Онлайн чтение книги Герб заклеймённого Emblem of the Branded
5 - 2.3

С тех пор как Орба стал наёмником Таурии прошло девять дней.

Войска под командованием Боувана прошли сквозь врата города. Среди них были и наёмники, представлявшие собой армию с доспехами и оружием.

Они шли по главной дороге, поддерживающейся ещё со времён Зер Таурана, и двигались прямо к Хелио на северо-запад. Поскольку в Тауране получить эфир можно было лишь за счёт покупок его у прибрежных стран, то в войске было мало авиации. В этот раз Таурия не отправляла войска на кораблях, и даже пусть они и взяли с собой восемь кораблей, но каждый из них в разобранном состоянии тащили драконы среднего размера. Аналогично и с пушками.

С их скоростью солдатам понадобится четыре дня для того, чтобы добраться до Хелио. На ночь они развернули палатки и установили лагерь вдоль дороги.

Пока другие солдаты собирались возле костров или проводили время за азартными играми, Орба молча сидел, прислонившись спиной к дереву. Увидев его, проходящий мимо Талькот насмешливо произнёс:

— О, мистер забинтованный-мечник-ставший-мечником-в-маске. Мечом ты, похоже, владеешь, а что насчёт этого?

Он показал колоду карт, но Орба лишь снова проигнорировал его.

— Тц, — Талькот поморщился и ушёл. У Орбы не было особой ненависти или отвращения к Талькоту, но и болтать с ним он не желал.

Кстати, сейчас Орба был в маске, которую получил от Дункана. Маска скрывала его лицо от глаз до носа. Область возле рта в отличие от тигриной маски, которую он прежде носил — точнее проклятой маски, которую на него надели — была открыта.

Возле дороги располагались руины маленького форта. Несомненно, они датируются эпохой Зер Таурана, и поскольку внутри ещё оставались целыми потолки и стены, то офицеры использовали форт для ночёвки. Орба догадался о принадлежности руин к Зер Таурану не из-за возраста здания, а прежде всего потому что ныне в Тауране невозможно построить замок или крепость вдоль дороги.

— …О, почему так?

Будучи наследным принцем, он подробно изучил этот вопрос благодаря Динну, его пажу, продемонстрировавшему солидную эрудицию. В тот раз Динн с гордостью прочитал ему лекцию.

— Всё потому, что общественные дороги со времён Зер Таурана стали торговыми маршрутами с прибрежными странами. Регион Тауран мало контактирует с иными государствами, поэтому перережь им торговые пути, так это сразу станет вопросом жизни и смерти.

— Взять, к примеру, Таурию, самую дальнюю от побережья провинцию. Если государство-противник заблокирует торговый путь, это очевидное стратегическое преимущество, да?

— Верно, но у них есть общее осознания прежнего единства. Для иностранцев это достаточно странно, но даже если ещё вчера они лишь сражались и лили кровь друг друга, напади на них кто-то извне, они объединятся и станут как один ради того, чтобы отбросить врага. Именно это и произошло с Мефиусом, потому что даже несмотря на споры, у них сильное чувство единства.

— Ясно. Если кто-то начнёт использовать запрет на торговлю в качестве военной тактики, то и другие города-государства сделают то же самое. И тогда весь регион ослабнет, а затем и помрёт с голоду. К тому же, разве негласное соглашение о защите торговых маршрутов не упрощает жизнь во время вторжения других государств?

— Совершенно верно.

Орба упомянул о том, о чём уже как-то прежде читал, и Динн, немного оскорблённый лишением редкой возможности блеснуть знаниями, продолжил.

— Только вместо негласного соглашения стоит скорее назвать это абсолютным запретом. Говорят, дороги были благословлены Богом-Драконом, которому поклонялись в эпоху Зер Таурана. И если атаковать идущий по ним караван или заблокировать путь, то вас одновременно атакуют все остальные государства. Кроме того, каждый город-государство обладает правами над дорогами ради их защиты от бандитов.

И всё же…

Это не меняло того факта, что западный Тауран — по сути, мир, где выживают лишь сильнейшие. Нередко королевские родословные сменялись за одно-два поколения, или даже вор становился королём. Так как долго эти неписанные законы продолжат соблюдаться? Согласно истории, когда Мефиус напал на Таурию десять лет назад, Раван Дол написал обращение и каким-то образом объединил другие государства, хоть они и не хотели ничего делать.

Прошло много времени с тех пор, как Тауран потерял своего короля. Возможно, на этой земле законы и влияние времён Зер Таурана уже исчезли.

— О чём размышляешь?

Когда Орбу окликнули, он поднял голову и обнаружил стоящего рядом Стана. Не спрашивая разрешения, тот уселся рядом. С такого близкого расстояния его руки и ноги выглядели короткими, но при этом толстыми как брёвна.

