Если этот мужчина на портрете и вправду преступник… то что же тогда получается?
По спине Шанталь пробежал ледяной холодок.
Если все действительно так, выходит, она напала с бутылкой на совершенно невиновного человека — да еще и наговорила ему грубостей.
«Неужели…»
— Мисс? Вы меня слышите?
Один из полицейских уже некоторое время пытался привести ее в чувство. Шанталь, все так же неподвижно смотревшая в одну точку, наконец подняла на него растерянный взгляд.
— Дело в том… — начала она, но вдруг резко поднялась со стула. — Кажется, произошла ошибка.
— Ч-что? Ошибка? О чем вы?..
— Простите! Мне пора. Всего доброго!
Наскоро поклонившись, Шанталь практически выбежала из участка. Ей что-то кричали вслед, но она не обращала внимания на оклики и мчалась прочь со всех ног.
Лишь отойдя на достаточное расстояние от участка, она остановилась перевести дух.
Потом, понемногу успокаиваясь, снова принялась прокручивать в памяти события той ночи.
В том темном безлюдном переулке мужчина точно преследовал ее и пытался схватить. Это не могло ей привидеться.
И потом — он ведь знал ее имя!
Как это объяснить?
Если он действительно не причастен к нападениям на женщин, зачем тогда выслеживал ее? И откуда ему известно, как ее зовут?
Чем дольше Шанталь размышляла, тем сильнее запутывалась.
Так она и добралась до оперного театра.
У дверей репетиционного зала ее уже ждала Катрин. Похоже, она нарочно поджидала Шанталь.
Девушка приветливо улыбнулась и учтиво поклонилась:
— Здравствуйте, Катрин!
Стоило проявить хоть малейшую небрежность, как Катрин тут же цеплялась к каждой мелочи и устраивала невыносимую взбучку, поэтому здороваться с ней приходилось с особой почтительностью.
— Вы сегодня так рано! Случилось что-то?
Едва эти слова сорвались с ее губ, Шанталь уже пожалела о сказанном.
Звучало так, словно она нарочно намекала на то, что Катрин вечно опаздывает на репетиции.
— Я имела в виду… то есть…
— Зато ты сама сегодня припозднилась, — с добродушной улыбкой перебила ее Катрин.
К счастью, цепляться к неловкой фразе она не стала. Более того, голос ее прозвучал удивительно мягко:
— А мне говорили, ты обычно раньше всех приходишь и открываешь двери репетиционной.
— Ах, да… Утром возникли кое-какие дела, пришлось ненадолго отлучиться.
— Все только и говорят о том, как усердно ты занимаешься. Я и сама давно за тобой наблюдаю. И должна признаться, ты мне нравишься.
Шанталь изумленно приоткрыла рот.
Она и представить не могла, что Катрин способна сказать ей что-то подобное.
— С-спасибо…
— И что же это за дела у тебя были с утра? Слышала, ты ищешь подработку. Сегодня тоже ездила по работе?
— Нет, что вы. Просто личное дело. Но работу я действительно все еще ищу.
На лице Катрин отразилось искреннее сочувствие:
— Совсем тяжело приходится, да? В межсезонье жалованья ведь не платят, вот и приходится крутиться как можешь.
«Она еще и о моем безденежье беспокоится?!»
— Ну, все не настолько плохо. К счастью, время от времени подворачиваются разовые подработки. Спасибо за заботу!
Уголок губ Катрин чуть приподнялся.
— У меня как раз есть на примете одно неплохое местечко. Хочешь, порекомендую? Работа, правда, разовая, но все же.
После того как сорвались уроки фортепиано, Шанталь снова была вынуждена искать хоть какой-то заработок. Поэтому от такого неожиданно заманчивого предложения ее глаза вспыхнули.
— А что за работа?
— Скоро состоится званый вечер у одного из аристократов. Нужно будет спеть для гостей.
Шанталь потрясенно прижала ладонь ко рту.
На светские приемы знати обычно приглашали известных и именитых певиц. Для такой безымянной солистки, как она, это был невероятный шанс.
Катрин достала из сумочки небольшую карточку и протянула ей.
— Прием состоится через десять дней. Точное время… я сообщу позже.
На карточке был указан адрес особняка.
Едва взглянув на него, Шанталь поняла, что дом находится в том самом богатом квартале, где она уже недавно побывала.
— Слышала о графе Эштоне?
