Джу А массировала виски, глядя на Со Джон Ху, который непонятно когда успел снова оказаться у неё за спиной. Просто поразительно, ну правда. И когда он только увязался? Теперь при одном только виде его лица у неё начинала гудеть голова.
— И когда ты уезжаешь? Явно же не прямо сегодня?
Ли Джу А сердито посмотрела на Джон Ху, который, видимо, уже окончательно решил, что она сбегает, и, немного подумав, нагло пошла в отказ:
— Что ты несёшь? Куда я поеду? Как я уеду? Я даже без старосты с острова выбраться не смогу.
— ...Правда не уезжаешь?
— Да.
— Значит, я могу пойти и рассказать всё твоему дяде? — с подозрением глядя на неё сверху вниз, спросил Со Джон Ху.
Брови Ли Джу А на мгновение взлетели вверх, но тут же вернулись на место.
— Иди, — уверенно кивнув, предложила она. — Иди и рассказывай. Если хочешь посмотреть, как у Ли Мин Гана случится приступ паранойи и он забьёт меня до смерти, — иди.
Услышав этот не то упрёк, не то угрозу, Со Джон Ху плотно сжал губы в тонкую линию. Добившись того, чтобы он наконец заткнулся, Джу А резко развернулась, собираясь уйти. Надо сматываться, пока он снова не начал болтать. Но Со Джон Ху схватил её за запястье.
— Ты куда собралась на полуслове?
— Пусти.
Почему он вечно распускает руки? Несмотря на то что Джу А зарычала на него, Со Джон Ху не отпустил её и продолжил допытываться:
— Твоя подруга, Чхве Джу Ын? Она же недавно права на управление катером получила? Она за тобой приедет? Когда ты в Сеул свалишь?
— Никуда я не свалю, пусти руку говорю!
— Не хочу. Ты же уедешь и даже не попрощаешься.
— Да что ты несёшь вообще? Что с тобой? Отвали от меня, пожалуйста.
Глядя на раздражённую Джу А, Со Джон Ху глубоко вдохнул и с решительным лицом заявил:
— Ты прекрасно знаешь, почему я так себя веду.
— Откуда мне знать? Ты что, выпил?
Посчитав свои подозрения вполне обоснованными, Джу А наморщила нос. Тогда он, слегка робея, пробормотал:
— Ты же знаешь, что ты мне нравишься...
На этот раз Джу А лишилась дара речи. Услышав это нелепое, взятое с потолка признание, она посмотрела на медленно краснеющее лицо Со Джон Ху и закатила глаза.
И какое это имеет отношение к делу? Мне-то что с этого?
Возможно, для того, кто признаётся в чувствах, это прозвучало бы жестоко, но Джу А не испытала никаких эмоций. А если точнее, это её жутко взбесило.
Для Со Джон Ху даже дежурное «спасибо, что я тебе нравлюсь, но...» было непозволительной роскошью. Учитывая, как по-хамски он вёл себя всё это время, это было естественно. Ей совершенно не за что было быть ему благодарной.
После недолгого раздумья Джу А решила озвучить вертящееся на языке: «Ну и что мне с того?»
Но в этот момент лицо Со Джон Ху, который до этого от волнения нервно моргал, мгновенно исказилось от злости. Джу А с интересом склонила голову набок, наблюдая, как его выражение лица меняется в реальном времени.
— Сукин сын... Чуть что, пялится, тварь.
Поняв, что ругательства Со Джон Ху направлены куда-то ей за плечо, Ли Джу А обернулась и тихо ахнула. Это был Пэк Ё Джун. Джу А больше волновало не то, зачем он сюда пришёл, а то, как он смог подойти так бесшумно.
— Чего вылупился?
Несмотря на агрессивный выпад Со Джон Ху, Пэк Ё Джун даже не шелохнулся. Он медленно закрыл и открыл глаза, сосредоточив всё своё внимание на Джу А, разглядывая её сверху вниз. Казалось, он был из тех людей, которые могут понять всё, просто внимательно посмотрев.
Встретившись с ним взглядом, Джу А поспешно отвернулась и сглотнула пересохшим горлом. От того, как он медленно, деталь за деталью, изучал её лицо, у неё загорелись щёки.
