Контент удален!

Взяв стакан, как он и направлял, Сиена с недоумением моргнула.

Его рука, поддерживавшая её кисть, отстранилась с опозданием, словно он упустил момент. Всего на долю секунды позже, хотя она уже крепко держала стакан.

Сиена, изнемогая от усталости, посмотрела на него затуманенным взглядом. Даже в такой предрассветный час он выглядел безупречно, как и всегда. Особенно лицо.

Наверное, показалось.

Странное дело, но мысль о том, что нужно быть настороже, каждый раз запаздывала на шаг.

— И всё из-за стакана молока...

Под висевшей над его головой лампой половина лица оставалась в тени.

Стоило ей взглянуть на это лицо, как слова, готовые сорваться с губ, застряли в горле.

Твердая линия подбородка и плотно сжатые губы над воротником рубашки, застегнутой на все пуговицы. Абсолютно бесстрастное, ничего не выражающее лицо — ему в самом деле подходило прозвище «цветок без запаха».

Сейчас в его лице ярко читалась мужественность, но в детстве Клод был настолько миловидным, что было трудно определить его пол.

Этот мальчик с густыми ресницами и правильными, утонченными чертами лица неизменно привлекал к себе внимание.

Потому-то он ни с того ни с сего и стал моим товарищем по играм.

Любопытство дворцовых сплетников к прославившемуся третьему сыну герцога совпало с расчетами матери, преследовавшей свои политические интересы, — так он и оказался в императорском дворце.

Поймав себя на том, что засмотрелась на него, Сиена внезапно опомнилась. Собраться. Нужно собраться.

— ...Не думала, что для этого нужны двое.

Он молча откинулся на спинку сиденья и уставился на неё. С бесстрастным лицом и ничего не выражающим взглядом.

Именно это и напрягало Сиену.

Она обхватила стакан обеими руками.

Совершенно непонятно, что у него на уме.

Так было и в детстве, а в последнее время — тем более.

Поколебавшись мгновение, Сиена решилась и заговорила:

— Хочу кое о чем спросить.

С легкой улыбкой Сиена отодвинула от себя стакан. Проследив за ним взглядом, Клод выпрямился.

— Это из-за матери или из-за голосования по воздушным маршрутам?

— О чем вы?

— Должна же быть причина для твоих попыток сблизиться.

Нужно было прояснить это до возвращения в столицу.

Он заговорил с ней за два дня до отъезда в Габеум, а там, в городе, ей и вовсе казалось, что она постоянно находится под его наблюдением.

Теперь, на пути обратно в столицу, необходимо было понять, что означает его странное поведение.

— Если за этим не стоит какой-то умысел, то всё это лишено смысла.

До сих пор они пересекались бесчисленное множество раз.

Живя в столице, они виделись по три-четыре раза на дню: в парламенте, на банкетах и даже случайно сталкивались в уличных кафе.

Они были молодыми аристократами-ровесниками, а в этих кругах, как водится, близкие знакомства и связи формируются среди очень узкого числа людей.

Однако в этом тесном кругу он ни разу не подал виду, что знаком с ней.

Они знали друг друга, но притворялись незнакомцами.

Даже когда общие знакомые приглашали их на один и тот же вечер, им негласно отводили места за разными столами. А если и приходилось сидеть за одним, то их рассаживали подальше друг от друга во избежание неловкости.

Некоторые удивлялись, с чего бы бывшим товарищам по детским играм так напрягаться, но все прекрасно понимали, что их отношения не так уж просты, поэтому подобное негласное правило неукоснительно соблюдалось.

Поэтому внезапно участившиеся встречи и такое подчеркнутое внимание с его стороны было трудно списать на простую случайность.

Особенно если вспомнить стопку отчетов с печатью семьи Марсель на столе Хасара.

— Разве не так?

С легкой улыбкой спросила Сиена.

— …….

Повисла долгая напряженная тишина.

Она не ждала немедленного ответа, но и не думала, что он будет молчать так долго. Его молчание затянулось дольше ожидаемого.

Тик-так. Звук секундной стрелки громко бил по ушам.

— Сиена.

В этот момент последний пассажир, сидевший в самом конце вагона-ресторана, покинул свое место. Клод заговорил, словно только и ждал, когда вагон опустеет.

— Та стрела.

Пальцы Сиены, покоившиеся на столе, замерли. Воздух в вагоне-ресторане словно сгустился.

— Похоже, то, что было к ней привязано, благополучно добралось до столицы.

Кончики её пальцев похолодели. Совершенно неожиданный ответ.

Она не рассчитывала, что сможет скрывать это вечно, но правда всплыла быстрее, чем ожидалось.

— Содержимое я не проверял.

Когда она медленно подняла голову, он смотрел на неё всё с тем же выражением лица.

— К нему никто не прикасался. Никто, кроме тебя.

Сиена стиснула зубы. Этим ответом он подтверждал: ему известно, как она искала людей и выходила с ними на связь, но использовать эту информацию он не собирается.

Она на мгновение растерялась, не зная, что из этого опаснее.

— ...И что с того?

— Его Величество пока не в курсе. Он знает лишь, что твоей «жизни угрожала опасность».

Это прозвучало так, словно он пренебрег своим долгом инспектора, напрямую подчиняющегося императору.

Когда она посмотрела на него с недоумением, он заговорил ещё тише:

— Как приедем в столицу, тебя вызовет Его Величество. Хорошенько подумай, что скажешь в своё оправдание.

— Какое оправдание? Ты же даже не знаешь, что там было привязано!

— Сиена.

— Да почему ты постоянно заставляешь меня быть у тебя в долгу?

Номер в отеле в Габеуме, новая одежда, замаскированный осведомитель... А теперь он скрывает сам факт существования доноса, хотя знает о нём.

— Зачем ты это делаешь, Клод Марсель? Чего ты добиваешься?

— