Контент удален!

Студенты третьего курса основного медицинского факультета, наконец преодолевшие тяжелый порог и вышедшие на клиническую практику в больницу, выглядели взволнованными.

— Эй, я нормально выгляжу?

— Нормально? По-моему, ты похож на разбойника в белом халате.

Студенты надевали белые халаты поверх рубашек и оглядывали друг друга.

Хотя они всё ещё были студентами, возникло чувство, что они сделали ещё один шаг вперед.

— Ким Джинхён, медицинский факультет Университета Хангук.

Джинхён тоже испытал странное чувство. Пройдя такой долгий путь, он наконец ступил на порог больницы.

— Радоваться тут нечему, ведь впереди настоящая полоса препятствий.

Практика, подготовка к государственному экзамену на врача, интернатура, ординатура… От мыслей о бесконечных трудностях, что ждали впереди, кружилась голова.

«Обязательно нужно попасть в дерматологию».

Если попадешь в дерматологию, жизнь ординатора будет куда спокойнее.

И заработок хороший, и жизнь во время ординатуры, и после получения специализации — что может быть лучше?

К тому же, Джинхён до сих пор неизменно занимал первое место, так что, если не случится ничего экстраординарного, попасть в дерматологию не составит труда.

Он улыбнулся про себя.

Пусть до этого момента было нелегко, но всё шло как по маслу.

Акции, которые он купил ранее, выросли более чем в четыре раза, их общая стоимость превысила 500 миллионов вон, и если так пойдет и дальше, то вместе со стоп-опционами Майн Био сумма должна была успешно преодолеть отметку в 1,5 миллиарда вон.

— Потерпи ещё немного, Ким Джинхён.

В этот момент перед Джинхёном появилась Ли Хеми, поправляя полы своего халата.

— Джинхён, как я выгляжу?

Под белым халатом на ней был строгий блузочный костюм.

Отрасшее до плеч каре в сочетании с белым врачебным халатом придавало ей особый интеллектуальный шарм.

Линия ключиц, едва видневшаяся над вырезом блузки, источала волнующий аромат.

Однако Джинхён ответил сухо:

— Тебе не идет.

— Ой, ну что ты такое говоришь! Постоянно ты так!

Джинхён слегка улыбнулся.

— Мы опаздываем, пошли быстрее.

— Угу.

То ли по иронии судьбы, то ли из-за компьютерного сбоя, но на клиническую практику они попали в одну группу.

— Мы ведь начинаем с практики по терапии, верно?

— Да.

— А сколько всего человек в нашей группе?

— Пятеро. Ориентация будет в конференц-зале в подвале больницы, так что поторопимся.

— Хорошо.

Джинхён, Хеми и остальные члены группы добрались до конференц-зала с деревянными столами и огромным монитором для слайдов, где стали ждать профессора.

Минут через десять вошел молодой профессор.

— Прошу прощения за опоздание, прием затянулся. Приветствую всех на практике по терапии.

Это был статный, красивый профессор.

Ему было едва за тридцать, он выглядел очень молодым.

— Меня зовут Ли Бомсу, я профессор терапии. Здесь есть знакомые лица, верно?

С этими словами он обернулся к Хеми.

Хеми радостно кивнула.

— Да.

Конечно, они были знакомы. Как-никак, родные брат и сестра.

Джинхён с новым интересом посмотрел на молодого профессора Ли Бомсу.

«Значит, это и есть Ли Бомсу…»

Лицо действительно очень похоже на Ли Санмина.

Только если Ли Санмин — это, говоря мягко, смазливый красавчик, а говоря грубо — женоподобный тип, то Ли Бомсу выглядел как надежный, приятный мужчина.

«Впечатление лучше, чем я думал. И характер, кажется, неплохой».

Он вспомнил, как тот в детстве бил Ли Санмина. Джинхён ожидал увидеть высокомерного и властного человека, но всё оказалось иначе.

— Впрочем, Хеми говорила, что Ли Бомсу — единственный человек в семье, на которого она может положиться.

Ли Бомсу продолжил:

— Не люблю долгих разговоров, поэтому скажу лишь несколько вещей. Кто вы теперь в этой больнице?

Кто-то из группы ответил:

— Мы практиканты PK.

— Верно. В больнице много врачей разного уровня, но вы — практиканты PK. А знаете ли вы, почему практикантов называют ПК?

Тот же студент замялся и ответил:

— Насколько я знаю, это сокращение от Poly-Clinic. Из-за влияния Германии нас называют не PC, а PK…

— Правильно. Но лишь наполовину. Кто-нибудь знает другую причину?

Ли Бомсу обвел взглядом остальных студентов.

