась и тихонько закашлялась. Заметив это, лысый затушил зажатую в зубах сигарету о пепельницу рядом со стеллажом.

— Нет, просто хотели кое о чём спросить.

— Да о чём тут спрашивать-то? В бумаге ж все условия займа подробно расписаны.

— Я о другом.

Лысый впился в Мин Ха цепким взглядом, словно пытаясь разгадать её намерения. Мин Ха изо всех сил старалась не отводить глаз.

— Я чисто по-человечески вас пожалею и предупрежу: перед нашим директором язык не распускайте. В прошлый раз всё по-хорошему обошлось, но шеф наш — человек страшный. Раз уж взяли деньги, просто живите по простому правилу: взял — отдай без фокусов. Мне и самому не хочется, чтобы молодые девчонки хлебнули лиха.

Услышав про «по-хорошему обошлось», Мин Ха едва не фыркнула от возмущения, но сдержалась и изо всех сил попыталась изобразить покорность.

— Я не говорю, что мы отказываемся платить.

— А что тогда?

Неожиданный голос раздался откуда не ждали. Мин Ха вздрогнула и обернулась. И тут же встретилась взглядом с директором Кан До Ёлем, который возвышался прямо за её спиной и смотрел на неё сверху вниз. Иссиня-чёрные глаза с аккуратным разрезом неотрывно буравили её лицо. В воздухе повеяло всё тем же прохладным ароматом его парфюма.

Мин Ха повернула голову в поисках Ён Хе, которая только что стояла позади неё. Та уже забилась в угол, трясясь мелкой дрожью, и выглядела так, будто вот-вот грохнется в обморок. Вообще-то она отродясь не была такой трусихой — видимо, за то время, что они завязали со спортом, её смелость окончательно сошла на нет.

— Шеф, вы вернулись?

Лысый сконфуженно поклонился. Вслед за ним игроки один за другим поднялись со своих мест, хором приветствуя босса: «Здравствуйте, шеф». Ворчание проигравшего, шорох собираемых карт, торопливый шёпот с требованием поскорее отдать выигрыш... Но сквозь весь этот шум Мин Ха не сводила глаз с Кан До Ёля. Да и тот не отрываясь смотрел только на неё.

— Ну так что, хозяйка? Говорите. Если пришли не отказываться от выплат, то зачем?

Он усмехнулся. Вдоль позвоночника Мин Ха пополз уже знакомый холодок — мороз по коже, который всегда продирал её рядом с этим человеком. Его аура подавляла. Но вместе с тем Мин Ха ощутила, как внутри шевельнулся былой спортивный азарт. Тот самый привычный дух соперничества, который перед лицом сильного противника неизменно подстёгивал её волю к победе.

Она умело скрыла эти чувства.

— ...Сначала возьмите деньги.

Она протянула мужчине пачку наличных, которую прятала в кармане фартука. В глазах Кан До Ёля на мгновение вспыхнул алчный огонёк.

— О, наличка.

Он взял пачку и, даже не пересчитывая, небрежно запихал её в бумажник, вытащенный из заднего кармана брюк. Помимо денег Мин Ха, тот был под завязку набит банкнотами. Было заметно, как давящее, острое напряжение вокруг него тут же спало. До чего же падкий на деньги тип. Вопреки холёной внешности — форменное вульгарное зверьё.

— Раз уж мы заплатили наличными, выпишете расписку?

— Чэ Чхун, выпиши квитанцию.

Кивнув, мужчина небрежно бросил приказ лысому. Похоже, того звали Чэ Чхун.

— Ну, бывайте. А за наличку и впредь отдельное спасибо.

Видя, что Кан До Ёль собирается спокойно пройти мимо, Мин Ха занервничала. Ведь она так и не заговорила о том, ради чего на самом деле спустилась в этот офис.

— Постойте!

Она выкрикнула это так громко даже для самой себя, что все мужчины в офисе и лысый, уже шагавший к столу за квитанцией, разом уставились на неё. Кан До Ёль тоже замер.

— Вы людей тоже разыскиваете?

В офисе повисла тишина. Первым опомнился лысый. Чэ Чхун зашевелился и принялся с грохотом открывать и закрывать ящики стола, что-то выискивая. На фоне этого шума Кан До Ёль расплылся в улыбке.

— Само собой. Дорогая клиентка.

Мин Ха только успела подумать, хоть бы он прекратил это своё издевательское «клиентка», как мужчина вытянул руку и показал ей раскрытую ладонь. Длинные, холёные пальцы плавно качнулись перед её глазами. Что это значит? Пока опешившая Мин Ха терялась в догадках, Кан До Ёль чуть наклонился вперёд, поравнявшись с ней взглядом.

— Всего за пять миллионов вон к вашим услугам.

Его ухмыляющаяся физиономия выглядела омерзительно — словно у ненасытного денежного беса.