Контент удален!

Страшно идти одной по улице ночью.

Страшно ехать в лифте наедине с незнакомым мужчиной.

Страшно, когда к тебе домой заявляется незнакомец, если ты живёшь одна.

В мире слишком много страшного.

Я трусиха. Мои мысли всегда скатываются к худшему сценарию.

Стоит мне во время ночной прогулки встретить мужчину, чьё лицо скрыто бейсболкой или маской, как меня тут же охватывают зловещие фантазии.

О том, что он выхватит нож и бросится на меня…

В реальности такого не бывает. Ни разу не случалось.

И всё же, пока мужчина не скроется из виду, я не могу отделаться от этих жутких мыслей. Это доходит почти до паранойи.

Однажды мне захотелось превратить эти фантазии в роман. Фантазии о том, как меня убивает незнакомец.

Думаю, мне хотелось облечь свой страх в вымысел, потому что представить такое в реальности было слишком жутко.

Однако даже в романе мне не хотелось умирать от рук урода. Уж если умирать, то красиво — звучит, конечно, так себе, но чувствовала я именно так.

Поэтому я сделала убийцей дьявольски красивого мужчину.

Но тут возникла проблема с жертвой. То есть со мной.

Поразмыслив, я поняла, что не хочу умирать даже на страницах книги. Как-то это неприятно.

Поэтому я решила создать вымышленную героиню вместо себя.

Однако, пусть это и был вымысел, я не хотела, чтобы убивали невинную женщину. В чём она виновата?

Раз так, пусть умирают грешники. С этой мыслью я сделала жертвой злодейку.

Мой первый роман ужасов, написанный по такой схеме, стал настоящим хитом.

Он назывался «Бесконечная ночь».

Это была история о серийной убийце, которая раз за разом выходила замуж и убивала своих мужей, пока не получила отпор и не погибла от рук мужчины по имени Чу Угым.

Чу Угым. Увидев это имя, вы наверняка всё поняли. Да, я просто замаскировала слово «смерть» под корейское имя. У меня совершенно нет таланта придумывать имена.

Я и сама не ожидала, что мужчина с таким нелепым именем поразит читательниц от двадцати до сорока лет в самое сердце, словно меткий стрелок. Знай я это заранее, сходила бы в агентство по подбору имён.

«Бесконечная ночь» переиздавалась снова и снова, разойдясь тиражом более чем в миллион экземпляров, и издательство попросило меня написать серию с Чу Угымом в главной роли.

Повторюсь: жанр «Бесконечной ночи» — ужасы. Это значит, что роль Чу Угыма сродни роли призрака, зомби, пришельца или безумного серийного убийцы.

Чу Угым был охотником, поэтому никак не мог стать главным героем.

Читательницы сходили с ума по охотнику Чу Угыму, и издательство прекрасно это понимало. Поэтому их просьбу следовало трактовать так:

«Пожалуйста, напишите серию, в которой главные герои будут погибать от рук Чу Угыма».

У меня не было причин отказываться. Кто в здравом уме откажется от золотых гор?

Я с энтузиазмом принялась строчить продолжения. «Пленённая ночь», «Кровавая ночь», «Воющая ночь» и так далее… Так на свет появилась серия «Ночь».

Рассказчики в серии «Ночь» постоянно менялись, но убийца оставался прежним. Чу Угым и был настоящим главным героем этой серии.

Каждая новая книга из серии «Ночь» становилась бестселлером. Я, как автор, тоже в одночасье стала суперзвездой.

На меня посыпались просьбы об интервью и предложения выступить с лекциями, но я отказывалась от всего. Более того, я даже не раскрывала свою личность.

Да. Я анонимный автор.

Как писательница в жанре ужасов, я использую псевдоним Мун Сонвон, который звучит абсолютно по-мужски. Если убрать согласные в конце слогов из моего псевдонима, получится его истинный смысл.

Мне страшно.

Единственная подруга, знающая, что я и есть Мун Сонвон, автор серии «Ночь», усмехаясь, говорила:

«Главная трусиха Кореи — и самый авторитетный автор корейских ужастиков. Ирония судьбы, не иначе».

Настоящее имя главной трусихи Кореи и светила корейских ужасов — Ха Чиан. Мне двадцать девять лет. Я не замужем.

У меня есть и основная профессия — учительница старших классов. Хоть я и сколотила состояние на серии «Ночь», отказываться от преподавания совершенно не собираюсь. Безопасность превыше всего.

Дин-дон.

Я вздрогнула от неожиданности. Пожалуй, добавлю в свой список ещё один пункт. Звонок в дверь посреди ночи — это страшно.

Вслед за этим послышался глухой стук поставленной на пол коробки и удаляющиеся шаги. Курьер. Уже одиннадцатый час, трудятся же люди допоздна.

Затаив дыхание от предвкушения, я направилась в прихожую. Ко мне должна была прийти только одна посылка.

Клавиатура.

Та, которую я так сильно хотела, но нигде не могла достать, потому что её сняли с производства. Я случайно наткнулась на неё на зарубежном сайте подержанных вещей и сразу же купила. Доставка заняла неделю, но даже ожидание было сладким.

