Онлайн чтение книги Дорогое лето Dear, Summer
1 - 21

— Почему вы извиняетесь, сонбэ?

— Как ты сама видела, ее психологическое состояние оставляет желать…

— С чего бы вам извиняться?

Услышав дрожащий, но ясный голос Са Юль, Си Джун посмотрел на нее слегка округлившимися глазами.

— Вы же сами говорили, что чувствовать вину нужно только тогда, когда сам совершил ошибку. И извиняться — тоже.

— …

— Вы ни в чем не виноваты.

Си Джун, смотревший на нее с легким удивлением, опустил глаза и тихо прошептал:

— Наверное, это всё из-за отличной учебы. Умеешь применять знания на практике.

— Вам сейчас до шуток?

Си Джун молча смотрел на Са Юль. Когда она наконец поняла, что скрывалось в глубине этих нечитаемых глаз, ее охватило непередаваемо сложное чувство. Сделав глубокий вдох и сдержав слезы, которые почему-то так и норовили вырваться наружу, она заговорила:

— Я пришла, чтобы извиниться.

— Извиниться?

— Кажется, я совершила ошибку по отношению к вам.

— Какую еще ошибку.

— Я наговорила лишнего. Вела себя эгоистично…

— …

— Извините. За то, что так сказала. Я же не знала, что всё вот так.

С губ Си Джуна сорвался тихий вздох.

— …Тебе не за что извиняться. Это я ничего не рассказал.

— И всё равно, эта ситуация…

— Это всё. Что ты хотела сказать?

Са Юль проследила взглядом за Си Джуном, который медленно поднимался со скамейки.

— А, я…

— Иди.

Равнодушный тон, ледяной взгляд. Словно прямо перед ее ногами мгновенно провели черту с табличкой «Вход воспрещен». То, как Си Джун оборвал ее — не слишком грубо, но и без капли мягкости, — почему-то пробудило в ней упрямство.

— Я скоро вернусь. Подождите здесь ровно 10 минут.

— Я же сказал, ид…

— Правда, ровно 10 минут. Честно!

Боясь, что он начнет возражать, Са Юль резко развернулась и со всех ног бросилась бежать к аптеке, которую мельком видела по дороге сюда. Пока она бежала, в груди предательски кололо.

Она знала: ничто так не выматывает морально, как необходимость быть добрым. Быть холодным можно и с пустой головой, но чтобы проявлять заботу, нужно вкладывать в это все свои силы. Как же сильно эта фальшивая маска теплоты, которую носил Си Джун, разрушала его всё это время?

Еле сдерживая подступающие слезы, Са Юль влетела в аптеку.

— Ха… здравствуйте. Фу-ух.

— О-ой… Д-да, здравствуйте!

— Дайте мазь для быстрого заживления царапин, водонепроницаемые пластыри и средство от синяков. Пожалуйста.

Видимо, она выглядела слишком уж обезумевшей, потому что аптекарь тоже засуетился, начал что-то искать и наконец выложил на прилавок то, что она просила.

— Вот эта мазь отлично помогает от царапин и не оставляет шрамов, а это…

— Мне нужно срочно бежать! Сколько с меня?

— А, да, девятнадцать тысяч…

— Вот, держите!

Схватив сдачу из рук ошарашенного аптекаря, она тут же выскочила обратно. Словно участник игры на выживание, где за опоздание грозит вылет, она бежала, пока не начала задыхаться, и, когда наконец добралась до места, Си Джун всё так же ждал ее там.

Опершись руками о колени и немного отдышавшись, Са Юль, еле волоча ноги, подошла к нему. Не дав Си Джуну и рта раскрыть, она тут же потянула его за руку. Безжалостно стирая ту самую черту, которую он провел перед ней.

— Сядьте на секунду.

Усадив его на скамейку, Са Юль выложила между ними купленные в аптеке мази и пластыри. Идеальные брови Си Джуна сошлись на переносице, и он посмотрел ей в глаза.

— Ты…

— Я ни о чем не буду спрашивать.

— …

— Просто намажу мазью и уйду.

Чувствуя, как к горлу подкатывает комок, Са Юль слегка прикусила губу.

— Если вы скажете мне сделать вид, что я ничего не видела, и уйти… Мне будет слишком тяжело, сонбэ.

— …

— Уступите мне хотя бы в этот раз. Вы же всегда у меня выигрывали…

Когда они играли в зале автоматов, Си Джун ни разу ей не поддался. Каждый раз она пыхтела от злости, пытаясь его обыграть, но он лишь насмешливо улыбался и отвечал: «Ты должна закаляться в трудностях».

К счастью, Си Джун не стал вырывать руку, которую тянула Са Юль. Царапины, разбросанные тут и там, явно были оставлены ногтями: большинство из них были короткими, но довольно глубокими, и местами из них сочилась кровь. Нахмурившись, Са Юль выдавила мазь и осторожно нанесла ее на раны.

Ей казалось, что это ей больно, а не ему. Она смотрела на Си Джуна со сжавшимся сердцем, но он лишь молча, со спокойным лицом наблюдал за ней. Его взгляд был таким глубоким, что Са Юль изо всех сил старалась не смотреть ему в глаза, сосредоточившись только на ранах.

Смотреть на эти царапины тоже было тяжело. Казалось, бесчисленные раны, скрытые в его душе, прорвались наружу. Если убрать эту гладкую, здоровую на вид кожу — сколько еще шрамов скрывается под ней?

