— Я дома, Сома.
Прошёл примерно год после реорганизации континента. Я сидел в канцелярии, как обычно погружённый в бумаги, когда вошла Юрига. Хотя осень уже вступила в свои права, она была заметно загорелее, чем неделю назад, когда я видел её в последний раз.
— Эй. Добро пожаловать, — сказал я, поднимая взгляд от стола.
— Дада! — Малыш у неё на руках, примерно годовалый, потянулся ко мне.
У него были такие же тёмно-синие волосы, как у Юриги, и лицо, полное ангельской невинности. На спине торчала пара крошечных крылышек — характерная черта небесного народа, к которому принадлежала Юрига. Но в его возрасте они больше походили не на крылья, а на два маленьких пухлых комочка, прилепленных к спине. Поскольку крылышки ещё были покрыты только пухом, их можно было аккуратно прятать под одеждой. Поэтому в сделанных для него детских одеждах я предусмотрел специальные кармашки для крыльев на спине.
Я подошёл и взял мальчика у Юриги.
— Дада! Писк!
Его ножки радостно забили в воздухе. Такие пинки означали, что он в хорошем настроении.
— Отлично. Значит, не забыл моё лицо.
— Нас не было всего неделю, — сказала Юрига с лёгким раздражением. — Преувеличиваешь.
— Нет, — я покачал головой. — В этом возрасте дети не всегда помнят лица отцов. Когда другие наши малыши были такими же крошками, стоило мне подстричься — они смотрели на меня как на чужака и тут же ревели. Было обидно. С Лисией и другими такого не случалось.
— Вот как? Значит, тебя всё‑таки это задевало?
— Потому я и переживал, что он мог меня забыть. Особенно учитывая, что этот малыш...
Я осёкся, поняв, что не стоит говорить это вслух, даже если он ещё слишком маленький, чтобы понять. Юрига заметила, но только улыбнулась и ничего не сказала.
— Иди ко мне, Суйга.
— Мама!
Юрига взяла Суйгу обратно на руки.
Мы вместе воспитывали осиротевшего сына брата Юриги, Фуги Хана, и старшей сестры Ичихи, Мицуми, как родного. Все в замке знали о его происхождении, и когда‑нибудь ему предстояло занять трон Королевства Великого Тигра. Так что формально он был приёмным сыном, но для меня... он был последней просьбой Фуги. Я лишь надеялся, что он вырастет таким же здоровым, как остальные наши дети.
В нашей семье никогда особенно не задумывались: дети звали всех «мама такая‑то», и кто был свободен, тот и нянчился с ними. Когда‑нибудь Суйга узнает правду о своём происхождении, и это, возможно, станет для него тяжёлым испытанием. Но когда наступит этот день, вся наша семья будет рядом, чтобы поддержать его.
— Ах да. — Юрига перехватила Суйгу одной рукой, потом достала что‑то из простой полотняной сумки, висевшей на её плече. — Это сувенир от сам‑знаешь‑кого. Игрушка для Суйги.
— Опять?..
Она протянула мне предмет. Это была статуэтка виверны, вырезанная из какого‑то твёрдого материала. Размером примерно с куклу кокэси, но тяжелее, чем казалось. Работа была на удивление тонкой — не простая деревянная поделка, а скорее миниатюрная фигурка кайдзю из сплава.
— И из чего она на этот раз?
— Из бедренной кости виверны северного полушария.
— Он вырезал статуэтку виверны из кости виверны?! Ну нельзя же дарить такое ребёнку!
— Мы ему то же самое сказали… Только он никогда не слушает.
Вот уж человек! Я живо представил, как тот, кто был рядом с ним, с кривой усмешкой наблюдает, как он вручает это Юриге. Намерение, конечно, доброе... но мог бы выбрать что‑нибудь подходящее для ребёнка.
— Когда в следующий раз увидишь его в Мао‑сити, скажи, чтобы хотя бы рога закруглил. И сделал из чего‑нибудь полегче. Если дать Суйге играть с такой острой штуковиной, он ведь поранится.
— Эм... хорошо. Попробую хотя бы сказать ему об этом.
Очевидно, это игрушка для детей не младше восьми лет, а то и старше. Даже в «Джанпла» — пластиковых моделях по мотивам «Мобильного дракона Джангара» — к антенне на лбу прикрепляют флажок, чтобы никто не укололся.
— Просто попроси его присылать тряпичных или набивных кукол, как нормальный человек.
— Хм... Такие, пожалуй, труднее достать там, где он сейчас. К тому же ты же мастер по части кукол, Сома, вот он, наверное, и решил посостязаться с тобой в скульптуре.
— Окей, я, может, и не скульптор... но всё же.
Я устало вздохнул, а Юрига тихонько рассмеялась.
— Впрочем, мне пора. Ах да, чтобы Суйга не поранился — оставь эту скульптурку здесь.
— Опять?! Каждый раз, как ты ездишь в Мао‑сити, у меня появляется ещё одна!
Полка у простой кровати в углу моего кабинета уже была заставлена фигурками чудовищ, которые Юрига привозила из поездок с Суйгой. Угол всё больше напоминал логово фаната фильмов про кайдзю. Каждая новая служанка, заметив это, бросала на меня взгляд, словно спрашивая: «Неужели король этим увлекается?» Становилось неловко.
— Это ты привезла, Юрига. Держи у себя в комнате.
— Фу, нет. Жуткая штука.
— Эй...
— Пожалуйста, дорогой, — пропела Юрига, подмигнув.
Обычно она была на язык остра, но временами играла роль милой жены. В такие моменты мне всегда было трудно ей отказать. Хотя... где она этому научилась? Не у других ли королев?
— Ладно, увидимся вечером. Пока, Сома.
Юрига помахала рукой. Суйга тоже замахал и пропищал:
— Па‑па!
Полагаю, он хотел сказать «пока‑пока».
Проводив их взглядом, я опустил глаза на скульптуру виверны, которую всё ещё держал в руках.
Если этот «сам‑знаешь‑кто» продолжит слать мне такие сувениры, придётся поскорее отвесить для них отдельное место. А когда Суйга подрастёт, просто отправлю всю коллекцию в Королевство Великого Тигра.
С очередным вздохом я поставил фигурку виверны на полку рядом с остальными.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления