После короткого телефонного разговора с Ширли Скарлетт узнала, что Эйша собралась покинуть особняк:

– Ширли попросила противоядие?

– Нет. Сказала, что в нём нет необходимости?

– ……да? Тогда что?

– На самом деле, информация о покупках клиентов конфиденциальна, – ответила Эйша, после вопроса Скарлетт. – Я говорю это тебе, поэтому держи это в секрете. Лекарство, которое королевская полиция использовала на вас. Она хотела получить его. Столько, сколько сможет себе позволить.

После слов «столько, сколько сможет позволить», Скарлетт получила некоторое представление о том, что хотела сделать Ширли.

Если Ширли хочет отомстить, я не стану её останавливать. Просто надеюсь, что она не пострадает ещё больше.

– Поняла. Спасибо, что сказала, – кивнула Скарлетт.

– Угу. В любом случае, я вернусь, чтобы взять лекарство.

– Да. Будь осторожна.

Проводив Эйшу, Скарлетт собрала волосы в пучок, чтобы вернуться к учёбе и исследованиям. А когда она уже собралась приступить к работе, в дверь постучал Исаак:

– Скарлетт, приехал сэр Виктор, как быть?

– ……зачем он приехал?

– Этого я не знаю.

После того, как Исаак покачал головой, Скарлетт на мгновение задумалась, а затем ответила:

– Я выйду. А, что важнее.

– Что важнее? – услышав слова сестры, Исаак, как всегда ласково улыбнулся и, наклонив голову, посмотрел на неё.

– Возможно…… ты помнишь, тот день? День, когда случилась авария?

– ……

Брат и сестра никогда не говорили о дне аварии.

Потому что это было воспоминание, которое никто из них не хотел вспоминать и о котором никто не хотел произносить вслух ни слова.

Исаак несколько мгновений думал после осторожного вопроса Скарлетт.

– Я узнала о том, кто нашёл нас и помог отправиться в больницу, – продолжила Скарлетт.

– Правда? Это хороший человек. Нужно отблагодарить его.

– Угу. Я думаю также, – кивнув, Скарлетт продолжила. – Кстати…… в тот день нас нашли довольно далеко от места аварии. Ты не помнишь тот день?

– Мм…… – Исаак попытался вспомнить, но у него разболелась голова и пришлось даже сжать пальцами лоб. Поэтому он сказал с извиняющимся лицом. – Тот день…… я помню очень плохо, возможно из-за того, что старался не думать о нём.

– Вот как……

– Такое чувство, словно я упал в море, – сказал вдруг Исаак, с искренним усердием размышлявший о боли, появившейся при попытке вспомнить о том дне, поскольку этого желала его любимая младшая сестра.

– Море?

– Да. Помню, как сильно у меня болели глаза, словно из-за соли. И кто-то…… закрыл мне рот, извиняясь передо мной.

– ……

– Это всё, что я знаю. Возможно, этот человек – преступник?

– Я так не думаю, – покачала головой Скарлетт, услышав вопрос брата. – Если бы преступник увидел нас, то убил бы, не так ли?

– Возможно……

– Полагаю, кто-то помог нам.

Исаак кивнул.

После этого воцарилось долгое молчание, пока Скарлетт и Исаак пытались вспомнить то, что не хотели вспоминать.

– Мне приготовить чай? – спросил Исаак бодрым голосом, нарушая тяжёлую тишину.

– Да. Спасибо, – кивнула Скарлетт, на мгновение замирая, когда брат ушёл.

Исаак был рядом со Скарлетт с тех пор, как к нему вернулось зрение и начал заботиться обо всём, что могло бы быть ей нужно. Он был похож на птицу-мать, что заботилась о своём птенце и, честно говоря, хоть это и было удобно, Скарлетт иногда беспокоилась, нормально ли это.

Когда она вышла на улицу, то увидела стоящего там Виктора.

– Почему? – спросила Скарлетт, стоя на крыльце.

Виктор тут же подошёл к ней. А когда он протянул руку и коснулся шарфа, который Скарлетт носила весь день, притворяясь, что у неё болит шея, она вздрогнула.

– Нужно обработать, – сказал Виктор, стянув шарф.

– ……проснувшись, его уже не будет, – ответила Скарлетт и оттолкнула бывшего мужа. Снова завязывая шарф, она спросила. – Ты пришёл проверить это?

– Да. Пришёл проверить, – согласился Виктор, убирая свою руку за спину.

– Раз уже здесь, не хочешь чашку чая?

– Буду благодарен.

Когда Скарлетт вошла в дом, Виктор последовал за ней.

После этого они сели в гостиной, где Виктор пил чай, а она сама стакан тёплого молока, думая, что стоит пойти спать.

– Думаю, нужно продумать контрмеры, – сказала вдруг Скарлетт.

– Какие контрмеры?

– Если Кронпринц продолжить обвинять тебя в дезертирстве, должны быть контрмеры. Есть ли показания, что ты в то время был на корабле.

– Даже если все, присутствующие на кораблях Юфо и Стэллан дадут соответствующие показания, он продолжить гнуть свою линию.

– Тогда что же делать?

– А зачем? Волнуешься? – ответил вопросом на вопрос Виктор, державший чашку чая с обычной элегантностью.

– Не беспокоюсь, а скорее злюсь, что кого-то вроде тебя, отдавшего всего себя ВМФ, пытаются выгнать подобным образом. Ты ведь собираешься служить во флоте до самой смерти.

Виктор рассмеялся, услышав слова Скарлетт.

– Почему смеёшься? – замерла она, услышав этот смех.

– Как только это закончится, я сойду с корабля.

– ……что? – замерев от шока, Скарлетт посмотрела на Виктора.

– Меня тошнит от моря, – ответил он.

