Я в замешательстве посмотрела на стол:

– …Ах, почему он треснул?

– Дерево сгнило? – бросив короткий взгляд, Руперт выхватил бумаги у меня из рук.

– О! – я рефлекторно протянула руку, но безрезультатно из-за разницы в росте. – Что Вы делаете!

– Это то, что я собирался спросить, – сказал он, смотря на бумаги с недовольным выражением лица.

– Это документы о разводе.

– …? Да.

– Ты уже расписалась.

– Да, я сделала это заранее, чтобы не создавать друг другу проблем.

– Ты сказала, что знаешь, о чём я думаю?

Я пожала плечами:

– Конечно. Мне показалось, что Вам неудобно говорить об этом со мной, поэтому я позаботилась об этом сама.

– …

«Я специально заранее подготовила документы о разводе для того, чтобы он не чувствовал себя неловко.

Но его лицо стало злым.»

– Почему ты сделала это заранее?

Понимая, что что-то не так, я медленно отступила:

– …Разве Вы здесь не за этим?

– Нет.

– Тогда зачем Вы приехали? Нет никакой другой причины, кроме этой, верно?

Руперт со злостью смял документы:

– Какого черта!?

Смятая бумага выглядела как моё будущее.

– Не знаю, зачем Вы это сделали, но мы поговорим об этом позже… – пробормотала я, глядя на него со слезами на глазах.

***

Зелёные глаза Ноэль были полны страха.

Прежде всего, Руперт хотел успокоить её. У него не было намерения пугать её.

На самом деле у него вообще не было особой причины приезжать сюда.

С самого начала он импульсивно привёл с собой лишь нескольких своих подчинённых, а когда увидел Леандера, то ещё более импульсивно прогнал его.

Поэтому было естественно, что ему нечего было ответить на её вопрос о том, зачем он сюда прибыл.

– Есть много вещей, о которых я хочу тебя спросить. Как вы подружились с Леандером, что было в письме Лии, почему ты заранее подготовила документы о разводе и так далее…

Но вопросы, вертевшиеся у Руперта на кончике языка, срывались нелегко.

Это потому, что в тот момент, когда он задавал эти вопросы, у него не было другого выбора, кроме как признаться самому себе, что он эмоционально связан с ней.

«Как жалко! Я чувствую себя самым глупым человеком в мире.

Это ещё хуже, чем самоотречение, про которое я думаю в одиночестве.

Не могу поверить, что причина этого идиотского поступка заключается в том, что я зол из-за документов о разводе, которые дала мне моя жена.

Когда-то у меня были рациональные мысли, что подписание документов о разводе было бы лучшим решением для меня, для неё и даже для благополучия моей дочери. Но у меня гораздо более доброе сердце, и я абсолютно не хочу больше думать об этом.

Несмотря на это, я могу объективно оценивать себя.

Я очень хорошо знаю, что у меня дурной характер, что мне не везёт и что я упрям.

И я никогда не был настолько предан своему делу, чтобы мириться с тем, что я не хочу делать ради других.

Лучше просто признать, что я не могу избежать эмоциональных отношений с женой и дочерью.»

Когда Руперт пришёл к такому выводу, смятение, мучившее его, рассеялось:

– Ноэль, – заговорил он довольно дружелюбным тоном. – Прежде всего, я проясню ситуацию

– Да? – спросила Ноэль, успокоенная его ровным голосом.

– На данный момент мы не можем развестись.

Как человек, который думает и действует одновременно, Руперт немедленно бросил бумаги в камин. Пламя в одно мгновение обожгло бумагу.

– …А? – Ноэль всё ещё была в замешательстве, потому что её мысли не успевали за происходящим здесь. – Почему?

– Потому что я не собираюсь этого делать.

– …Я всё ещё сплю?

– Нет.

***

– Ой… – немедленно ущипнув себя за щёку, я поняла, что это было по-настоящему. – Реальность!?

Было одно объяснение, о котором я могла подумать.

– …Ты съел что-то не то?

– Нет.

– Значит, ты не хочешь утруждать себя процессом развода, поэтому планируешь ударить меня ножом прямо сейчас?..

– Почему ты пришла к такому выводу? – Руперт нахмурился и решительно всё отрицал.

– Тогда в чём же дело?

– Я не буду разводиться с тобой, – эмоции захлестнули Руперта с головой, и он даже почувствовал себя отдохнувшим, потому что это был ответ, к которому он пришёл после глубоких размышлений.

– …

Но с точки зрения Ноэль, это было действительно неожиданно.

Она не была достаточна оптимистична, чтобы подвести итог поведению Руперта*, сказав: «Должно быть, ты наконец-то влюбился в меня».

(*Его отношение изменилось на противоположное).

– С чего это вдруг?

Было естественно испытывать сомнения, когда люди резко менялись, и я отступила ещё дальше.

