Контент удален!

Я широко улыбнулась и без колебаний протянула руку.

“Тогда по рукам, партнёр по нашему великому делу.”

“…?”

Несмотря на растерянное выражение лица, Диего Шмарт пожал мне руку.

И в тот же миг мой мысленный образ этого человека полностью преобразился.

Он превратился в самого Эрота, натягивающего украшенный сердечками лук и посылающего в мир стрелы любви.

[Посланник любви! Купидон романтики!]

С довольным видом я откинулась на диван.

[Да. Вот так я и буду постепенно вербовать их одного за другим!]

Диего Шмарт слегка пожал плечами, словно смирившись со своей участью.

“Хотя, подозреваю, моя помощь вам всё равно не понадобится.”

“Что?”

“В конце концов, Его Величество относится к вам совершенно по-особенному.”

“…?”

Я уже мысленно собиралась насвистывать от удовольствия, но вовремя остановилась.

[Он ведь уже говорил нечто подобное.]

[Однако сейчас Диего явно имел в виду не слухи, ходившие среди знати. Он говорил так, будто констатировал очевидный факт.]

Я ненадолго задумалась, а затем предложила вполне разумное объяснение:

“Ну…пусть я и заложница, но всё-таки иностранная принцесса.”

Диего Шмарт покачал головой.

“Нет. Дело не только в этом.”

“Правда?”

Я снова принялась ломать голову.

[Есть ли в обычном поведении Евредиана Белгота что-нибудь такое, что действительно позволяет назвать меня особенной?]

Перед глазами начали мелькать эпизоды его привычного поведения.

[Ну, внешне он и правда был довольно добр ко мне.]

[Хотя я часто чувствовала, что за этой внешней доброжелательностью скрывается нечто большее.]

Я слегка нахмурилась.

[Какая польза от этой доброты, если дело доходит до действительно важных вещей?]

[Когда это касалось чего-то существенного, он всегда превращался в неприступную стену.]

“Не думаю, что есть какая-то особая причина.”

Услышав мой ответ, Диего Шмарт понимающе усмехнулся.

“Понимаю. Как я уже говорил, у него очень высокие стены.”

“Кажется, теперь я начинаю это прекрасно понимать.”

Я неловко рассмеялась.

[Я уже не раз и не два врезалась в эту стену.]

Диего Шмарт продолжил после короткой паузы:

“Как правитель он идеально соответствует своему положению. Но если дело касается личных отношений, круг людей, которых он подпускает к себе, весьма узок. Даже со мной, хотя я служу ему почти десять лет, и со своими личными рыцарями он держит определённую дистанцию.”

“Правда?”

[Поразительно.]

[Даже с человеком, которого он знает уже десять лет, он сохранял дистанцию.]

[В каком-то смысле это даже впечатляло.]

[Неудивительно, что мне его стены казались настоящей неприступной крепостью.]

“Он единственный Императорский наследник своего поколения. С давних пор на нём лежало множество ограничений. Он настолько привык к ним, что теперь лишь кажется свободным и великодушным.”

“Понятно…”

Постепенно всё начинало складываться в единую картину.

Евредиан Белгот всегда носил на лице выражение лёгкой скуки, но при этом соблюдал границы с точностью острейшего клинка.

Диего Шмарт завершил свои рассуждения с улыбкой:

“Возможно, Его Величеству нужен кто-то вроде вас, принцесса. Кто-то, рядом с кем ему не нужно постоянно быть настороже.”

“А…”

“Кто-то, кто способен подарить ему хотя бы несколько мгновений покоя и свободы.”

Я несколько раз моргнула.

В его добрых золотистых глазах не было ни тени лжи.

[Кто-то, перед кем ему не нужно держать оборону.]

[Кто-то, кто может подарить ему покой и свободу…]

[Я и представить не могла, что могу значить для него нечто настолько важное.]

Диего Шмарт, похоже, заметил моё замешательство.

Он мягко улыбнулся.