– Не пытайся лгать.

– Зачем мне пытаться лгать? – спросил в ответ Виктор с улыбкой на лице. Привычной, ледяной улыбкой.

– Это из-за Кронпринца? – спросила в ответ Скарлетт.

– Абсолютно точно нет. Как только я вернусь, закончив эти переговоры, то вытащу на суд Юлия Ирэн своими руками.

– ……

Если не из-за Кронпринца, то почему? – Скарлетт пыталась понять, почему Виктор хочет уйти в отставку, но ничего не приходило ей в голову. 

Виктор Дамфэльт морской офицер. Так и должно быть. Это настолько естественно и должно продолжать быть так, как то, что я – дочь в семье часовщиков.

Скарлетт поднялась. А когда она подошла к нему, останавливаясь рядом с креслом, Виктор поднял взгляд, чтобы посмотреть на неё.

– Что?

Услышав его вопрос, Скарлетт наклонилась и посмотрела в глаза мужчины.

Едва она начала присматриваться, как Виктор снова заговорил:

– Я хорошо вижу. Не делай бесполезных глупостей.

Скарлетт вздохнула, услышав его слова, и подняла палец:

– Сколько пальцев?

– Один.

– Так?

– Пять.

– Их же три?

– Их пять, – сказал Виктор, хватая Скарлетт за руку, когда она попыталась обмануть его.

Скарлетт, ошеломлённая этим действием, быстро отдёрнула руку:

– ……и правда видишь.

– Сказали, что я выздоровел, так почему же ты не веришь в это?

– Просто……

– Что-то вроде посттравматического стрессового расстройства? – поднявшись, Виктор поднял Скарлетт и усадил её на стол.

Она тут же слегка приподняла подбородок, чтобы быть хотя бы на уровне его глаз, ощутимо нервничая из-за действий Виктора. А он провёл руками по телу Скарлетт и, смотря на неё, приблизил лицо так близко, что они почти соприкасались:

– Думая сейчас, кажется, я всё же не вижу.

– Видишь, – непонимающе моргнув, ответила Скарлетт, услышав слова Виктора.

– Уверена?

Увидев его игривый взгляд, Скарлетт почувствовала облегчение и не смогла сдержать улыбку.

Она вспомнила длительную депрессию, которую переживал Исаак, когда ему было 13.

Это логично, ведь наши родители умерли и одновременно с этим он ослеп, как же 13-летнему ребёнку справиться с подобным, но именно поэтому я имею некоторое представление о том, как ведёт себя человек, который в один день внезапно теряет зрение.

– Да. Уверена, – отвечая, Скарлетт снова посмотрела в лицо бывшего мужа.

У него было красивое лицо, к которому она не смогла привыкнуть, даже прожив в браке 2 года.

Скарлетт заглянула в глаза Виктора, снова и снова проверяя что-то. А когда его рука коснулась её лица, плечи Скарлетт дрогнули.

Она подумала, что должна оттолкнуть его, но не смогла, поскольку в свете множества свечей, зажжённых в гостиной, глаза Виктора выглядели слишком одинокими.

– Какая жалость. Если бы я был слепым, то ты бы из жалости была рядом со мной, – сказал Виктор по очереди прикасаясь к глазам, носу и губам Скарлетт.

– Почему ты думаешь, что я пожалею тебя?

Услышав её вопрос, Виктор рассмеялся, спрашивая в ответ:

– Ты настолько потеряла ко мне симпатию, что даже не пожалеешь?

– ……

– Вот и ответ, – Виктор улыбнулся также, как и всю свою жизнь, без плохих или хороших эмоций.

Отстранённая улыбка была для него всем, поэтому часто казалось, что это и было всё, что чувствовал мужчина.

Но он говорит, что единственным человеком, которого он любил на протяжении всей его жизни, являюсь я. А когда я стала терять свои воспоминания, он спрашивал люблю ли я его. Кажется, он делил меня на Скарлетт Дамфэльт, которая любила и Скарлетт Кримсон, которая не любит.

Но может ли разум иметь столь чёткие границы? – Скарлетт не понимала своё сердце и не понимала его сердце.

– Есть ещё много мест, где нужны твои глаза, поэтому как-нибудь я вылечу их. Твои глаза, – сказала Скарлетт.

– Рад, что всё ещё могу быть полезен.

Скарлетт нахмурилась, когда слова Виктора прозвучали с большим сарказмом:

– Речь не о полезности. Ты не знаешь, как страдал Исаак.

– И это усложнит жизнь тебе, – говоря это, Виктор снова обхватил лицо Скарлетт своими ладонями. И попросил, когда она повернула голову в сторону. – Я не смогу видеть тебя позже. Просто позволь посмотреть на твоё лицо ещё немного.

– Что…… – заговорив, Скарлетт тут же повернула голову к Виктору и его палец коснулся её губ.

Мужчина некоторое время молчал, а затем убрал руку.

– Серьёзно, ты пришёл сюда, чтобы осмотреть мою рану? – спросила тогда Скарлетт.

– Да. У меня появилось время.

Скарлетт так возмутилась шутливому ответу Виктора, что стукнула его по плечу. И тут же сказала:

– В любом случае, ранее наш разговор прервался. Даже если это всё ложь, но если подобные статьи продолжат публиковаться, а люди будут говорить об этом, то твоя репутация будет испорчена.

– Это так.

– И……

– И.

– Если, как и сказала Ширли…… в тот день кто-то спас нас. Я хочу знать, кто это был. – посмотрев на Виктора, Скарлетт спросила. – Возможно, ты видел что-то в тот день.

– Что?

– Ты ведь отплыл в тот день. Это было так давно, что ты, вероятно, не помнишь, но…… ты точно ничего не видел той ночью?