— Вот, — он протянул маленькую бутылку Орбе. Тот собирался отказаться, но, — это не алкоголь, — сказал Стан, — мёд. Он довольно редок в этих краях. Выиграл вчера в карты.

Обычно Орба проигнорировал бы его, но несмотря на свой суровый облик, этот человек по имени Стан был необычно дружелюбным. В итоге не отказывая ему, Орба просто взял бутылку, зачерпнул пальцем мёду и облизал его.

Стан с усмешкой сделал то же самое. Его и так всегда узкие глаза сузились ещё сильнее, когда он улыбнулся.

— И всё же каждый раз глядя на тебя я понимаю, что у тебя очень странное лицо.

— Ты можешь сказать это, даже несмотря на мою маску?

— В моём случае я скорее вижу «цвет». Хм, не могу чётко объяснить, но, эм, у такого-то человека такой-то цвет, а значит у него вот такой-то характер, или вот он иногда выглядит синим, а значит, с ним вскоре случится что-то плохое. Как-то так.

— Это всего лишь обычная интуиция, верно? — коротко произнёс Орба. Стан был невозмутим.

— Не стоит относиться к этому столь легкомысленно. На поле боя, например, я никогда не приближаюсь к человеку, который выглядит синим. Потому что это значит, что в бою с ним произойдёт что-то плохое, а значит, скорее всего, он умрёт. На самом деле, шанс того, что он не вернётся, довольно высок. Благодаря этому я и выжил на поле боя. Я вообще-то не так уж умел.

— Ты говорил, что тебя воспитали кочевники.

В душе Орбы что-то щёлкнуло. С тех пор как он покинул Мефиус его редко что интересовало.

— Каждый таурийский кочевник на такое способен?

— Нет-нет, — улыбнулся Стан, облизывая другой палец с мёдом, — они ничем не отличаются от городских жителей.

— А что насчёт тех, кто невероятно хорош в обращении с драконами? Тех, кто может успокоить разъярённого дракона всего лишь простым касанием. Они ведь могут слышать «голос» или как там его.

— О чём ты?

— Если не знаешь, то не забивай себе голову.

В отличие от Стана, чьё любопытство оказалось возбуждено, Орба, наоборот потеряв интерес, отвернулся.

— Действительно невероятная история. «Голос» дракона, да? Если говорить о жителях деревни Барбария, то и такое может быть возможно.

— Барбария? [✱]Барбария — земля варваров

— Да, — кивнул Стан и продолжил. — К северу от Хелио находится озеро Круан. Говорят, в тех окрестностях расположена легендарная деревня. А ещё говорят, что с древних времён, куда древнее эпохи Зер Таурана, те люди поклонялись Богу-Дракону. До прибытия наших предков из космоса они уже жили здесь. Вроде как они изначальные жители этой планеты.

— Также существует теория, что клан драконорождённых — деградировавшая форма Бога-Дракона.

— О? Оставлю-ка я эту сложную дискуссию учёным, но как бы там ни было эти изначальные жители проиграли в войне с человечеством и исчезли, но похоже они обосновались в этой деревне Барбария.

— В мире много авантюристов и исследователей, блуждающих в поисках выживших драконорождённых. Поэтому думаю достаточно людей слышало об этой легенде. Трудно поверить, что её так и не нашли.

— В том-то и дело. Зердианцы почти никогда не приближаются к озеру. Истории из эпохи Зер Таурана утверждают, что это земли Бога-Дракона. Можно сказать, священное место для зердианцев. Давным-давно то ли генерал, то ли король, нацелившись на восточную часть Таурана, подумал, что место удобное, никто ведь из зердианцев не приблизится к нему, не построит крепость и не контролирует территорию возле озера. Очевидно, он отправился, чтобы сделать озеро передовой базой для захвата Таурана, но вскоре крепость исчезла, словно мираж. Её не сожгли, она не была неожиданно атакована, просто бесследно исчезла.

— О?

— Гарда, — Стан сделал небольшую паузу, — я не знаю, тот ли это человек, с которым мы будем сражаться, или нет, но Гарда, о котором я говорю, был священником веры Бога-Дракона времён Зер Таурана. Говорили, что раз в год Гарда освящал храм Зер Илиаса. Ну, на самом деле он приносил жертвоприношения, отбирал сотню людей и топил их в озере.

Орба вовсе не был суеверным, но по какой-то причине нежно касающейся его кожи ветер тревожил.

— О, вспомнил, это, конечно, просто легенда, но вроде бы в Барбарии есть люди, известные как жрицы драконов. Правда не знаю, те ли это люди, что слышат «голос» драконов, о которых ты упоминал.

— Ясно.