Его взгляд, проскользив по кругу, встретился с глазами Джинхёна.

— Ты знаешь? Если знаешь, скажи.

Поняв этот немой вопрос, Джинхён с горькой усмешкой ответил:

— Это значит Patient Killer — «убийца пациентов».

На этот ответ Ли Бомсу улыбнулся и захлопал в ладоши.

Ответ Джинхёна был старой больничной шуткой, в которой была доля правды.

— Верно. Хотя вы усердно учились последние несколько лет, вы ничего не знаете о реальных пациентах. Это похоже на ситуацию, когда человек годами учит английский в школе, но не может связать и двух слов в реальности. Поэтому, если вы по неопытности и невежеству начнете действовать опрометчиво, вы можете «убить» пациента, отсюда и название Patient Killer. Конечно, вы всего лишь практиканты, вы будете только наблюдать и не имеете права принимать решения, так что на деле вы никого не убьете… но осторожность не помешает. Прошу вас подходить к практике со смирением и готовностью учиться во всех отношениях.

Затем Ли Бомсу кратко добавил ещё несколько замечаний и посмотрел на Хеми.

— Хеми, есть вопросы?

— Нет, оппа… а, то есть… нет, вопросов нет. Прошу прощения.

Она хотела ответить по-свойски, но тут же поправилась.

Похоже, это показалось профессору Ли Бомсу милым, и он с довольной улыбкой сказал:

— Если вопросов больше нет, закончим. В честь начала практики я угощу вас кофе.

— Спасибо!

***

Джинхён, Хеми и остальные выпили кофе и попрощались с профессором Ли Бомсу. Ничего особенного, кроме лёгкой беседы, не произошло.

Правда, в тот момент мимо кафе проходил Ли Санмин, из-за чего лицо профессора Ли Бомсу на мгновение окаменело, а Ли Санмин широко улыбнулся.

— Отношения у них и правда не очень. А Ли Санмин… его мысли по-прежнему остаются загадкой.

Они явно были близки, но словно окутаны чёрным туманом — понять, что у него на уме, было невозможно.

— Теперь идем в отделение?

— Да, там нужно встретиться с ординатором.

Хеми повела группу за собой.

В ординаторской терапевтического отделения их встретили двое ординаторов.

— Вы и есть практиканты? — спросил мужчина с опрятной внешностью.

— Я старший ординатор, Ли Джунсон. А это Мин Хосон, ординатор первого года.

Заваленный картами, выглядящий изможденным неряшливый мужчина поднял голову.

То ли он не мылся, то ли не спал, но на голове у него было настоящее воронье гнездо.

Чиф любезно объяснил:

— Приветствую вас на практике. Когда в больницу к профессору поступает пациент, реальным лечением занимается вот этот лечащий врач. Профессора принимают лишь глобальные решения по своим специализациям, а всю рутину берет на себя лечащий врач, так что можно сказать, что он играет самую важную роль в больнице.

— Понятно.

— Поэтому вы будете ходить за ним, лечащим врачом, который ведет больше всего пациентов в этой больнице, и учиться лечению.

При этих словах неряшливый лечащий врач Мин Хосон слегка поморщился.

— Э-э… я вообще-то занят.

— Ничего, придется. Если не ты, то кто? Не мне же на старости лет возиться с этими малышами?

Мин Хосон тяжело вздохнул.

Как и сказал старший ординатор, вся работа в университетской больнице ложилась на плечи ординатора первого года.

— А, занят я… навалились тут сопляки. Только мешают.

Хотя он сказал это вроде бы тихо, услышали все.

Чиф пожал плечами.

— В общем, удачной практики. Эй, распредели между ними пациентов. А я пойду, у меня дела.

Неряшливый лечащий врач, не поднимая головы, спросил:

— Опять куда-то уходите?

— Пойду покурю.

— Но скоро же обход профессора…

— Эй, парень, подготовка к обходу — это твоя работа, а не моя, понял?

Отчитав его, старший ординатор, насвистывая, вышел вон.

Лечащий врач тяжело вздохнул.

— Ха-а… ну просто невозможно работать. Разве присмотр за студентами не должен быть обязанностью свободного чифа? С чего это я должен играть роль няньки…

И он, не обращая на студентов никакого внимания, снова погрузился в работу.

Студенты стояли в неловком замешательстве: уйти нельзя, оставаться — неловко.

Минут через двадцать лечащий врач Мин Хосон поднял голову.

— Эй, чего вы стоите как истуканы?

— Идите сюда. Посмотрим, что вы из себя представляете.

Когда студенты подошли, он стал осматривать их с видом критика.

