Контент удален!

Стоило Пейтону напомнить о том, что произошло на колесе обозрения, как И Ан испуганно вздрогнула. Пальцы вмиг ослабли, и роза, которую она всё это время держала в руке, упала на пол. Хоть в темноте и трудно было разглядеть, её лицо стало пунцовым, точно клубничный сок.

— Ты что, целуешься с друзьями?

Пейтон неторопливо провёл спинкой носа по её подбородку. От каждого касания, от его тепла щёки И Ан обдавало жаром.

— И обнимаешь друзей вот так?

— Н-нет...

— А с кем тогда?

— Н-ну, к-конечно...

Их взгляды встретились. Пейтон не торопил, давая ей возможность ответить спокойно, но губы И Ан лишь мелко дрожали. Скользнув взглядом мимо его сиявших даже в темноте глаз, она уставилась на его костюм.

И Ан прекрасно понимала, что поцелуи — удел влюблённых и целоваться стоит хотя бы с тем, кто тебе нравится. О самом поцелуе она ни капли не жалела. Напротив, мысль о том, что Пейтон, возможно, испытывает к ней те же чувства, наполняла сердце радостью. Но стоило взглянуть на его одежду, как в памяти всплыл тот самый костюм, о котором она ненадолго забыла.

— Конечно?

Пейтон мягко повторил последнее слово, словно подсказывая замолчавшей И Ан продолжение. Однако при мысли о костюме, который надели раньше, чем тот попал к своему законному владельцу, её охватило необъяснимое чувство, будто её обокрали.

Она прекрасно понимала положение Александра, но на душе всё равно было тяжело. С той секунды, как Пейтон увидел его в этом костюме, ни о каком подарке-сюрпризе не могло быть и речи — лучшим выходом было похоронить тайну навеки. В памяти промелькнули дни, когда она шила его, разбираясь в своих чувствах к Пейтону, и от накатившей обиды И Ан опустила глаза.

— Я и с-сама это п-понимаю. Но я...

— Господин Пейтон.

К уединившимся молодым людям подошёл секретарь в строгом костюме. С лица Пейтона, только что мягко улыбавшегося, в мгновение ока стёрлись все эмоции.

Пейтон приподнял И Ан, бережно спуская её с перил, после чего ответил секретарю:

— В чём дело?

— Вас зовёт господин Ричард.

Со вздохом Пейтон обернулся к И Ан.

— Я ненадолго.

Ледяная маска на его лице едва заметно смягчилась. Когда И Ан ободряюще улыбнулась, показывая, что всё в порядке, он ласково погладил её по щеке и тотчас ушёл вслед за секретарём.

После ухода Пейтона И Ан охватила глухая растерянность. В груди всё сдавило от духоты, поэтому ноги сами понесли её вниз, на первый этаж — подышать свежим воздухом.

Оказавшись в безлюдном коридоре, И Ан перевела дух. Она совсем не ожидала от Пейтона таких поступков, а его слова, прозвучавшие почти как признание, так глубоко врезались в сердце, что она никак не могла прийти в себя.

Видеть на другом парне вещь, предназначенную для Пейтона, было невыносимо — казалось, будто она изменила беззаветно преданному мужу. Мысли путались, и радоваться признанию уже не получалось.

— И Ан!

Услышав оклик, И Ан обернулась. Позади стоял запыхавшийся Александр — его волосы растрепались, словно он бежал изо всех сил.

— Я везде искал тебя, нигде не мог найти.

Едва увидев И Ан, Александр понурился, точно пойманный преступник. Он присел и ссутулился, но даже в этот момент обращался с костюмом предельно бережно, боясь его помять, — от этого зрелища к горлу И Ан подкатила тошнота.

— Прости меня. Пожалуйста, прости.

Она понимала, что Александр не знал всех подробностей, но от мысли о том, как именно этот костюм предстал перед Пейтоном, внутри всё сжималось от отчаяния.

Хуже и придумать было нельзя.

Что же теперь делать?

И Ан до боли прикусила губу, пытаясь сдержать слёзы. Но бушующие чувства не подчинялись её воле, и в конце концов по щеке скатилась крупная слеза.

— Прости меня, я кругом виноват. Только не плачь.

— Я п-плачу вовсе не от з-злости на тебя. Просто...

Опешив, Александр поспешно обхватил ладонями её заплаканные щёки. И Ан так яростно тёрла слёзы, что всё лицо раскраснелось. Растерянный парень осторожно коснулся уголков её глаз, глядя на неё так, будто сам был готов разрыдаться.

— Прости.

— Ты н-не виноват. Просто я п-понятия не имею, к-как теперь всё и-исправить...