“Поэтому я не вижу причин для беспокойства. Думаю, того, что вы делаете сейчас, вполне достаточно.”

“Хм…”

“В любом случае я рад, что сегодня вы так хорошо провели время.”

Разговор внезапно перешёл на совершенно другую тему.

Я некоторое время рассеянно смотрела на него, а затем вернулась в реальность и ответила:

“Ах…да. Было весело. Ведь сегодня я впервые покинула Императорский дворец…”

“Понимаю. Вы побывали на площади Угель?”

“Да. Она была такой огромной и величественной…Просто потрясающее место.”

И разговор продолжил течь своим обычным, непримечательным руслом.

Я говорила почти механически, слова сами слетали с языка, не требуя никаких мыслей.

[Сегодня я впервые вышла за пределы Императорского дворца, и это было словно попадание в совершенно другой мир.]

[Всё вокруг казалось огромным, прекрасным, живым, и полностью завладело моим вниманием.]

[Это место выглядело вот так, а то, вот так…]

Мои мысли крутились совсем вокруг другого, однако внешне обычная беседа продолжалась.

Воспоминание о том, как мы ходили по рынку, теперь казалось далёким сном.

[Даже обещание Евредиана скоро вернуться уже воспринималось как что-то очень давнее.]

Так прошло несколько часов.

К тому времени горячий чай в чашке уже успел остыть, а солнце заметно склонилось к западному горизонту.

Диего заговорил мягким голосом:

“Теперь мне нужно отправиться на послеобеденную молитву. Я хотел предложить вам присоединиться, но, похоже, вы довольно сильно устали.”

“Ах…ха-ха.”

Я неловко рассмеялась.

[Мой мозг так усердно работал всё это время, что казалось, будто из головы вот-вот пойдёт пар.]

[Да и всё тело стало таким вялым и тяжёлым, словно тёплый рисовый пирожок.]

Я тихонько зевнула.

Едва успев прикрыть широко открытый рот, пробормотала:

“Думаю…я ещё немного здесь посижу.”

“Конечно. Хорошенько отдохните. Думаю, я вернусь через пару часов.”

“Хорошо. До скорого.”

“Если вам станет скучно или что-нибудь понадобится, можете заглянуть в ту отдельную молитвенную комнату, о которой я говорил раньше. Наблюдать за молитвами, обращёнными к Богу Раулему, бывает довольно интересно.”

Я энергично кивнула.

[Этот молодой и красивый священнослужитель всё это время был невероятно добр ко мне.]

С благородным, спокойным выражением лица он мягко улыбнулся и вышел из комнаты.

Щёлк.

Дверь закрылась.

Я осталась одна в скромных покоях священнослужителя.

Красноватый солнечный свет проникал сквозь щель между занавесками.

Закат был в самом разгаре.

Тёплое, уютное янтарное сияние наполняло всю комнату, и я почувствовала, как постепенно погружаюсь в его мягкое тепло.

“…”

***

Вечер уже наступил.

[С того момента, как человек, пообещавший сегодня вернуться, ушёл, прошло всего несколько часов.]

[И всё же, несмотря на то что меня окружало столько тёплого и приятного, внутри почему-то было пусто.]

[Возможно, это была оставшаяся во мне теплота той руки, которую я весь день так и не смогла отпустить.]

Слова Диего снова и снова звучали у меня в голове.

[Человек, перед которым ему не нужно держать оборону…]

[Неужели действительно может быть так, что этот мужчина не желает мне зла?]

[Если честно, я даже в этом не могла быть уверена.]

[Евредиан Белгот всегда был добр и великодушен.]

[Но в конечном итоге именно я каждый раз отступала от него.]

[Впрочем, как бы там ни было…]

“…Я хочу, чтобы он поскорее вернулся.”

[Даже если в Храме мне действительно было лучше, я бы всё равно предпочитала Императорский дворец.]

[Ведь именно там находился тот человек.]

[Человек, одно присутствие которого позволяло мне спокойно дышать.]

Сердце билось ровно и неторопливо.

Приятный ритм - ни слишком быстрый, ни слишком медленный.

Я свернулась калачиком на диване и устроилась поудобнее.

Глаза сами собой начали закрываться.

Все ощущения в теле постепенно становились вялыми и расплывчатыми.

Морг.

Ещё раз.

Постепенно всё вокруг начало растворяться вдалеке.

И я отдалась глубокому сну.

***

В тот самый момент, далеко оттуда, у Удеты, на далёкой границе между землёй и небом, пробудилось абсолютное существо.

Оно с любопытством наклонило голову.

[ …?]

Необычная аура коснулась его чувств, тех, которые оно впервые за бесчисленные годы раскрыло, чтобы услышать молитвы.

[Что это такое? Что-то здесь странное…?]

[Что-то странное, разрозненное и совершенно чужеродное скользнуло по земле.]

Прямо внутри Храма, который служил ему.

Крошечное.

Хрупкое.

И совершенно чуждое по своей природе.

[О.]

Вспышка.

Багрово-фиолетовый свет мелькнул в одно мгновение.

И в глубине абсолютного существа вспыхнул интерес.

***

Я понятия не имела, сколько часов проспала.

Казалось, будто я лишь на мгновение закрыла глаза, а потом снова открыла их…

Когда я начала приходить в себя, розоватый сумеречный свет, наполнявший комнату, уже исчез.

Вместо него вокруг царила густая темнота.

“А…?”

Темнота полностью окутала всё вокруг.

[Неужели солнце уже село?]

Я растерянно поднялась.

Шея и плечи затекли от того, что я спала, свернувшись в неудобном положении.

[Сколько времени прошло?]

[Диего говорил, что вернётся через пару часов.]

[Раз он всё ещё не пришёл, значит, прошло не так уж много времени.]

Я осторожно нащупала рукой край стола и двинулась к письменному столу.

Я помнила, что где-то здесь видела подсвечник.

[А, вот он.]

Стоило мне зажечь свечу, как глаза ослепило ярким светом.

“Ух, слишком ярко…”

Я зажмурилась, а потом снова открыла глаза.

После сна голова казалась странно мутной.

Я обвела взглядом комнату, прошлась глазами по столу и стенам.

[Где-то здесь должны быть часы.]

Мне не пришлось долго искать.

Я быстро нашла их.

[С того момента, как Диего ушёл на молитву, прошло ровно полтора часа.]

[Полтора часа…Значит, он, скорее всего, ещё не закончил.]

[Подождать ещё полчаса? Или выйти и заглянуть в молитвенную комнату, о которой Диего говорил раньше?]

Я некоторое время стояла в раздумьях.

Голова всё ещё была немного тяжёлой после сна, но сонливость полностью исчезла.

“Ладно. Пойду в молитвенную комнату!”

Решение пришло почти мгновенно.

Я заглянула в маленькое зеркало, висевшее на стене, и поправила волосы.

Отдельные пряди торчали во все стороны.

В конце концов я распустила косу, с которой ходила весь день, и небрежно уложила волосы, после чего отправилась дальше.

Никаких проблем не возникло ни при выходе из комнаты, ни при спуске по винтовой лестнице, ни при переходе через площадь Верующих, где я уже побывала днём.

Коридоры и лестницы освещали свечи, поэтому вокруг было вовсе не темно.

Вскоре я снова оказалась на площади Верующих, через которую уже проходила раньше.

[Днём площадь была заполнена посетителями Храма.]

[Теперь же она совершенно опустела.]

Тёплый свет свечей мерцал, наполняя собой всё пространство.

Между колоннами мягко скользил лёгкий весенний ветер.

Я тихонько напевала себе под нос и поспешно пересекала площадь.

Тук. Тук.

Звук моих шагов необычно громко разносился в тишине, которую нарушал лишь шелест листьев на ветру.

Я уже почти покинула площадь Верующих, когда…

[...]

Вдруг прямо у меня в ушах раздался звон.

“…?”

Я резко остановилась.

[Что это было?]