Парней он окинул равнодушным взглядом, но, дойдя до Хеми, задержал взгляд и прищурился.

От его неприятного взгляда лицо Хеми напряглось.

— Хм-м…! А ты очень даже симпатичная. Парень есть?

— …! Нет. Нету.

— Правда? А кажется, что поклонников полно… В любом случае, оценки за практику у вас будут хорошие.

— Раз у вас есть такая красавица. Профессора в караоке будут в восторге.

Лицо Хеми покраснело. Рука, державшая папку, задрожала.

Это было откровенное сексуальное домогательство. Сравнить её с караоке-хостес!

Но вошедший в раж Мин Хосон не собирался закрывать свой грязный рот.

— Знаете, что самое важное на практике? Не учеба, а умение угодить начальству. Особенно красивым студенткам — на посиделках, разливать алкоголь…

Он собирался продолжить в том же духе, и лицо Ли Хеми стало ещё краснее от гнева и унижения.

В этот момент вмешался Ким Джинхён.

— Доктор.

— … А?

— Спасибо за совет, но вы переходите границы.

— Что?!

— Ваши слова подпадают под категорию сексуальных домогательств. Если бы здесь были только мужчины, это одно, но раз присутствуют студентки, прошу вас быть осторожнее в выражениях.

Джинхён говорил вежливо, но твердо и прямо.

— Д-Джинхён.

Хеми широко раскрытыми глазами смотрела на Джинхёна.

В её глазах смешались благодарность и беспокойство за то, что Джинхён пошёл против старшего по званию.

Конечно, Мин Хосон не воспринял слова Джинхёна благосклонно.

Он даже не подумал о своей ошибке, его взбесил сам факт того, что какой-то практикант посмел перечить старшему.

— Студент, а такой дерзкий. Ты кто такой, а?

— Ким Джинхён.

— Кто тебя спрашивал?!

Но в этот момент зазвонил телефон Мин Хосона. Это был вызов из отделения, который нельзя было проигнорировать.

— Да, что такое?!

Лицо Мин Хосона, грубо ответившего на звонок, после услышанного окаменело.

— А, профессор Чхве Дэвон уже на обходе? Да, сейчас буду.

Он в спешке начал собирать документы.

А затем, скрежеща зубами, уставился на Джинхёна.

— Ты, поговорим после обхода.

***

Джинхён и остальные практиканты тоже последовали на обход.

Хоть им и не хотелось ходить за Мин Хосоном, участие в профессорском обходе было важной частью обучения.

Хеми сзади прошептала так, чтобы слышал только Джинхён:

— Джинхён, что теперь будет? Ты попал в немилость из-за меня.

— Всё в порядке.

Джинхён выглядел так, будто его это совершенно не волновало.

Хеми опустила голову, чувствуя одновременно беспокойство и надежность, исходящую от него.

— Спасибо.

В центре отделения, на посту, их ждал профессор Чхве Дэвон.

Лечащий врач Мин Хосон поспешно склонил голову.

— Прошу прощения за опоздание.

Взгляд профессора Чхве Дэвона стал холодным.

— А где старший ординатор?

— Э-э… я звонил, но…

Он звонил по дороге, но старший ординатор был недоступен, и никто не знал, где он и что делает.

Профессор Чхве Дэвон цокнул языком.

— Впрочем… Ли Джунсон, даже став старшим ординатором… ничего не поделаешь. Ладно, пойдем на обход без него.

Обернувшись, профессор Чхве Дэвон заметил студентов и удивленно поднял брови.

— Уже время выходить на практику?

— Да, с сегодняшнего дня, — ответила Хеми.

— Хорошо, работайте усердно.

Профессор Чхве Дэвон проницательным взглядом окинул студентов.

Но… когда его взгляд упал на Джинхёна, уголки его губ мягко изогнулись.

Лечащий врач был поражен такой переменой.

Он впервые видел, чтобы профессор Чхве, добрый к пациентам, но грозный для коллег-врачей, так улыбался.

— Давненько не виделись. Как дела, Джинхён?

— Здравствуйте, профессор.

— Как здоровье отца?

Профессор Чхве Дэвон был специалистом по эндоскопической резекции слизистой оболочки при раке желудка, именно он лечил отца Джинхёна, и был профессором гастроэнтерологии.

Заметив гениальность маленького Джинхёна ещё тогда, профессор Чхве продолжал поддерживать связь, став его научным руководителем.

Джинхён слегка поклонился.

— Спасибо, он здоров.

Чхве Дэвон посмотрел на него с ностальгией.

— Тот маленький мальчик уже вырос и пришёл на практику в больницу. Время летит так быстро.

В его голосе звучали большие ожидания, которые давили на плечи.