Прежде чем открыть дверь, я накинула цепочку. Мало ли что. Вдруг там под видом курьера поджидает грабитель…

Приоткрыв дверь и выглянув наружу, я никого не увидела. У порога лежала лишь длинная плоская коробка. Я тут же затащила её в дом.

А теперь — торжественная церемония распаковки.

С колотящимся сердцем я открыла коробку, и вот она — клавиатура моей мечты.

Лаконичный чёрный дизайн, чёткий щелчок клавиш.

В ней не было ни единого изъяна, но больше всего радовало её состояние.

Невероятно чистая и целая, даже не верилось, что она подержанная.

Отлично. Нужно немедленно её опробовать.

Я отключила старую клавиатуру и подсоединила новую к компьютеру. Открыв пустой документ, я в задумчивости уставилась на белоснежный экран.

Я собиралась писать новую часть серии «Ночь».

С какой сцены начать?

Мастер ужасов Мун Сонвон славился тем, что умел вплетать страх в повседневность.

Нужно превратить обыденную ситуацию в жуткую.

Как только я это решила, в голову пришла отличная идея. Губы сами собой растянулись в улыбке.

Я застучала по клавишам.

[Лязг, лязг, лязг. Дверная ручка бешено задёргалась.]

В тот самый миг, когда я поставила точку, за спиной раздался громкий лязг.

Я подпрыгнула от неожиданности. Резко обернулась, но дверь в комнату оставалась абсолютно неподвижной, словно ничего и не было.

Показалось?

Однако мурашки на руках и бешено колотящееся сердце твердили об обратном.

Я колебалась. Проверить или нет? Нужно всего лишь открыть дверь, но именно это и было страшно.

А если мне не показалось? Вдруг там и правда кто-то есть?

Дверь даже не была заперта. С чего бы мне её запирать, если я живу одна. Какое счастье, что она тугая и открывается с трудом!

Нет, это просто дурацкая паранойя. Там никого не может быть. Просто я переписала ужастиков и стала слишком впечатлительной. Но осторожность всё же не повредит.

Затаив дыхание, я встала и на цыпочках подкралась к двери. Сердце готово было вырваться из груди от страха, что она вдруг распахнётся.

Щёлк. Заперев дверь изнутри, я немного успокоилась.

Вернувшись к столу, я бросила взгляд на экран, и напечатанное предложение приковало к себе моё внимание.

[Дверная ручка бешено задёргалась.]

Не может же быть, что написанное стало явью.

Ради эксперимента я напечатала следующее предложение:

[Следом раздался стук. Тук-тук.]

Тук-тук.

— !

Я едва не закричала. Сердце так заколотилось, словно собиралось пробить грудную клетку.

Быть того не может.

Мне не показалось. В моей квартире кто-то был. В одно мгновение кровь застыла в жилах.

Я тут же схватила телефон. Полиция, надо вызвать полицию! Но на экране висело сообщение «Поиск сети». Связи не было.

Надпись гласила «Только экстренные вызовы», но даже они не проходили.

Я не могла поверить в происходящее. Такого никогда раньше не случалось. Чтобы связь пропала именно сейчас — разве это не абсурд? Словно чья-то дьявольская шутка.

Дьявольская шутка…

А ведь и совпадение по времени оказалось слишком подозрительным.

Только что написанные мной предложения стали реальностью. Дважды.

Совпадение? Разве можно назвать совпадением явление, лишённое всякого здравого смысла?

Меня всю трясло от ужаса, но я понимала, что должна всё проверить. Совпадение это или нет. Нужно понять, с чем я имею дело, чтобы действовать.

Дрожащими руками я ударила по клавишам.

[Угым мягко произнёс:

— Открой дверь.]

И тотчас из-за двери донёсся низкий, густой мужской голос:

— Открой дверь.

Я впервые слышала этот голос. По спине пробежал холодок.

Это правда. Он и правда там. На глаза навернулись слёзы.

Что же делать? Страшно. До смерти страшно. Я бы предпочла упасть в обморок, но понимала, что тогда меня просто убьют, поэтому даже лишиться чувств не могла себе позволить.

Прямо сейчас в моей квартире происходило сверхъестественное явление: роман, который я писала, становился реальностью. И в скором времени меня должен был убить серийный маньяк.

Я не хочу умирать. Я не могу так умереть.

Я лихорадочно застучала по клавиатуре.

[Угым просто развернулся и ушёл из квартиры Чиан. И больше никогда туда не возвращался.]

Но что за чертовщина? Курсор пополз назад, стирая оба предложения.

Да почему?!

Я написала их ещё раз, но результат оказался тем же. Текст был стёрт подчистую.

В чём причина? Я печатаю на одной и той же клавиатуре, так почему одни предложения воплощаются в реальность, а другие стираются?

[На самом деле у Угыма была болезнь сердца, о которой он и сам не подозревал. Схватившись за грудь, он рухнул на пол.]

И в этот раз курсор безжалостно пополз назад.

Да что мне делать-то?!

Я лихорадочно соображала, нервно покусывая большой палец.

