Видя, что Аселин не намерен уступать ни слова, Либитина поджала губы и растерла плечи.
С ним по-прежнему было невозможно договориться, но прежнего раздражения она уже не испытывала. Может, потому, что сейчас, благодаря ему, она наконец-то могла помыться?
Хотя слово «благодаря» тут подходило с натяжкой... Как бы то ни было, стоило погрузиться в холодную воду, как неприятное чувство грязи на коже немного отступило. Жаль только, что этот холод не мог остудить жар внутри её тела.
Надежда на то, что ледяная вода поможет хоть ненадолго прийти в себя, пошла прахом. С тяжелым горячим выдохом Либитина просто осела на дно. Вода скрыла её с головой, и уши заложило.
Крепко зажмурившись и чувствуя, как вода омывает её тело, Либитина вдруг открыла глаза. Сквозь прохладу она ощутила, как к ней ползёт отвратительная демоническая энергия.
Впрочем, поездив с ними несколько дней, она убедилась, что рыцари Аселина весьма опытны в схватках с монстрами. Сейчас они стоят в дозоре — сами разберутся.
…Но Аселин-то сейчас стоит в стороне от остальных, так что, наверное, стоит его хотя бы предупредить?
С этой мыслью Либитина осторожно высунула голову из воды. Мокрые волнистые волосы облепили щёки и шею.
— Эй, господин заместитель командира. Там монстр приближается…
Повысив голос, чтобы предупредить его, Либитина осеклась.
Растерянно моргнув, она резко обернулась.
Если ей не показалось, неведомый монстр стремительно приближался именно к ней.
— А?
Нападения монстров участились, но до сих пор сам лагерь ни разу не подвергался прямой атаке. Это говорило о выдающихся навыках дозорных.
Если бы здесь было по-настоящему опасно, она бы и не подумала отлучаться к ручью, чтобы помыться. Да и Аселин бы ей этого не позволил.
Но тогда почему…
Либитина, испуганная стремительно приближающейся энергией монстра, резко выпрямилась во весь рост. И в тот же миг что-то прилетело сверху и накрыло её с головой. Обзор тут же пропал, и рядом громко плеснула вода.
Из-за шока она лишь с запозданием поняла, что на неё накинули плащ. Огромный кусок ткани, которого с лихвой хватило бы, чтобы укрыть её до самого пояса, колыхался в бурлящей воде.
Либитина забарахталась, пытаясь высвободиться из-под плаща, и тут же вслепую почувствовала совсем рядом какое-то движение.
— Замрите и не двигайтесь.
Вслед за суровым голосом на неё обрушился мощный поток воды. Либитина, и без того неуверенно стоявшая под тяжестью плаща, пошатнулась. Удержать равновесие в воде оказалось ещё сложнее. Она уже готова была завалиться назад, когда крепкая рука обхватила её прямо поверх плаща и притянула к себе. Либитина рефлекторно вцепилась в это тело.
Всплеск! Бултых!
Шум вздымающейся и падающей воды, сильные шлепки по поверхности, звуки падения под воду…
Ничего не видя, Либитина могла лишь догадываться о происходящем по звукам. Она усердно теребила плащ, пытаясь хоть как-то высунуть голову. Аселин накинул его с такой снайперской точностью ей прямо на макушку, что выбраться из-под пропитанной водой и оттого тяжеленной ткани оказалось невероятно сложно.
А из-за бурлящей вокруг воды плащ давил на неё всё сильнее. Не опирайся она на руку Аселина, уже давно бы ушла под воду.
Время от времени Аселин, почти обнимая её, изворачивался, уклоняясь от атак. За глухим шумом движений следовали звонкие шлепки по воде.
Ш-шух! Шляп!
Пока Либитина боролась с плащом, невидимая снаружи битва стала весьма ожесточённой. Положение осложнялось тем, что Аселин поддерживал Либитину и мог использовать только одну руку. Умудряться сражаться с монстрами в воде, да ещё и прикрывая собой подопечную, мог лишь боец поистине выдающегося мастерства.
Но каким бы выдающимся ни был Аселин, куда ему до неё со святой силой!
Либитина наконец с трудом сбросила с себя плащ. В глазах прояснилось.
Первым делом она увидела промокшие, прилипшие ко лбу золотистые волосы. А под ними — напряжённое, застывшее лицо, устремлённое вперёд. Проследив за взглядом рыцаря, она заметила какие-то круглые штуки, покачивающиеся на воде. Эти абсолютно чёрные штуки, словно по команде, разом уставились на Либитину.
