Император возразил неуверенным голосом:
— Но как же тогда глава Белого ордена, отвечающий за твою охрану…
— Разве есть сейчас что-то важнее безопасности Агнес?
Император плотно сжал губы и умолк. Агнес опешила.
«Это ещё что? С каких это пор он считает мою безопасность первейшей?..»
Ей хотелось немедленно огрызнуться, но она решила сдержаться до своей очереди. Император тяжело вздохнул. Призванная в качестве подмоги Агнес молчала, и ему ничего не оставалось, как выступить самому.
— …Но ведь Агнес и сейчас не хочет видеть Реймонда Спенсера своим телохранителем.
— Личные чувства в сторону: по силе и по положению ему равных нет.
— По-моему, как ни крути, лучшая кандидатура — сэр Клиффорд…
— Вы о сэре Клиффорде из Золотого ордена, охраняющего отца-императора?
— Да, сэр Клиффорд! Ему ничего не недостаёт — ни силы, ни статуса!
Император сказал это уверенно, и Демиан усмехнулся.
— Отец-император, сэр Клиффорд не выдержит и дня в роли телохранителя Агнес.
— Почему? У Клиффорда и преданность, и терпение отменные!..
— А Агнес, как думаете, будет терпеть? Она же назовёт его догматичным стариканом и будет оскорблять — это же ясно.
— …
Демиан мельком взглянул на смирно сидевшую Агнес и обратился к императору с мольбой:
— Отец-император, я тоже дорожу Агнес. Пусть поздно, но разве плохо, что брат хочет наконец исполнить её давнее желание? Неужели я так уж плох?
Демиан давил на чувства.
— Ну… нет, не в этом дело…
От этих слов голос императора тоже стал мягче: он прекрасно помнил, как тогда Агнес твердило одно имя — Реймонд Спенсер. Но и тогда Алексанр яростно противился: только не этот наглец. В итоге, поскольку Агнес отвергала всех подряд, у принцессы какое-то время вообще не было телохранителя. Агнес сама изнывала от этого, и император, махнув рукой, решил не настаивать. Теперь так уже нельзя было. После громкого происшествия охрана Агнес должна была быть ещё тщательнее. Император покосился на Демиана.
«Как быть…»
В словах Демиана был резон. Исполнить наконец давнее желание — в этом есть смысл. Но… как ни думай, не хотелось делать Спенсера рыцарем Агнес. Этого дерзкого мерзавца… сына герцога Спенсера, да ещё и того, кто так ранил его дочь!.. То, что Агнес утратила память о нём, было даром небес. А если снова свести их рядом — вдруг она что-то вспомнит или, того хуже, опять к нему привяжется…
«Этого нельзя допустить».
Окрепнув в решимости, император заговорил:
— Но ведь и сам Реймонд Спенсер тогда не горел желанием стать её телохранителем.
Наглая тварь… даже сейчас, вспоминая, император кипел.
Демиан улыбнулся, словно говоря: не беспокойтесь.
— Не стоит переживать. Сейчас Реймонд согласится без раздумий.
— …Почему?
— Он тоже сильно перепугался из‑за несчастья с Агнес. Теперь он будет нежен с ней и выполнит любое её желание.
— …
Да это же ещё опаснее, не так ли? Император с дрогнувшим взглядом покосился на Агнес. Демиан с довольной миной легонько похлопал её по тыльной стороне ладони. Словно говоря: теперь можно ни о чём не тревожиться. Всегда молчавшая до сих пор Агнес едва улыбнулась. В тот миг Демиана передёрнуло от этой улыбки.
— Теперь можно мне? — Агнес наконец заговорила.
— Д-да. Агнес. Говори. Твоё мнение, по сути, важнее всего, не так ли?
Император отчаянно замахал, подгоняя её. Демиан вёл себя невозмутимо, будто был готов парировать любые слова.
Агнес твёрдо сказала:
— Лучше я не выйду из покоев ни на шаг, чем приму Реймонда Спенсера в телохранители.
— …А?
Агнес была общепризнанной любительницей вечеринок. Хотя в последнее время она их не посещала, на чайные встречи всё же выбиралась. И не только. По натуре Агнес была живая, энергичная. С детства не могла сидеть на месте. Даже после недавнего несчастья, на поправке, ей не сиделось — то прогулка, то пикник, вечно в разъездах. И вдруг такие слова. Император изумлённо моргнул.
— Не знаю, что я думала о сэре Реймонде Спенсере раньше, но теперь мне он настолько неприятен, что и видеть его не хочу.
— …
— Голова начинает страшно болеть… грудь сжимает, дышать тяжело… Так что уж лучше я весь день проваляюсь в постели, чем буду ходить с сэром Спенсером.
От категоричности Агнес император и наследный принц потеряли дар речи.
— И сэра Клиффорда я тоже не желаю. Как верно заметил братец, сэр Клиффорд чересчур зануден: что бы я ни делала, он будет придираться к каждой мелочи. Уж лучше тогда добровольно запрусь в покоях.
— …
— Если хоть кто-то из этих двоих станет моим телохранителем, то с завтрашнего дня я не выйду из покоев ни на шаг. А вообще и в монастырь уйти было бы неплохо.
— Мо… монастырь?
От столь радикального заявления у обоих дрогнули глаза. Монастырь — немыслимо. Там живут монахини, отрешённые от внешнего мира. Императору было страшно подумать, что любимую дочь он больше не увидит. Наследному принцу тоже это не подходило: ему предстояло использовать брак Агнес в политике. Монастырь с обетом безбрачия — никуда не годился.
Проследив, как оба сильно занервничали, Агнес продолжила. На этот раз голос её, в отличие от прежней ледяной твёрдости, взывал к чувствам.
— Отец-император, помните? Когда я отвергла всех телохранителей. Вы тогда сказали: если у меня появится тот, кого я сама захочу, вы назначите его рыцарем.
— Д-да, верно.
— Вы также обещали, что позволите мне назвать кого угодно, лишь бы не сэра Реймонда Спенсера.
— Помню.
— Человек, которого я хочу, это…
Агнес осторожно начала, и император с наследным принцем вздрогнули.
«Неужели…»
«Только не он!..»
Оба подумали об одном и том же. О том, кого Агнес в последние дни чуть ли не ежедневно зовёт к себе в покои. О человеке, чья репутация в свете странно как-то резко пошла вверх. О том, о ком с недавних пор ходят слухи, будто принцесса ценит его выше всех…
— Прошу назначить моим телохранителем сэра Кайло Грея.
Торг неуместен. Агнес сказала жёстко, и лица обоих перекосились.
— Агнес, ты же… ты ведь не… ну… в том смысле… сердце отдала… ему?.. Это ведь не так, правда? — император спросил, дрожа.
Агнес нахмурилась, будто не понимая, о чём речь.
— Что вы, отец-император. Я лишь хочу отплатить человеку за оказанные мне милости.
Сказано было с такой непоколебимой серьёзностью, что император и наследный принц спрятали свои «неужели…» поглубже.
Агнес, как человек предельно рассудочный, продолжила сухо:
— Всем известно, что сэр Грей не раз спасал мне жизнь. По уму ему следовало бы пожаловать титул, но это вызовет сопротивление.
Это было верно. Раздавать титулы направо и налево — прямой путь навлечь гнев знати.
— Назначение моим телохранителем будет воспринято как достойная благодарность со стороны императорского дома.