«Независимо от того, сколько книг я прочитала, у меня нет возможности точно узнать внутреннее состояние Руперта, который повернул свой разум на сто восемьдесят градусов.

Всё, что я помню, это то, что до самого конца он отталкивал свою жену и дочь и вёл себя так, словно они не представляли никакой ценности.

Он также нарушил своё обещание вести себя как родитель.

Воспоминания об этом заставляют меня злиться.»

– Руперт, чего ты от меня хочешь? – сказала я недовольным голосом.

– Я хочу, чтобы вы с Лией вернулись в особняк.

– Зачем? Ты же ненавидишь меня и Лию.

– Это не так.

– Это ещё хуже. Ты не имеешь к нам никакого отношения.

Я вспомнила разговор, который состоялся у нас после того, как я очнулась от обморока.

«Именно так он говорил. И сейчас нет смысла оправдываться.

Странно, что человек, который говорил это, внезапно пришёл и попросил меня вернуться.»

Мои сомнения были оправданны.

«На данный момент у Руперта нет другого выбора, кроме как в какой-то степени раскрыть свои честные мысли.»

– Это правда. Сначала я думал, что это не имеет значения и я скоро забуду об этом, если вы двое будете далеко. Но это оказалось не так просто, как я думал. Точнее, это невозможно.

– …

«Я примерно угадала его намерение. Я не могла детально изучить сложную психологию Руперта, но это обычное явление в человеческих отношениях.

Я думала, что не нужна ему, что моё присутствие рядом раздражает его. Но от мысли, что не увижу его, мне становилось грустно.

Однако немного удивительно, что Руперт тоже испытывает такие чувства.»

– Это может быть временным капризом.

– Если это причина, я откажусь от этого.

– Но жить в особняке было бы для тебя более комфортно. Здесь всего несколько слуг и размер виллы намного меньше…

– Очевидно, маркиз Айнэл, по сравнению с особняком Айнэл эту виллу можно назвать убогой, – я потихоньку начала злиться. – Я не собираюсь возвращаться. Вы дали обещание, а потом нарушили его. Вы сказали, что не хотите иметь ничего общего со мной и Лией, но внезапно появляетесь и говорите, что хотите, чтобы мы вернулись в особняк. Я не собака, которая приходит, когда ей говорят прийти, и уходит, когда говорят уйти.

– … – Руперт был глубоко озадачен.

«Я не думал, что она проявит такую решительность.

Ноэль в прошлом была неуправляемой. А в последнее время она хоть и была смелой, но несколько застенчивой.

Однако Ноэль, стоящая передо мной, не та и ни другая.»

– Если сейчас ты попросишь извинения за мои прошлые ошибки, я склоню голову настолько, насколько смогу. Я буду искренне размышлять об этом.

В зелёных глазах женщины было благородное достоинство.

«И правда, она не та Ноэль Айнэл, которую я знал раньше.»

– Но это не значит, что я собираюсь смотреть на Вас и подстраиваться под Вас. Я больше не хочу, чтобы на меня влияли.

«Сколько времени прошло с тех пор, как я видел, чтобы кто-то выражал своё мнение без примеси страха, презрения или даже ожиданий?»

– Я повторю это снова, Руперт. Я и Лия не поддадимся Вашему минутному упрямству, – Ноэль холодно оттолкнула его.

Так же, как Руперт поступил с ней в тот день.

– Так что возвращайтесь один.

***

Я глубоко вздохнула, вспомнив ситуацию.

«В итоге я столкнулась лицом к лицу с Рупертом.

На самом деле до сих пор я старалась избегать прямого конфликта с ним, насколько это было возможно.

Когда я думаю об оригинальной истории, это похоже на мой флаг смерти.

Ну, на этот раз я ничего не могу с собой поделать.

Было время, когда я думала, что было бы неплохо познакомиться с ним поближе, но теперь я сдаюсь.

Кроме того, отношение Руперта может измениться в любой момент. Я уже испытала подобное и не хочу проходить через это снова.

Странно то, что Руперт сдался слишком легко.

В прошлом он был бы зол или, по крайней мере, саркастичен.

Кроме того, это вилла Айнэл, и он мог просто выгнать меня и Лию, если бы захотел.

Есть ли в его действиях какой-то особый умысел?» – с этими мыслями я направилась в гостиную.

«Руперт приехал сюда не один, а с несколькими членами Рыцарей Ворона.

Горничная сказала мне, что во время разговора с Рупертом члены ордена, сопровождавшие его, находились в гостиной.

Я примерно догадываюсь, кто приехал, поэтому не могу отправить их обратно, не увидевшись с ними.

Есть вещи, которые мне нужно проверить самой,» – подумав об этом, я легонько постучала и открыла дверь гостиной.

Два человека, которые сидели, удивлённо вскочили:

– О, мадам!

– Сэр Арэн, сэр Хиллис, вам не обязательно вставать.

Услышав мои слова, Арэн и Хиллис снова сели.