Вопреки желанию успокоить Александра, хлынувшие слёзы никак не удавалось остановить. Почувствовав, как взмокли ладони встревоженного парня, И Ан под наплывом чувств не выдержала и сквозь рыдания выплеснула всё, что было на душе:

— (В этот костюм я вложила свои чувства к Пейтону. Сама выбирала всё, от ниток и ткани до пуговиц... шила, отдавая всю душу.)

— Зачем ты вдруг заговорила по-корейски? Я же ничего не понимаю.

— (В нити можно вложить чувства. Я такая медлительная, что не всегда могу выразить их словами, но мне так хотелось, чтобы он почувствовал. Я... так сильно тебя...)

Дзынь!

В этот момент раздался резкий звон разбитого стекла, заставив обоих повернуть головы.

Рассыпавшиеся по полу мелкие осколки тускло мерцали, напоминая золотистый песчаный пляж. Как оказалось, разбились бутылки шампанского, сложенные горой на столе с напитками.

Крупные и мелкие осколки ровным слоем усеяли гладкий пол. Почуяв опасность, Александр по привычке спрятал И Ан за спину, и в ту же секунду они увидели Пейтона, шагавшего прямо от входа в банкетный зал.

Туфли Пейтона безжалостно давили рассыпанные осколки. От того, как он небрежно откинул со лба несколько упавших прядей волос, веяло неприкрытой угрозой.

— ...Пейтон.

И Ан поспешно шагнула вперёд, заслоняя собой Александра, и, смахнув слёзы, посмотрела на Пейтона.

— Черри, ты плачешь?

— Э-это... то есть...

— Ты плачешь, а перед тобой опять он. Как и тогда... Ну и что мне с этим делать?

Видя, что утихшая было вражда между ними лишь разгорается с новой силой из-за неё, И Ан была готова упасть на пол и зарыдать в голос.

Ей больше не хотелось слышать извинений от Александра, не хотелось и показывать этот костюм Пейтону. Она ещё не успела переварить признание Пейтона, а навалившиеся со всех сторон события грозили окончательно её раздавить.

— П-пойдём. Ничего страшного. Это п-просто...

— И Ан, осторожно.

Александр взглянул на острые осколки бутылок, долетевшие до самых их ног, и снова задвинул И Ан себе за спину.

— Ха-ха.

При виде того, как Александр пытается защитить И Ан, Пейтон саркастически усмехнулся и прижал ладонь ко лбу. Понимая, что гнев Пейтона подошёл к опасной черте, И Ан попыталась удержать его, но Александр стоял стеной, загораживая ей путь.

— И кто тут для кого опасен?

Пейтон процедил это, неторопливо окинув Александра взглядом с головы до ног. Стоя позади него, И Ан не видела их лиц из-за широких плеч парня. Лишь по тому, как пальцы, державшие её за руку, едва заметно сжались, она могла смутно догадываться о чувствах Александра.

— Руку убрал.

— Сначала убери за собой, а потом говори. Битое стекло чертовски опасно — что за самоуправство ты здесь устроил?

— Раз знаешь, насколько опасны осколки, какого чёрта потащил Черри в трущобы?

Хватка Александра на запястье И Ан ослабла. Взглянув на наклеенный пластырь, она поспешно спрятала руку за спину, чтобы парни его не увидели.

— Для тебя твоя убогая халупа, может, и верх уюта, но для нас всё иначе.

— Для нас?

— Забавный ты ублюдок. Решил, раз Черри пару раз провела с тобой время, вы стали настоящими друзьями?

Пейтон презрительно рассмеялся Александру в лицо. Он хохотал в голос, словно смотрел комедийное шоу, так что у него даже вздрагивали плечи.

Выпустив руку И Ан, Александр с такой силой сжал кулаки, что его пальцы задрожали. Девушка хотела было шагнуть к Пейтону, чтобы остановить драку, но кто-то перехватил её за запястье.

— Не сейчас.

— Джой...

— Пусть сами поговорят. Не лезь под горячую руку.

Джой торопливо оттащила И Ан назад. Тем временем гости, почуяв неладное, уже окружили парней. Ощущая на себе всеобщее внимание, Пейтон шагнул ближе к Александру.

— Ты перебиваешься случайными подработками и ещё умудряешься заботиться о бабушке — за такое рвение тебя стоило бы похвалить, но если из-за тебя пострадает Черри, жанр резко изменится.

— Вижу, ты успел навести обо мне справки.

— Мне было трудно тебе доверять.

— А это меня не касается. За то, что случилось в тот день, я должен извиниться перед И Ан, а перед тобой — пустым местом — распинаться не обязан.

— Вот как?