Шанталь поспешно кивнула. Граф был главой Совета и обладал огромным влиянием в Равенне.
Удивительно, почему Катрин решила уступить ей подобное приглашение?
— Мне действительно можно пойти на такой вечер?
— Ты же знаешь, я бывала на подобных приемах сотни раз. Меня от них уже тошнит. Да и в деньгах я не нуждаюсь. Так что иди ты. Тебе нужнее.
— Огромное вам спасибо! — Шанталь принялась благодарно кланяться. — Спасибо, Катрин!
— Там будут очень важные господа, так что… ты должна выступить на высшем уровне. Смотри не испорти атмосферу. Понимаешь, о чем я?
— Да! Я вас не подведу. Обещаю, вам не придется за меня краснеть.
Глядя на ее искреннюю радость, Катрин улыбнулась и как бы между прочим спросила:
— Кстати, ты случайно не встречалась с герцогом Каликсом?
— С герцогом Каликсом? — От неожиданности Шанталь растерянно мотнула головой. — Где уж мне встретиться с таким высокопоставленным господином?
— И даже мельком ни разу его не видела? Совсем?
Шанталь вспомнила недавние случаи.
Когда она шла на встречу с Реем, то увидела лишь затылок герцога, садившегося в экипаж. А в последний раз ей и вовсе удалось заметить только удаляющуюся карету.
— На улице мы случайно пересекались, но лица я так и не разглядела. А почему вы спрашиваете?
— Да так, неважно. — Катрин слегка похлопала ее по плечу. — Обсудим это как-нибудь в другой раз.
Она уже собиралась уйти, но вдруг добавила:
— Ах да. И то, о чем мы сегодня говорили, держи в секрете. Если остальные узнают, что я отдала эту работу тебе, могут обидеться.
— Да, конечно! Не волнуйтесь, я никому не скажу.
Катрин удалилась.
Глядя ей вслед, Шанталь мысленно осыпала ее благословениями:
«Какая невероятная, добрая, прекрасная женщина! Пусть ее жизнь будет усыпана лепестками роз!»
Затем она перевела взгляд на карточку в руках.
«То ли мне с работой так везет, то ли с людьми?»
Сначала Рей, теперь Катрин…
В последнее время предложения о подработке буквально сыпались одно за другим. И если от старого друга такого еще можно было ожидать, то от Катрин — никак.
Задумавшись, Шанталь поняла, что впервые разговаривала с примадонной так долго.
А ведь всегда считала ее эгоистичной и равнодушной.
«Может, в глубине души она и правда добрая? Наверное, из-за предрассудков я слишком предвзято ее воспринимала».
В этот момент кто-то со всей силы хлопнул ее по спине — так, что она едва не потеряла равновесие.
— Ой!
Почувствовав жгучую боль между лопатками, Шанталь обернулась.
Как и следовало ожидать, позади стояла Мари.
— Мари! Сколько раз тебе повторять: будь полегче…
— Ты где с утра шлялась? Только не говори, что одна ходила в полицейский участок!
Подруга тут же набросилась на нее с расспросами, и Шанталь кивнула.
Прошлой ночью, когда она рассказала Мари о случившемся после собеседования и заявила, что пойдет в полицию, та категорически ее отговаривала: мол, полицейские и пальцем не пошевелят, а если об этом прознает мэр, неприятности еще могут начаться у самой Шанталь.
Но Шанталь промучилась всю ночь и решила, что оставлять все как есть нельзя. Поэтому встала пораньше и все-таки отправилась в полицейский участок.
— Ну и? Чем все закончилось?
Шанталь рассказала обо всем, что произошло в участке.
Мари, внимательно выслушав ее, недоуменно нахмурилась:
— И какой же из этого вывод? Тот тип, с которым ты столкнулась, получается, вовсе не преступник?
— Похоже… на то?
— Но он же знал твое имя!
— Это правда.
— И что же тогда все это значит?!
Шанталь вспомнила выражение лица того мужчины в ту ночь, его искреннее изумление и слова о том, готова ли она отвечать за свои обвинения.
Теперь, вспоминая ту сцену, она уже не была уверена, что правильно поняла его реакцию.
Возможно, он и правда просто возмущался несправедливостью.
— Может быть, у него и не было дурных намерений. Хотя я все равно не понимаю, откуда он знает мое имя.
— А что, если все дело вот в чем?..