Если бы это произошло в прошлом, Руперта это бы не взволновало. Но сейчас я подумала, что ему может быть немного грустно. Ведь мы начали ладить.

Лия, кажется, также подумала, что её отец грустит. Она быстро протянула другую руку, которой не держалась за меня.

– Отец, тогда пойдёмте, держась за руки!

Руперт осторожно взял дочь за руку:

– Спасибо.

Так Лия была по середине, а её родители держали её с обеих сторон.

– Кстати, Лия, – Руперт посмотрел на дочь. – Некоторое время я задаюсь вопросом: почему Ноэль – мама, а я отец?

О, наконец-то мой муж тоже начал обращать внимание на то, как к нему обращаются.

На лице Лии появилось растерянное выражение:

– Потому что вы отец!

– Папа.

– Отец.

– Папа.

– Отец это отец, – рассмеялась Лия.

– …

Так тверда моя дочь, – я посмотрела на мужа с гордым выражением лица.

Как ты себя чувствуешь, когда меня давно называют мамой? Ты завидуешь мне?

Естественно, Руперт понял детский посыл моего взгляда.

Покачав головой, он проворчал, словно сдаваясь:

– И правда, я единственный, кем пренебрегают.

*****

Когда мы вошли в бальный зал, многие удивились тому, насколько мы были близки.

В моих ушах тут же раздался жужжащий шум.

– Я думала, что лишь перед смертью увижу их вместе…

– Эта девочка юная леди Айнэл? Впервые вижу её.

Я никогда не стеснялась чрезмерного внимания и не была застенчива. Потому что проходила через это в прошлом

– Они никогда не притворялись близкими. Оба наконец сошли с ума…

Эй, кто сказал последнее? Выходи сюда сейчас же, – оглядевшись, я вздохнула.

Надеюсь, проблем не будет.

– Думаю, зря я взяла с нами Лию.

– Она привыкнет к этому.

Отличное отношение. Мне не мешало бы подражать ему в этом.

Руперт посмотрел на нашу дочь и сказал:

– Лия, если кто-то побеспокоит тебя, сразу же скажи мне.

– Отец наругает его?

– Да. Я сделаю так, чтобы тебя больше не побеспокоили.

Слушая это, я покачала головой.

Говоришь так, словно собираешься похоронить рискнувшего на заднем дворе.

Естественно, Лия, которая не могла понять этого кровавого внутреннего смысла, весело кивнула:

– Я поняла!

Руперт посмотрел на приближающихся к нам людей, бросая в них раздражённый взгляд:

– Ноэль, ты должна провести Лие экскурсию по залу.

Это означало, что приближающиеся люди не самая лучшая компания. Ни Руперт, ни я, казалось, не хотели показывать ребёнка плохим личностям.

Поняв, что муж имел в виду, я кивнула:

– Хорошо, увидимся позже.

Я взяла дочь за руку и направилась к столам с едой:

– Ты не голодна?

– Я в порядке!

Неожиданно кто-то позади нас заговорил со мной:

– …Маркиза Айнэл, давно не виделись.

Не было достаточно дружелюбного ко мне человека, чтобы первым подходить с дружеским приветствием.

Я обернулась.

Этим человеком оказалась леди моего возраста, ухоженные каштановые волосы которой придавали ей элегантный облик.

Я знала кто это. Потому что это был человек, с которым мы общались до того, как я вышла замуж.

Что ж, наши отношения были не слишком хороши.

Однако я специально дружелюбно улыбнулась:

– Карла, давно не виделись.

Карла Хофэн.

Она была известна в светском мире по причинам, отличных от моих.

Услышав моё приветствие, леди замерла.

– Внезапно зовёте меня по имени… Почему?

Не потому ли, что ты подошла сюда, чтобы поиздеваться?

Пришла, чтобы устроить словесную битву. Но когда собеседник дружелюбен, ты теряешься.

С давних пор у нас с Карлой плохие отношения. Сейчас, когда я думаю об этом, моей вины больше, чем её.

Поэтому давайте для начала будем дружелюбнее.

Это была ситуация, которая сложилась из-за того, что долгое время моя репутация была не очень хорошей. Поэтому я не могла показать всем, что с самого начала конфликтую с Карлой.

– Прости, Карла. Пока я не вышла замуж, мы ведь называли друг друга по именам, не так ли? – спросила я грустным тоном.

Это было правдой. Хоть мы и называли друг друга по именам, но мы не были добры друг к другу.

– …

Пока Карла была в шоке от моих слов и молчала, я взмахнула веером:

– Лия, это графиня Карла Хофэн, подруга твоей мамы. Поздоровайся.

Девочка подхватила подол платья и вежливо поклонилась:

– Здравствуйте, графиня. Меня зовут Лия Айнэл!

Она не может спорить с нами в такой ситуации.

Её образ, который она создавала, будет разрушен, если она саркастически отзовётся на ситуацию, когда моя пятилетняя дочь поприветствовала её, услышав, что мы подруги.

В конце концов Карла скомкано ответила:

– …Да, рада познакомиться, – и, посмотрев на меня, продолжила. – Леди Айнэл, я давно не видела вас, и многое изменилось. Я почти не узнала вас.