— Не смей запирать её под предлогом защиты. Кто ты вообще такой, чтобы совать нос в личные дела И Ан?

На безупречном лице Пейтона проступила отчётливая трещина. Александр тоже сделал шаг вперёд, глядя на него в упор.

— Что, думаешь, ты её парень?

И И Ан, и Джой потрясённо прижали ладони ко рту. И дело было не только в дерзких словах Александра. Куда больше пугали неприкрытые, яростные эмоции, прорвавшиеся сквозь вечную маску учтивости Пейтона.

Пейтон лишь криво усмехнулся, не отводя взгляда от стоявшего перед ним Александра.

Но Александр лишь продолжил провоцировать его:

— Ну да. Как ты и сказал, я тебе не ровня. Но перед И Ан мы хотя бы равны. Высокородный Астер или нищий голодранец вроде меня — для неё мы ведь просто «друзья», разве нет?

— Ебанутый...

Глядя на Александра, Джой не удержалась от ругательства. Парни встали вплотную друг к другу, и вокруг уже шептались, гадая, не пора ли вмешаться и разнять их.

Понимая, что их нельзя так оставлять, И Ан сделала к ним шаг. Высокий каблук звякнул по осколку стекла — и этот тихий звук словно послужил сигналом: парни мгновенно сцепились в драке.

— Пейтон!

— И Ан! Не подходи, заденут!

Оба были футболистами, и их драка была настолько яростной, что любого, кто случайно оказался бы рядом, могло тяжело покалечить. И Ан, никогда прежде не видевшая, как Пейтон пускает в ход кулаки, оцепенела, пока парни остервенело обменивались ударами.

— Пейтон!

— Алекс!

Футболисты обеих школ бросились к ним, пытаясь разнять, но бешеная драка не утихала. Чем сильнее их пытались растащить, тем свирепее становились удары, так что даже спортсмены не решались подойти вплотную.

И в этот момент...

Треск!

Звук рвущейся ткани заставил обоих на мгновение замереть. Пиджак Александра, зажатый в левой руке Пейтона, был безнадёжно разорван. Костюм ещё не был завершён дизайнером, и потому швы не выдержали рывка.

Пейтон, чей правый кулак как раз врезался Александру в лицо, презрительно усмехнулся, заметив, как тот застыл при виде разорванного пиджака.

— Я же говорил. Он тебе не по статусу.

— Сука ебаная! Отпусти!

— И зачем только напялил вещь не по размеру? А?

Пока Александр отвлекался на разорванный пиджак, Пейтон без колебаний снова пустил в ход кулаки. Придерживая ткань, чтобы та не рвалась дальше, Александр был вынужден терпеть тяжёлые удары, и его лицо быстро побагровело и распухло.

— И Ан!

В отличие от Пейтона, у которого была лишь слегка рассечена губа, Александр выглядел жутко. Не в силах больше смотреть на это, И Ан вырвала руку из хватки Джой и вцепилась в запястье Пейтона.

— Х-хватит!

Едва услышав голос И Ан, Пейтон вскинул голову. Девушка, спешившая к нему на высоких каблуках, покачнулась, но он тут же поддержал её — и казавшаяся бесконечной драка наконец прекратилась.

Пейтон бережно провёл ладонями по её ногам, проверяя, не задели ли их осколки стекла.

— Не поранилась?

Только что жестоко уложив Александра на пол, Пейтон обращался к ней с такой мягкостью, словно был совсем не тем человеком, которого она знала.

И Ан перевела взгляд с одного тяжело дышавшего парня на другого и потянула Пейтона за руку.

— П-пойдём отсюда.

— Черри.

— Я домой... хочу...

Услышав мольбу И Ан, Пейтон смягчился, поднялся на ноги и обнял её за дрожащие плечи. Во взгляде, которым он сверху вниз смерил Александра, читалось недвусмысленное предупреждение: больше к ней не приближаться.

Глядя на безнадёжно разорванную ткань, И Ан низко опустила голову. Поняв, что левая сторона пиджака разорвана в клочья и восстановлению не подлежит, Александр сквозь зубы тихо выругался:

— Чёрт.

Пейтон окинул взглядом костюм, затем посмотрел на И Ан и бережно прижал её к себе.

— Хорошо, идём.

Чтобы совладать с чувствами, И Ан на миг замерла в его объятиях, переводя дыхание.

Прижимая к себе И Ан, Пейтон беззвучно усмехнулся поверженному противнику. Он лишь шевельнул губами, вынося окончательный приговор, отчего Александр с силой ударил кулаком по полу и поднялся на ноги.

Это всё из-за тебя.

Это была жестокая победа Пейтона и сокрушительное поражение Александра.