Онлайн чтение книги Птичка ласкового Токкэби The Gentle Goblin's Bird
Глава 15

После его слов, что он за ней придёт, Са Хонён быстро приготовил её приданое. Он отправился в дом Сонг Гын Ряна, с тремя телегами, полными золота.

«Что такое степь?»

«Это луг. Огромный луг.»

«А-а…» Женщина прикрыла глаза, будто представляя, насколько велик этот огромный луг. Са Хонён смотрел на неё сверху вниз.

Он привёл её к себе и всю ночь не сводил с неё глаз. Всю ночь его охватывали странные и непонятные чувства. Он сам снял с неё одежду.

Поскольку раньше ему не доводилось раздевать женщин, он был немного растерян.

[Но ведь мы собираемся пожениться, так что это допустимо, верно?] Конечно, он был её женихом. Этот вывод оказался достаточно удобным.

С точки зрения закона это было, мягко говоря, спорно. Но он не хотел, чтобы кто-то другой прикасался к ней. Ему хотелось сделать это самому. Он осторожно снял с неё одежду и нахмурился, заметив шрамы на её теле.

Аккуратно положив женщину в горячую ванну, он начал её омывать.

«Вам не нужно поесть? Вы не голодны?» – внезапно спросила она, открыв глаза. Её взгляд выражал беспокойство.

«Всё в порядке.» – ответил он с лёгкой улыбкой, продолжая омывать её. Женщина осторожно обхватила его руку. Са Хонён перевёл взгляд на её тонкие пальцы.

[Эти руки пережили четыре дня голода. Руки, которые несли траву ко рту, чтобы хоть как-то забыть о голоде.] Хрупкие и тонкие пальцы держали его грубую ладонь.

«Всё же вам нужно поесть…»

«Сначала я искупаю тебя.»

«Я могу сама.» – она протянула руку, показывая, что хочет, чтобы он занялся своим делом, а потом вернулся. Однако на миг ему показалось, что она отвергает его прикосновения.

С точки зрения здравого смысла это было логично. [Какой женщине понравится, если её будет купать мужчина, которого она едва знает?]

«Тебе это неприятно?»

На его вопрос женщина широко распахнула глаза. Затем, немного помедлив, опустила взгляд, задумавшись. [Нравится или нет?] Похоже, она взвешивала это, а Са Хонён почувствовал, как внутри всё напряглось от ожидания. Наконец, она подняла голову.

«Это мне не неприятно.» – сказала она.

Но затем добавила:

«Просто вы, кажется, не очень привычны к этому.»

«Это мой первый раз.» – признался он, вытирая её обнажённое плечо тканью. Затем, словно про себя, добавил:

«Всё это для меня впервые.»

Женщина отвела взгляд, и её щеки залились румянцем. Она, кажется, сама не понимала, что с ней происходит.

Её лицо, полное растерянности, напоминало ребёнка, потерявшегося в незнакомом месте. Она нервно моргала и тяжело вздыхала, будто ей не хватало воздуха. Женщина была невинна и наивна, совершенно не осознавая своей тревоги.

Са Хонён, напротив, прекрасно понимал, что делает.

На поле боя он был непревзойдённым. Будучи в юности человеком благородного происхождения, он не мог бездумно сближаться с женщинами. А позже, из-за слухов, связанных с его маской Гоблина и устрашающим мастерством, его стали бояться.

Ходили байки, что он пьёт кровь и наслаждается человеческой плотью. Женщины избегали его. Конечно, он мог бы обратиться в район красных фонарей, но Са Хонён никогда не испытывал сильного влечения к женщинам. Он просто не интересовался ими.

Но впервые в жизни он проявил такой интерес. Впервые действовал так импульсивно. Это казалось безумием. И всё же он улыбнулся и продолжил осторожно очищать её тело.

Смывая грязь с жемчужины, он подумал, что это безумие ему нравится больше всего.

После того как она съела всю кашу, её тело обмякло. Щёки пылали, вероятно, от долгого пребывания в горячей воде. С лёгким дыханием она спросила:

«Зачем вы делаете это для меня?»

«Что именно?»

«У меня ничего нет. Если вы хотите, я могу спеть…но…»

Её голос звучал осторожно. Женщина выглядела обеспокоенной тем, что он оказывает ей столько внимания. [Та, кому неважно быть обнажённой перед мужчиной, чувствовала себя неуютно из-за его заботы.]

Это было так трогательно, что Са Хонён широко улыбнулся.

«Песня…»

Его рука скользнула под воду, касаясь её ключицы и осторожно переходя к груди. Холодок пробежал по его спине, но женщина оставалась спокойной, с лицом, не понимающим происходящего.

«Может быть, однажды я попрошу тебя об этом, но мне это не нужно.»

[Её песня была прекрасной. Говорили, что если уснуть под её голос, то сбудутся самые заветные желания.]

Но у Са Хонёна не было желаний. Единственное, что было похоже на желание, это её невинная грудь, доверчиво предоставленная ему.

«Вы не нуждаетесь в этом?» – Женщина, которую всю жизнь ценили только за её пение, удивлённо распахнула глаза. Ему было безразлично её песни.