Скорее всего, почему мой характер так сильно изменился, да? Жаль, что ты не можешь спросить это.

– Забудь о прошлом. Сейчас, когда у меня есть такая милая дочка, я думаю, что должна поскорее повзрослеть, – посмеиваясь, ответила я.

– Вот как. И правда… – Карла произнесла последующие слова с таким выражением лица, словно не знала, что сказать. – Материнство – это прекрасно. Оно настолько меняет, что мне кажется, что я разговариваю с кем-то другим.

Да, ты не можешь быть более саркастичной в этой тёплой беседе.

– Всё в порядке. Похоже, ты скоро узнаешь это, – я посмотрела на живот Карлы.

Она была облачена в пышную юбку, но даже так было заметно, что женщина беременна.

Почти полный срок?

Посещение бала в таком положении было опасно.

– Думаю, тебе лучше сесть, Карла. Не сложно ли стоять?

У графини Хофэн был шокированный вид.

Её лицо было переполнено изумлением, словно говоря: ‘Разве ты та, кто может заботиться о других?’

– …Всё в порядке, я могу нормально двигаться. До родов осталось около двух месяцев.

Я громко рассмеялась:

– Хорошо. Надеюсь, у тебя родится здоровый малыш.

– Сп-спасибо, – Карла начала заикаться при ответе и, словно поражённая, наконец ушла.

Смотря в сторону своей «подруги», я задумалась.

Я непреднамеренно шокировала беременную женщину.

Так или иначе, первый кризис благополучно миновал.

Нормальному взрослому человеку трудно саркастично разговаривать или спорить с матерью при её ребёнке.

Если они проигнорируют такую ситуацию и нападут на меня, то их репутация будет сломлена.

Обычно, если у тебя есть определённый облик в светском мире, ты не можешь сделать этого.

Поэтому и Карла не захотела опускаться на дно светского мира.

Она объективно высокомерна, но не оставляет здравый смысл.

Я вспомнила больше о Карле. На самом деле она также была одним из персонажей романа.

Но в книге она потеряла ребёнка.

Того ребёнка, что сейчас в её утробе?

Что-то пошло не так во время родов? Если да, тогда есть пределы того, что я могу сделать, чтобы помочь.

В случае с естественными родами есть немало переменных, которые сложно предугадать даже современной медицине.

Я должна буду помочь, если ей когда-нибудь понадобится помощь.

Она сказала, что осталось ещё два месяца, поэтому стоит сосредоточиться на своей проблеме.

В этот момент Лия слегка помахала моей рукой, которую сжимала:

– Мама, этот человек тоже твой друг?

Я посмотрела в том направлении, куда указывала дочь. На встречу к нам шёл мужчина.

Увидев лицо этого человека, я нахмурилась.

Почему он?

Мужчина старше двадцати с тёмно-золотыми волосами.

Мой старший брат, Кот Опион.

– Ноэль, наконец-то я увидел твоё лицо.

– Кот, что случилось? – ответила я, пряча Лию за свою спину.

– Не смотри на меня так. Я твой старший брат, которого ты давно не видела. Разве ты не счастлива?

– Абсолютно нет.

Кот был примером человека с плохим характером.

С юных лет он был крупнее и сильнее своих сверстников. Он прекрасно осознавал это, поэтому избивал молодых слуг и служанок в особняке.

Естественно, его младшая сестра также часто оказывалась объектом издевательств. Были времена, когда он избивал меня так, что у меня шла носом кровь.

Возможно, причина, по которой моя личность была такой жестокой, пока я не нашла воспоминания о своей прошлой жизни, заключается в подобном семейном окружении.

Мои родители не ругали Кота, ведь он был старшим ребёнком в семье. Скорее, оправдывали применение им насилия бессмысленной причиной «он же мужчина».

В результате взросления в такой среде Кот стал азартным игроком, любителем всевозможных развлечений и даже приобрёл склонность к насилию.

– Игнорируешь письма от родителей. Задрала нос, после того как стала маркизой, – Кот перевёл взгляд на Лию, прячущуюся за моей спиной. – О, это моя племянница?

Я резко возразила:

– Это моя дочь, юная леди Айнэл. У нас более высокий статус, чем у тебя, поэтому тебе лучше быть вежливее.

Я никогда не позволю, чтобы с моей дочерью обращались так же, как со мной.

Лицо Кота исказилось:

– Милая, ты ушла к ублюдку маркизу, родила пухлую дочь и теперь решила, что можешь перечить своему брату?

– Тебе лучше быть осторожным, Кот, – мягко предупредила я. – Мой муж и моя дочь. Оба в сто раз лучше тебя.

– Ха, по-прежнему показываешь зубы, – мужчина криво усмехнулся. – Если бы ты не была женой маркиза, я бы заставил твоё хорошенькое личико опухнуть, как и раньше.

Внезапно Кот потянулся и схватил дочь за моей спиной.

– Почему ты так дорожишь лицом своей дочери? Как насчёт того, чтобы увидеть этого дядю, племянница?

Кот был человеком, который не умел контролировать силу. Как только он вытащил Лию, лицо моей дочери скривилось так, словно ей было больно.