Мелкие царапины можно было заклеить пластырем, но с длинными ничего нельзя было поделать. Она подумала наклеить два пластыря подряд, но решила, что так будет только неудобнее, поэтому просто нанесла на них мазь. В этот момент рука Си Джуна слегка дрогнула.

— А, извините. Щиплет, да?

— С чего это ты извиняешься.

— А?

— Тебе вообще-то хвастаться надо.

И снова этот привычный, насмешливый тон. В носу предательски защипало, и Са Юль заставила себя слегка улыбнуться.

— Да? Ну тогда, может, мне похвастаться?

Как только Са Юль подняла голову с неловкой улыбкой на губах, она встретилась взглядом с Си Джуном. В это мгновение его вторая рука, лежавшая на ее колене, слегка сжалась. Даже сквозь ткань юбки она отчетливо почувствовала, как его большая ладонь обхватила ее хрупкое колено.

Са Юль испуганно замерла. Он сжал ее колено, но ей показалось, что он схватил ее прямо за сердце.

Пока Са Юль сидела неподвижно, не в силах даже пошевелиться, Си Джун медленно наклонился к ней.

— С-сон…

Слегка склоненное лицо оказалось прямо перед ней. Дыхание Си Джуна пахло сладостями. Из-за бешено колотящегося сердца ей казалось, что оно вот-вот выпрыгнет изо рта.

— Хан Са Юль.

Низкий, чуть хриплый голос произнес ее имя.

В этой короткой паузе стрекот полуденных цикад показался приглушенным, словно звучал из-под воды. Душный летний зной, окутывавший всё вокруг, на мгновение перестал существовать. Голос Си Джуна снова коснулся ее слуха:

— Я хочу тебя поцеловать.

В его глазах, смотрящих на нее в упор, отражалась только она. Глоть. Са Юль сглотнула, и в тот же миг капля пота, скопившаяся на виске, щекотно скатилась по ее белой щеке.

— Позволь мне.

— …

Словно эти слова были заклинанием, веки Са Юль дрогнули и опустились. Пальцы Са Юль, сжимавшие руку Си Джуна, напряглись, а его ладонь на ее колене сжалась еще сильнее. Под коленками приятно защекотало.

В тот момент, когда к ее губам прикоснулось что-то мягкое, горячее и нежное…

— Э-э-э! Они целуются! Они целуются!

Испуганно распахнув глаза, Са Юль резко повернула голову. Какой-то малыш, проезжавший мимо скамейки на трехколесном велосипеде, смотрел на них и радостно улыбался.

Са Юль мгновенно пришла в себя. С ума сойти, я что, сумасшедшая. Что я вообще собиралась сделать вот так, прямо на улице…

Она мельком взглянула на Си Джуна, и их взгляды встретились. Подскочив как ошпаренная, Са Юль резко встала.

— Я пойду. Я же сказала, что только раны обработаю…

— …Ха-а.

Это был странно раздраженный вздох. Глядя на то, как он нервным движением зачесывает волосы назад, она понимала: пульс в ее ушах бьется совершенно ненормально. Наверное, всё ее лицо сейчас красное как помидор, даже в зеркало смотреть не надо.

Сунув мазь в руку Си Джуна, Са Юль пробормотала себе под нос:

— Обязательно мажьте раны.

— …

Пальцы Си Джуна, сжимавшие тюбик, напряглись.

— Увидимся в школе. И в зале автоматов.

— …Ага.

Услышав его ответ после недолгого молчания, Са Юль развернулась и крепко зажмурилась. Если бы она обернулась еще раз, то точно сошла бы с ума и натворила глупостей. Даже когда она быстрым шагом покидала территорию комплекса, ей казалось, что за спиной всё еще звучит дразнящий голос того малыша.

Это был ее первый в жизни поцелуй.

***

Са Юль лежала, бессмысленно пялясь в потолок. Время близилось к часу ночи, но сон всё не шел, и она продолжала ворочаться. Причиной этой небывалой бессонницы стала череда больших и маленьких событий, произошедших днем. Шокирующие сцены, которые просто невозможно было выкинуть из головы.

Безжалостный поток оскорблений и насилия, обрушившийся на Си Джуна. И то, как спокойно он всё это принимал, не выказывая ни малейшего волнения. И этот голос, называвший ту женщину «мамой»…

Теперь всё то, что она слышала раньше, словно сложилось в единый пазл. Очевидно, что он никому не хотел показывать эти следы побоев, природу которых поняла бы даже такая далекая от насилия Са Юль… А то, что он никого не приглашал домой, — наверное, потому, что жил с матерью, чье психическое состояние было нестабильно.

Тот, кто всегда сиял, пряча под этой маской израненную душу. Он был похож на зеркало с микроскопической трещиной. Снаружи не видно никаких повреждений, но стоит лишь немного надавить — и всё рассыплется на куски.

Неужели он нес это бремя в одиночку всё это время? От этой мысли в груди снова стало тяжело.

И потом… Са Юль машинально поднесла руку к губам и коснулась их.

«Хан Са Юль».

Этот голос, звавший ее так сладко и горячо. И тепло, которое на мгновение задержалось на ее губах и исчезло. Сладкое дыхание, смешавшееся с ее собственным в ту короткую секунду.

И это незнакомое лицо, которое она увидела прямо перед тем, как закрыть глаза, — лицо, в котором хаотично смешались смятение и нежность.

— А-а… блин…

Она так торопливо бросила «увидимся» и сбежала, но теперь Са Юль совершенно не представляла, как будет смотреть ему в глаза.

Перевернувшись на живот, Са Юль с головой накрылась одеялом.

Подумав о том, что уснуть пораньше сегодня точно не удастся.