Это были глазные яблоки.
Довольно крупные, в огромном количестве, и, судя по всему, принадлежащие лягушкам?
— А-а-а!
От инстинктивного отторжения и отвращения по коже мгновенно побежали мурашки. В ужасе Либитина вцепилась в руку Аселина и крепко зажмурилась. Словно откликаясь на этот всплеск эмоций, святая сила в её теле стремительно закружилась в вихре и взрывной волной вырвалась наружу.
Бабах!
С грохотом в воздух взметнулся столб воды. Аселин, на секунду остолбеневший от внезапного выброса святой силы, быстро пришёл в себя, обхватил Либитину вместе с плащом и отступил назад.
Шмяк! Шмяк!
Взметнувшаяся вода обрушилась вниз, а вместе с ней на поверхность посыпались разорванные в клочья куски плоти и внутренности. Развязка оказалась настолько простой и чистой, что все эти уклонения, взмахи мечом и попытки защититься теперь казались просто нелепыми.
Бледная как смерть Либитина подняла голову. С трудом сморгнув воду с ресниц, она увидела нахмуренное лицо рыцаря. Когда их взгляды встретились, складка между бровями Аселина залегла ещё глубже.
— …Ну, насколько я вижу, ни одной твари в живых не осталось.
Почувствовав себя так, словно её в чём-то упрекают, Либитина невольно попыталась оправдаться. Для инстинктивного всплеска её святая сила сработала на редкость ювелирно, разорвав в клочья исключительно монстров.
Аселин с каменным лицом посмотрел на неё сверху вниз, а затем медленно огляделся по сторонам. Вокруг воцарилась тишина, никаких посторонних звуков не слышалось — словно недавняя суматоха была просто иллюзией.
Окинув сложным взглядом плавающие на поверхности ошмётки, он вновь перевёл глаза на девушку.
— От вас исходит жар.
Несмотря на ледяную воду и плотный плащ, он умудрился почувствовать, что её тело начало пылать, как печка. Либитина с досадой пробормотала:
— Ну ещё бы, я ведь применила святую силу…
Даже когда она пришла в себя, жар в её теле продолжал ворочаться, готовый в любой момент снова вырваться наружу. А теперь, после бессознательного выброса святой силы, он словно получил новый толчок и стремительно раскалял её тело.
— Я же не хотела её использовать…
Она чувствовала, как её дыхание становится всё горячее. Если так пойдёт и дальше, она ведь снова упадёт в обморок, как в прошлый раз?
— Господин заместитель командира!
Либитина только попыталась повернуть голову на крик, как Аселин резко натянул плащ ей на голову. Снова оказавшись под тканью, из-под которой с таким трудом выбралась, Либитина возмущённо задёргалась, но обнимающие её руки не дрогнули, сжимая, словно стальные тиски. Тем временем торопливые шаги приблизились.
— Господин заместитель командира, вот вы где! Сюда!
— Господин заместитель командира, вы в порядке?
Адъютанты, выскочив из кустов, резко замерли при виде ошмётков плоти, покачивающихся на поверхности ручья. Хоть те и потеряли первоначальный облик, рыцари, судя по всему, догадались, чьи это останки. А заодно поняли, чьих это рук дело.
Аселин, стоявший посреди ручья, слегка развернулся, полностью закрывая собой Либитину. Словно пытаясь успокоить барахтающуюся девушку, он крепко сжал её плечо и невозмутимо ответил:
— Всё в порядке.
Адъютанты тут же поняли, кто скрывается под плащом за спиной Аселина. Основным рыцарям изначально сообщили причину остановки у этого ручья, так что догадаться было нетрудно.
— Усильте охрану… Принесите питьевую воду, сухие одеяла и сменную одежду. После этого ждите в лагере.
Услышав приказ Аселина, Иксион и Кальман замялись.
— Состояние святой девы нестабильно, поэтому проследите, чтобы никто сюда не приближался.
Адъютанты удивлённо переглянулись: их командир явно не собирался уходить прямо сейчас. Ручей находился недалеко от лагеря, и на Аселине не было ни царапины. Зачем ему оставаться на улице, промокшему до нитки? К тому же, где-то поблизости могли бродить недобитые монстры.
Поколебавшись, Кальман осторожно произнёс:
— В таком случае, может, лучше сопроводить вас в лагерь…
— Как только она успокоится, я сам провожу её обратно.