Фирентия чувствовала себя странно.

Она смотрела на особняк Ангенас.

Особняк, слишком большой даже для центра столицы, уже был пуст.

Ценные вещи были изъяты. Осталась лишь мебель, которую хотел использовать следующий владелец особняка.

Фирентия слегка повернула голову и посмотрела на людей, собравшихся перед особняком Ангенас.

Сотни людей, как аристократов, так и простолюдинов, теснились вокруг особняка, чтобы заглянуть внутрь.

Это и правда странно.

Я видела подобную сцену в своей прошлой жизни.

Сцена, где собралось бесчисленное количество людей, чтобы увидеть конец известной семьи.

Единственная разница заключается в том, что тогда была семья Ромбарди, а сейчас это Ангенас.

И именно я, Фирентия Ромбарди, создала эту разницу.

– Могу ли я?.. – спросил её чиновник из императорского дворца.

Лишь тогда Тия осознала, что многочисленные взгляды направлены на неё.

Взгляд Фереса был одним из них.

Судьба семьи Ангенас была связанна с тем, что император Джованес назначил Фирентию ответственным за них, поэтому окончательное решение также принимала именно она.

– Закрывайте.

По приказу Фирентии имперские рыцари толкнули тяжёлые железные ворота.

Скр-и-и.

Людей Ангенас выгоняли из особняка или арестовывали.

Поэтому всего за несколько недель железные ворота заржавели и стали издавать громкий шум.

Едва железные ворота были закрыты рыцарями с невыразительными лицами, как они обвили их ручки толстыми цепями.

Бум, – в конце большой висячий замок с изображённым на нем гербом императорской семьи запер ворота особняка Ангенас.

Любой, кто откроет эти ворота без разрешения императорской семьи, будет обвинён в государственной измене.

– Тц-тц, – аристократы вокруг цокали языками и перешёптывались.

– В итоге Ангенас разорены, – цинично сказал какой-то аристократ.

– Я знал, что всё так обернётся.

Были и такие люди.

Фирентия посмотрела на пустой, мёртвый особняк Ангенас и улыбнулась.

Что ж, разве в действительности кто-то ожидал, что подобное произойдёт?

В схватке между Фересом и императрицей ожидаемым победителем была императрица.

Если опросить сотню людей, можно было бы услышать, как все они говорят, что кронпринцем станет Астана.

– Заместитель лорда Ромбарди, – позвал её после этого Ферес. – Всё в порядке?

Это был немного нестандартный вопрос.

Однако Тия знала, что он имеет в виду.

– Я увидел всё, что должен был, и теперь ухожу.

– Хм, спина болит от долгого стояния.

Когда Ферес приблизился, все аристократы, собравшиеся вокруг Фирентии, разбежались.

Из-за этого случая всё больше и больше людей боялись Фереса.

Это было хорошо для него, которому вскоре предстояло стать кронпринцем.

Страх быстро приводит к могущественной имперской власти.

– Заместитель лорда? – Фирентия не ответила, смотря в никуда, поэтому Ферес снова позвал её.

И его взгляд был переполнен беспокойством.

Почему все так боятся Фереса? – думала Тия, смотря в его глаза.

Мой мальчик не укусит, если первым не прикоснуться к нему.

– Я в порядке. Как Его Высочество принц?

Сегодня, когда Ангенас официально заплатили за свои грехи, также был день, когда победа Фереса приближалась к концу.

– Отлично, – ответил Ферес с освежающим цветом лица. – Я намерен от имени императора Джованеса внести официальное предложение совету аристократов об исключении семьи Ангенас из реестра аристократов.

Точно. Ты именно такой.

Идеальная чистая финишная прямая.

Традиционно месть должна полностью искоренять и отбрасывать врагов, чтобы они не могли прорасти снова.

Фирентия улыбнулась Фересу:

– Я добавлю в это свою силу.

Совет аристократов – моя область.

– Тогда могу ли я проводить вас до кареты? – сказал Ферес, вежливо протягивая руку.

Они были рядом с каретой Тии.

Но почему-то ей казалось, что она слышала звук активно виляющего чёрного хвоста.

Тия спокойно вложила свою руку в протянутую ей ладонь Фереса.

Когда они начали идти вместе, естественно, все взгляды людей были прикованы к ним двоим.

И это были довольно любопытные взгляды.

Правда или ложь?

Фирентия с Фересом продолжали сохранять вежливое и деловое отношение друг к другу.

– Сегодня ты ещё прекраснее, Тия, – сказал Ферес низким голосом, чтобы другие не могли услышать. – Что у тебя с расписанием на сегодня? – спросил Ферес, когда закрыл дверь кареты, в которой ехала Фирентия.

– Я решила поужинать с отцом.

В последнее время я не видела лицо отца.

Я занята, а отец тоже очень занят.

Поскольку сейчас зима, работа в Шэсай не должна быть слишком загруженной.

