— Подождите внутри, пожалуйста. Прокурор скоро будет.
По приглашению женщины Со Хи вошла в открытый кабинет. Как только дверь закрылась, сидевший за столом следователь коротко поздоровался с ней.
Со Хи села на стул, перевела дух и огляделась.
Хотя на улице уже стемнело, темные жалюзи на окнах были плотно опущены. Вдоль стен и на шкафах горами высились пухлые папки с документами.
Рабочий стол тоже не стал исключением. Всё, кроме небольшого пятачка вокруг монитора и клавиатуры, было завалено бумагами. Сбоку скопилось с полдюжины самых разных кружек и пустых пластиковых стаканчиков из-под кофе навынос.
И прямо перед ними… Взгляд Со Хи упал на табличку с именем, и её глаза слегка дрогнули.
Прокурор Ли Чхон Джун
Пока она молча скользила взглядом по буквам, из-за двери раздался голос:
— Я же сказал, идите домой.
Дверь за её спиной открылась.
— А то опять будете на меня жаловаться.
Приятный голос, в котором ещё звучала улыбка, — казалось, он только что непринуждённо шутил с кем-то в коридоре. В ту же секунду всё тело Со Хи оцепенело.
«Со Хи».
В памяти мгновенно всплыли моменты из прошлого, когда этот самый голос нежно произносил её имя.
«Ко Со Хи…»
От воспоминаний, внезапно поднявшихся на поверхность, грудь сдавило до ноющей боли. Со Хи выпрямилась, оторвавшись от спинки стула, и сглотнула пересохшим горлом. Она только услышала его голос, но к горлу уже подкатил ком.
Следователь поднял взгляд, глядя поверх головы Со Хи, и указал на неё:
— Прибыла свидетельница по делу об игорном клубе в Канбуке.
— А-а, — коротко отозвался он.
Послышались шаги. Вместе с приближающимся стуком туфель до неё донёсся аромат свежесваренного кофе. Со Хи, опустившая голову с того самого момента, как он вошёл, медленно подняла взгляд.
Она скользнула глазами от туфель с мягким блеском вверх по прямым ногам, обтянутым тёмно-синими брюками костюма. Левая рука небрежно опущена в карман, полосатая рубашка гладко облегает плоский живот, крепкая кисть сжимает дымящуюся кружку.
Всё было чужим и в то же время до боли знакомым.
Между ослабленным узлом галстука и расстёгнутым воротом рубашки ритмично двигался крупный кадык. И его лицо. Взгляд Со Хи задержался на линии подбородка, ставшей куда мужественнее, чем десять лет назад, и на мгновение замер. Её глаза тревожно блеснули, зацепившись за тонкий белый шрам, пересекающий его бровь.
В этот момент они встретились взглядами.
Словно время остановилось: Ли Чхон Джун, не моргая, молча смотрел на сидящую Ко Со Хи. На его лице не читалось абсолютно ничего. Волевая челюсть была крепко сжата, а глаза, некогда пылавшие жгучей жаждой к ней, теперь смотрели с такой ледяной стужей, что пробирало до мурашек.
Она понимала, что это закономерно, но, столкнувшись с реальностью лицом к лицу, всё равно оцепенела от растерянности.
«Чего я вообще ждала? Неужели всё ещё цеплялась за нелепую иллюзию, что этот мужчина будет меня желать?»
Потянулись секунды ледяной, удушающей тишины. Не выдержав этого напряжения, Со Хи первой отвела взгляд.
Спустя мгновение Чхон Джун медленно обошёл стол и опустился в кресло.
Стук.
В застывшем воздухе звук опустившейся на стол кружки прозвучал оглушительно громко. Со Хи тут же почувствовала на своих опущенных веках его колючий взгляд.
— Начинаем допрос свидетеля по делу о нападении со смертельным исходом в игорном клубе в Канбуке, — дежурным тоном произнёс следователь.
Только при этих словах взгляд Чхон Джуна, пронзавший лицо Со Хи насквозь, наконец переместился на монитор.
— Напоминаю, что ваши показания должны быть правдивыми, а за дачу ложных показаний предусмотрена юридическая ответственность.
От этих слов Со Хи невольно вздрогнула.
— О, не напрягайтесь так, — добавил следователь. — Это просто проверка алиби Ян Ги Хёка. Отвечайте как есть. Если вам будет некомфортно, сразу говорите.
— Хорошо.
Стоило ей ответить, как взгляд Чхон Джуна мгновенно впился в её лицо. Со Хи изо всех сил старалась этого не замечать, уставившись на древесный узор стола.
— Тогда начнём. Ваше имя… Ко Со Хи, верно?
— Верно.
Не успела она договорить, как сквозь стук клавиш следователя прорвался тяжёлый вздох Ли Чхон Джуна.
— Дата рождения?
— Двадцать первое октября… года.
— Место работы?
— Учительница младших классов.
— Кем вам приходится Ян Ги Хёк?
Приоткрытые губы Со Хи дрогнули. Сделав короткий вдох, она ответила, не поднимая глаз:
— Мы состоим в отношениях.
— Ха.
Ли Чхон Джун усмехнулся. От этого звука следователь, увлечённо стучавший по клавишам, замер. Он оторвался от монитора и непонимающе обернулся, но Чхон Джун, сдерживая едкую улыбку, лишь махнул рукой.
— Продолжайте.
Следователь поправил очки и снова застучал по клавиатуре.
— В ночь на восьмое декабря, в день совершения преступления, Ян Ги Хёк…
— С каких пор вы вместе?
Внезапно вклинился голос Ли Чхон Джуна. Со Хи, нервно впивавшаяся ногтями в собственные пальцы, подняла глаза.
— Вы сказали, что состоите в отношениях с Ян Ги Хёком. Я спрашиваю, как давно.
Ли Чхон Джун смотрел на неё поверх монитора, властно вздёрнув подбородок.
Со Хи, не в силах выдержать его прямой взгляд, уставилась на кипу папок на шкафу прямо за его плечом. Медленно моргнув, она ответила с секундной задержкой:
— …Около пяти лет.
Переносица Чхон Джуна мгновенно сморщилась. Его лицо на миг исказилось от гнева, но тут же превратилось в каменную маску.
— Эм… господин прокурор?
— А, — словно очнувшись от оклика следователя, он качнул головой. — Да, извините. Продолжайте.
Получив отмашку, следователь прочистил горло и продолжил:
— Ян Ги Хёк утверждает, что восьмого декабря в период с часу ночи до трёх утра находился у вас дома. Это правда?
— Да, это правда.
Вжииик.
Раздался резкий скрежет отодвигаемого кресла. Ли Чхон Джун резко поднялся, нависнув над монитором. Следователь от неожиданности приоткрыл рот, испуганно косясь на начальника.
Сцепив руки на затылке, Чхон Джун сделал глубокий вдох, обогнул стол размашистым шагом и остановился прямо перед Со Хи, присев на край стола.
— Прокур…
Едва следователь попытался вмешаться, Ли Чхон Джун властно поднял руку. Следователь тут же поправил очки и захлопнул рот.
Повисла напряжённая тишина. Чхон Джун какое-то время молчал.
Он сидел прямо перед ней, и из-за разницы в росте его бёдра, туго обтянутые тканью костюмных брюк, оказались прямо на уровне её глаз. В горле вдруг пересохло, и Со Хи поспешно отвернулась.
— Вы живёте вместе?
Пальцы Со Хи дрогнули.
— Что, простите?
— Я спрашиваю, вы сожительствуете? С Ян Ги Хёком.
Дважды моргнув, Со Хи покачала головой.
— Нет, не живём.
— Ян Ги Хёк часто у вас бывает?
— Иногда.
— Иногда, — тихо повторил он. — Тогда что было на рассвете восьмого декабря?
Он слегка подался вперёд. От его потемневшего взгляда — такого она не видела в нём никогда прежде — по спине Со Хи пробежал холодок.
— Чем вы занимались всё это время вдвоём?
— Спали.
Едва бросив это слово, она поняла, как двусмысленно оно прозвучало. Украдкой взглянув на него, Со Хи поспешно поправилась:
— Просто уснули.
Ли Чхон Джун небрежно скрестил руки на груди.
— Вместе?
На его резко брошенную фразу Со Хи ответила чуть более угрюмо:
— Да.
Тишину кабинета нарушил неприятный скрежет — ногти Чхон Джуна впились в край стола, словно он пытался содрать с него стружку. Когда он снова поднял подбородок, на его висках отчётливо вздулись вены.
— Вы спали или переспали?
Со Хи нахмурилась.
— …Что?
— Я спрашиваю: вы просто спали…
Холодный взгляд Ли Чхон Джуна скользнул по её лицу. Вместе со сдавленным выдохом с его губ медленно сорвались слова:
— …Или вы занимались сексом? Выражайтесь яснее, дайте точные показания.
От такого неприкрыто грубого вопроса Со Хи ошеломлённо отвела глаза. В воздухе её взгляд скрестился со взглядом следователя, который от растерянности даже приподнялся со стула.
— Разве я обязана вдаваться в такие подробности?
— А есть причины этого не делать?
— Это слишком личное. Зачем вообще о таком говорить?
— Это необходимо для следствия, так что будьте любезны ответить как можно подробнее.
— Нет. Это уже переходит всякие границы… Мне это неприятно.
Проигнорировав её возмущение, он повторил вопрос:
— Вы занимались сексом? С Ян Ги Хёком?
Лицо Со Хи мертвенно застыло. После этих слов она всё же встала со стула.
— На этом я, пожалуй, пойду.
— Сядь.
Уже готовая сделать шаг, Со Хи замерла. Тяжёлый голос придавил её к месту, словно грозная угроза.
— П-прокурор Ли?
На осторожный оклик следователя Чхон Джун провёл ладонью по лицу. Мгновенно вернув себе ледяное самообладание, он тихо усмехнулся. Глядя на это, Со Хи невольно сжала кулаки.
— Присядьте, Ко Со Хи.
Сунув руки в карманы, он шагнул к ней. Подойдя вплотную, Ли Чхон Джун опустил взгляд и процедил сквозь зубы, почти переходя на шёпот:
— Нам ещё о многом нужно поговорить.