Что же делать? Как выжить? Может, просто перестать писать?

В этот момент клавиши вдруг начали нажиматься сами по себе.

В ужасе я оттолкнулась ногами от пола. Кресло на колёсиках резко откатилось назад.

А клавиатуре хоть бы хны — она жила своей жизнью, набирая текст романа без моего участия.

[Чиан была в ужасе. К ней пришёл Угым. Серийный убийца из её собственного романа.

Невероятная реальность сдавила ей горло. Написанные ею предложения воплощались в жизнь.

Однако некоторые предложения не срабатывали. Заставить Угыма уйти или умереть от внезапного сердечного приступа было невозможно.

Чиан растерянно кусала большой палец. Она совершенно упустила из виду один факт: роман подчиняется законам логики.]

Неожиданная подсказка пробилась сквозь пелену страха, отрезвив меня.

Всё дело в логике! Человек, который только что дёргал ручку и стучал в дверь, не может внезапно уйти или умереть на ровном месте. Это неестественно.

Внезапно меня озарила жуткая догадка. Значит, эта дверь в конце концов откроется. Мне не сбежать.

Прятаться тоже бесполезно. Угым — мастер игры в прятки. И зачем я только прописала ему эту черту? Хотелось самой себя задушить. Впрочем, к чему утруждаться — Угым и так это сделает.

Едва я об этом подумала, как из-за двери раздался голос Угыма, звучавший как констатация факта:

— Раз не открываешь, придётся открыть самому.

Боже. Этот псих был под стать чёртовой клавиатуре. Он действовал сам по себе, даже когда я ничего не печатала.

Нужно было что-то написать, пока этот маньяк не ворвался внутрь. Что-то логичное и безопасное для меня!

Думай, Ха Чиан. Соображай! Иначе покойница. Придумай хоть что-нибудь!

Пока я до крови кусала нижнюю губу, на мониторе появилось описание того, как Угым ковыряется отмычкой в замочной скважине.

Одновременно с этим у меня за спиной послышался скрежет металла. В панике я забарабанила по клавиатуре.

[Однако отмычка не сработала.]

«Ц-ц». Из-за двери донеслось тихое цоканье языком.

Сработало!

Но облегчение было недолгим — от следующих слов Угыма сердце оборвалось.

— Извини, но дверь придётся выломать.

— Не смей! — выкрикнула я почти срывающимся на визг голосом.

— Тогда открой.

— Подожди минутку!

Придумала. Способ выжить. Неизвестно, сработает ли, но попытаться стоило.

Стиснув зубы, я набросала новые строчки.

— Кажется, я и так достаточно ждал.

— Подожди ещё чуть-чуть! Я просто… я не одета!

Я отчаянно тянула время.

Одной рукой печатала, другой стягивала штаны — голова шла кругом.

— За это время можно было одеться, даже если бы ты была совсем голая, — саркастично заметил Угым.

Готово, ублюдок. Я нажала Enter и вскочила.

Распустив собранные в хвост волосы, я засунула снятые штаны под кровать. Теперь на мне была только огромная мешковатая футболка.

Пожалуйста, пусть это сработает…!

Ноги дрожали, пока я шла к двери. Мне безумно хотелось в туалет. Наверное, я сейчас обмочусь от страха. Трясущейся рукой я распахнула дверь.

На пороге стоял незнакомый мужчина. И всё же я узнала его с первого взгляда.

Ведь он выглядел точь-в-точь как герой, который безраздельно царил в моих мыслях последние три года.

Рост сто восемьдесят пять сантиметров.

Завораживающе красивые черты лица.

Серийный убийца, под маской джентльмена карающий зло злом.

Чу Угым стоял у дверей моей комнаты в чёрном костюме — точно такой, каким я его себе представляла.

Весь в чёрном — чтобы не было видно пятен крови. Я сглотнула пересохшим горлом.

Угым криво усмехнулся.

— Ха Чиан.

Я отозвалась рефлекторно:

— Чу Угым.

Угым широким шагом вошёл в комнату и одной рукой схватил меня за подбородок. Я перестала дышать. Он хочет меня убить?

— Моя Чиан.

Мягко прошептав это, Угым впился в мои губы.

Перед глазами всё побелело от шока.

Поцелуй… Я целуюсь. С серийным убийцей.

Было чувство, будто в мои губы вцепился голодный хищник. Казалось, он вот-вот их откусит.

Другой рукой Угым обвил мою талию и резко притянул к себе. Моё тело беспомощно обмякло в его объятиях.

Его язык разомкнул мои губы и вторгся внутрь.

Язык хладнокровного убийцы, лишившего жизни стольких людей на страницах романа, оказался горячим. Поражённая этим жаром, я в то же время испытала глубочайшее облегчение.

Сработало. Мой план сработал.

Отвечая на страстный поцелуй Угыма, я покосилась на текст, светящийся на мониторе.

[То, что Чиан не открывала дверь, разозлило Угыма, но причинять ей вред он не собирался. Чиан была его возлюбленной. А Угым никогда не убьёт свою возлюбленную.]

Но тут…

Я увидела, как курсор пополз назад, стирая последнее предложение.