— Не лезь на рожон и проваливай, больной ублюдок.
Взбешённый игнорированием, Со Джон Ху оскорбил Ё Джуна ещё более грязно, но тот лишь слегка склонил голову и промолчал. Заметив, что взгляд Пэк Ё Джуна скользнул с её лица на запястье, которое всё ещё сжимал Со Джон Ху, Ли Джу А в испуге выдернула руку. А вдруг он что-то не так поймёт. Испугавшись этой мысли, Джу А осадила Со Джон Ху ещё резче, чем раньше:
— Иди-ка ты сам отсюда и не цепляйся к прохожим.
— Ты опять защищаешь этого больного ублюдка? Блять, ну да, нам, здоровым, разве ж потягаться?
Услышав язвительные слова Со Джон Ху, Джу А покачала головой, решив, что с ним больше не о чем разговаривать. И он ещё считает себя здоровым на голову.
Мысленно вздохнув, она обратилась к молча стоявшему Пэк Ё Джуну:
— Ты тоже... не связывайся с ним попусту и иди куда шёл.
Проговорив это отстранённо, словно они были едва знакомы, Джу А не стала дожидаться ответа и быстрым шагом пошла прочь. Она поступила так, будучи уверенной, что умный Ё Джун не станет ввязываться в драку с Со Джон Ху.
Однако Пэк Ё Джун, похоже, совершенно не собирался уходить. Он продолжал стоять на месте и провожать Джу А взглядом. Со Джон Ху, взбешённый тем, что Ё Джун смотрит на неё, не отрываясь, рявкнул:
— Куда пялишься, ублюдок?!
Пэк Ё Джун смотрел на Со Джон Ху, который, казалось, готов был наброситься на него с кулаками, без малейшего напряжения — напротив, его лицо оставалось абсолютно бесстрастным, и он никак не реагировал на угрозу. От этого Со Джон Ху вздрогнул и невольно отшатнулся. Почувствовав необъяснимое подавляющее присутствие, он оробел, и его лицо снова покраснело, но теперь уже по другой причине.
— Эй! Я тебя не трогаю только потому, что ты больной! Усёк?!
Пэк Ё Джун снова не обратил никакого внимания на Со Джон Ху, изрыгавшего проклятия прямо у него перед носом. Неотрывно глядя на удаляющуюся фигуру Джу А, он пробормотал так тихо, что даже стоящий рядом человек не смог бы разобрать слов:
— Значит, в Сеул поедешь...
Затем Пэк Ё Джун легко проигнорировал всё ещё орущего Со Джон Ху и пошёл вслед за Ли Джу А.
***
Ли Джу А знала, что Пэк Ё Джун идёт за ней, но не оборачивалась. Подумав, что он хочет ей что-то сказать, она сбавила шаг, ползя со скоростью улитки, но он просто держался на расстоянии и молча провожал её до самых ворот дома. Только тогда Джу А поняла, что он провожал её до дома.
Может, переживал, что Со Джон Ху увяжется за мной? Вполне возможно. Пэк Ё Джун всегда был заботливым.
Поэтому Джу А продолжала стоять у ворот, вцепившись в ручку с облупившейся краской, в надежде, что он всё-таки заговорит с ней. Может, он больше не злится. Если так, вот бы он первым со мной заговорил.
К тому времени, когда ей начало казаться, что запах ржавчины от ворот уже въелся в её ладони, шаги Пэк Ё Джуна стали приближаться.
Мы можем вот так помириться и общаться, как раньше? Меня это напрягает, может, мне лучше повернуться и заговорить первой?
Пока Джу А колебалась, Пэк Ё Джун уже стоял прямо за её спиной. Она не оборачивалась, но поняла это по тени, упавшей на неё. Глядя на длинную чёрную тень, растянувшуюся по воротам, Джу А глубоко вздохнула.
Если Пэк Ё Джун заговорит первым, я сразу же извинюсь. Скажу, что была неправа, что повела себя легкомысленно. Извинюсь за всё и попрошу его снова мне улыбаться, как раньше...
Но её решимость в одно мгновение оказалась напрасной. Ворота, за которые она держалась, резко распахнулись.