После этого Стан поведал как река, берущая своё начало в озере Круан, стала Водой Жизни для жителей Хелио. Для них, как зердианцев, благословение, полученное от священной земли Круан, то, чем они сильно гордятся.

Слушая разные легенды, Орба огляделся.

Оставленные прислонёнными к камням или на земле мечи и копья тускло сверкали от пламени костров. Непрекращающиеся разговоры с сильным западным акцентом. Несколько животный запах, характерный для собравшихся вместе людей, напоминал Орбе о его гладиаторских днях. А затем послышался голос Талькота, звучащий словно крик.

— Эх, — Стан встал, — снова. Он достаточно умён, правда немного вспыльчив. Пойду я.

Когда Стан ушёл, Орба вытащил выданное ему одеяло и улёгся спать. Ощущение маски, касающейся земли, невероятно удручало.

Когда он закрыл глаза, перед ним промелькнула измождённая улыбка Эсмены Базган. Она быстро наложилась на кого-то другого, и Орба не смог привести свои чувства в порядок.

Я должен пойти куда-то дальше, – подумал он.

В земли, где никто не знал об Орбе или внешности наследного принца, туда, где никого не знал и он сам. В земли, где он никогда не услышит знакомых имён или названий государств.

Войска отправились на север вдоль вершины Бергана. Простирающиеся к востоку от неё равнины были усеяны деревнями, не принадлежащими ни одному из государств, а также являлись нейтральной областью и границей с Мефиусом. На вершине был построен форт, наблюдающий за востоком и югом и защищающий границу ото всех, кто пытался прорваться сквозь горы.

По мере того как вершина отдалялась, в поле зрения начали появляться внешние стены Хелио. Перед воротами их ожидала колонна разукрашенных всадников. Боуван послал вперёд гонца на лошади и вскоре всем войскам Таурии позволили войти в город.

Выстроившиеся на улицах люди радостно приветствовали подкрепление.

— Итак, Акс, ты наконец оторвал свою тяжёлую задницу? — произнёс человек, наблюдающий за происходящим с вершины башни.

Высокая и тощая фигура пригладила волосы и усы. На первый взгляд он выглядел щеглом, но всё его тело излучало энергию дикого зверя. Он носил необычную для запада официальную одежду поверх доспехов, полностью закрывающих его руки и ноги.

— Довольно неплохое число солдат. Так ты запаниковал, осознав, что если падёт этот город, то следующим будешь ты? Ну, неважно, мы окажем тебе самый сердечный приём.

Хоть он и говорил столь высокомерно, словно король, но гражданином Хелио он не был. Его звали Грейган, и он был командиром наёмников из союзного государства Черик. Безудержно пронёсшись по полю боя, убив врагов и изнасиловав женщин, он при необходимости силой подчинял себе союзные деревни и основывал там базу. Такова была слава Грейгана, лидера наёмников «Алые соколы».

Однако, своими действами он пересёк черту, разругался с королём Ямкой Вторым и был изгнан из Черика. В этот раз он захватил с собой не только своих наёмников, но и часть солдат регулярной армии Черика. Так что по слухам он покинул город-государство с более чем семью сотнями людей.

Естественно, чтобы прокормить такую прорву солдат, требовалось сразу же наняться к кому-то другому. К счастью, для него весь регион Тауран находился посреди вторжения войск Гарды, и все государства стремились усилить войска. Таким образом, Грейган прибыл сюда, в Хелио.

После полного уничтожения подкрепления, отправленного в Эймен, и начавшихся позже гражданских волнений у Хелио осталось очень мало регулярных войск. И только ставший королём Джала без колебаний принял у себя отряд Грейгана, пообещав им высокую награду.

С тех пор Грейган взял на себя почти всё управление военными делами. А его люди вели себя так, словно весь город уже принадлежал им.

Говорили, что Грейган был сиротой, рождённым проституткой и выношенный на поле боя. Когда он пил, то всегда говорил о своём собственном рождении со смесью тщеславия и самоиронии.

— Я человек, рождённый на поле боя, и тот, кто на этом самом поле боя и умрёт.

Таким был человек, который, глядя на марширующих солдат Таурии из окна башни, задал ожидающему позади него вопрос:

— Когда вы узнаете, какими силами оперирует Гарда?

Как житель пустыни, он носил на голове ткань, закреплённую там с помощью кольца. Хоть его черты и были словно выточены, он был настолько худым, словно исхудал от болезни.

— Мы начнём действовать через неделю, — его грубый голос напоминал зловещий шум изготовившейся пустынной змеи.

— В самом деле? — Грейган плюнул на один из пальцев и разгладил им свои усы. — Эти проклятые таурийцы по-прежнему выставляют себя в роли законных потомков Зер Таурана, но поможет ли им их старомодная гордость в сражении? Я обязательно прослежу за ними.