– Хм-м, – подумала Тия, прищуриваясь.

Если подумать, это немного подозрительно?

*****

В то же время.

В особняке Ромбарди происходила встреча вассалов.

В этом не было ничего особенного, потому что это была встреча, которая проводилась регулярно каждый месяц.

Ромбарди развивалась хорошо, без проблем.

– Отлично, – удовлетворённо произнёс Рулак, получив отчёт от каждого из своих вассалов.

Гордость также мелькала на лицах лордов вассальных семей, смотрящих на Рулака.

– Цвет Вашего лица сегодня выглядит лучше, милорд, – сказал лорд Ремабау, Вилкэй, выглядя счастливым.

– Хм, вот как? – спросил Рулак, и все остальные вассалы согласно закивали.

– Должно быть, это потому, что я отлично отдохнул, пока Тия заботится обо всех делах, – с довольной улыбкой сказал Рулак.

– Слава богу, милорд.

– Точно, точно. Слаба богу. Всё просто отлично, – Рулак посмотрел на лордов вассальных семей, сидящих вокруг длинного стола, и сказал. – Сегодня последняя встреча со мной на месте лорда.

Растерянность, печаль, сожаление.

На лицах вассалов отразились разные эмоции.

– Думаю, мне повезло, что я смог довести работу до самого конца, сохранив свой разум и здоровье, – искренне сказал Рулак. – Хо-хо, почему у вас всех такие лица?

– Но милорд…

– Я крайне счастлив от этого. Вы тоже не должны корчить такие лица! – и прямо добавил Рулак. – Было время, когда я очень боялся. Если рухну я, не рухнет ли и Ромбарди? Были дни, когда я не мог чувствовать себя спокойным при этой мысли, – вспоминая эти далёкие дни, он улыбнулся. – Но больше у меня нет подобного бремени.

Сердце Рулака было таким лёгким, словно он мог летать.

Облегчение умножалось при виде Тии, прекрасно выполнявшей работу заместителя лорда в течение последних нескольких недель.

Не было ни страха, ни беспокойства по поводу передачи места лорда семьи Ромбарди.

– Мне очень повезло, – оценил свою ситуацию Рулак.

Я счастливчик.

Надеюсь, что в лордах Ромбарди будет ещё не один человек, который уйдёт так же уверенно, как я, – подумав так, Рулак выпрямился и поправил одежду:

– Я действительно хочу воспользоваться этой возможностью, чтобы передать вам чувства своего сердца. Прошу поддержать мою внучку в будущем.

Сегодня последний день, когда я сижу здесь.

Правление в качестве лорда, длившееся десятилетиями, пришло к концу.

– Я просто хочу сказать, что было здорово работать на протяжении этих многих лет с вами. И я благодарен вам, – сказав это, Рулак опустил голову.

Со всей благодарностью, которую не мог выразить словами.

И когда он снова поднял голову, Рулак на мгновение потерял дар речи.

– …Благодарим за Вашу тяжёлую работу, милорд.

Потому что все вассалы поднялись со своих мест и низко кланялись Рулаку.

С улыбкой на лице Рулак запомнил лицо каждого из своих вассалов одно за другим.

– Спасибо вам всем.

Так закончилась встреча Рулака и вассалов Ромбарди.

И, когда Рулак встал со своего стула, он был мысленно поражён.

Потому что его тело было очень лёгким, словно он и правда сбросил груз.

– Хо-хо, – кивнув, Рулак направился вперёд, заложив руки за спину. – Те, кто не занят, могут поужинать со мной.

Выглянув в окно коридора, он увидел, как тёплый солнечный свет заливает особняк.

– Сегодня очень хороший день.

*****

– Ты готова, Тия? – услышала Фирентия осторожный вопрос отца из гостиной.

– Да, готова! – ответила Тия, в последний раз посмотрев на своё отражение в зеркале.

Надеть сдержанную, не похожую на наряд аристократки одежду.

Это было тем, что Галлагер попросил сделать дочь.

Поэтому Фирентия выбрала самое скромное коричневое платье из готовой одежды «Магазина одежды Галлагера», не имеющее никаких украшений.

– Иду, папа!

– А…

Но когда Тия вышла в гостиную, выражение лица её отца стало немного странным.

Галлагер смотрел на неё слегка хмурыми зелёными глазами.

– Что такое?

– Смотря на тебя такую, я понимаю, что Тия очень похожа на свою маму.

– Я?

Я видела портрет мамы.

Она красивая женщина, но я больше похожа на своего отца.

– Да. Очень сильно, – но в глазах Галлагера Фирентия выглядела копией своей матери.

А ещё они отражали очень глубокую тоску.

– Ну что, идём? – сказал Галлагер, отворачиваясь, словно желая скрыть её.

– Тогда нужно подготовить карету…

– Нам необязательно делать это, Тия, – озорно рассмеялся Галлагер, – Потому что мы сегодня собираемся гулять пешком.