— Чего ты застыла перед воротами? Если открываешь дверь, так открывай, а нет — так нечего стоять!
Бабка, которую раздражала тень, падающая на двор, прикрикнула на Джу А, и стоявший у неё за спиной Пэк Ё Джун сделал шаг назад. Заметив его, бабка недовольно нахмурилась и цокнула языком:
— Тьфу, сплошная неудача.
Да зачем же говорить такое человеку прямо в лицо?! Джу А, скрепя зубы, смотрела вслед уходящей в дом бабке. Ей было до смерти стыдно, что этот человек — её родная бабка. Подавив обиду, она обернулась и увидела, что Пэк Ё Джун уже успел отойти довольно далеко.
Видимо, собираясь вернуться домой, он шёл обратно той же дорогой, которой они пришли. Точно, теперь он потерял ко мне последние капли симпатии. Я бы на его месте тоже потеряла. Но ей не хотелось, чтобы Ё Джун ненавидел её ещё и из-за бабки.
— Ё Джун!
Услышав голос Джу А, Пэк Ё Джун остановился и медленно обернулся. Ли Джу А, не раздумывая, бросилась к нему. Подбежав, она выпалила всё, что пришло в голову:
— То, что Со Джон Ху наговорил... не бери в голову. Он просто невежда.
Ей хотелось, чтобы Ё Джун не переживал из-за того, что его обозвали «больным» и так далее. Затем она извинилась за хамство своей бабки:
— Прости меня. И за то, что бабка только что сказала, прости, и ещё...
— Ещё?
Джу А запнулась, и Ё Джун подтолкнул её договорить. Тогда Ли Джу А выложила все свои грехи:
— Я испугалась, когда услышала, что тебе очень плохо, и поэтому рассказала твоим родителям о Сонандане, но... — Она, словно на исповеди, опустила глаза и осторожно продолжила: — Будет ложью сказать, что я не использовала твою маму... Прости меня, я была неправа. Я не должна была говорить ей эту чушь про то, чтобы сходить в Сонандан... В глубине души мне хотелось насолить бабке. Она из тех, кто не сможет уснуть от одной мысли, что в Сонандан кто-то заходил. Но переживаний за тебя было больше. Правда...
Ли Джу А, усердно извинявшаяся, вдруг замерла с открытым ртом. Пэк Ё Джун поднял её всё ниже и ниже опускавшийся подбородок. Послушно приподняв голову, Джу А, словно выброшенная на берег рыба, беззвучно открывала и закрывала рот, глядя на Пэк Ё Джуна, который смотрел на неё с лёгкой улыбкой.
— Тебе за это стыдно?
— А? Д-да...
— Правда?
Джу А уже замечала это в прошлый раз, но в последнее время Пэк Ё Джун как-то слишком легко прикасался к её лицу. Это было непривычно и неловко, но отталкивать его ей не хотелось, и она совершенно не знала, как на это реагировать.
Всё тело напряглось, но в то же время казалось, что она вот-вот упадёт без сил. От его длинных, горячих пальцев, которые то касались её подбородка и щеки, то отрывались от них, у неё почему-то зачесались ладони. Хотя она не могла посмотреть в зеркало, она знала, что её лицо сейчас такое же красное, как у недавнего Со Джон Ху. И зная это, она всё равно не могла унять бешено колотящееся сердце.
— Значит, тебе было за это стыдно.
Голос Ё Джуна звучал намного спокойнее, чем раньше. Джу А испугалась, что он снова злится, но её страхи быстро развеялись. Словно прочитав её мысли, Ё Джун улыбнулся ещё шире.
— Хорошо, — кивнул он, не переставая улыбаться, глядя на застывшую Джу А, которая даже дышать забыла. — Я принимаю твои извинения.
Ли Джу А не смогла даже поблагодарить его за понимание, она лишь с трудом переводила дыхание. У неё возник нелепый страх, что если она откроет рот, то её сердце выпрыгнет наружу. Чем сильнее изгибались в красивой улыбке смеющиеся глаза Пэк Ё Джуна, тем громче стучало её сердце. Не желая разрушать этот момент, Джу А молчала, как принявший обет молчания монах, наслаждаясь этой тишиной так долго, как только могла.
На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:
boosty.to/fableweaver
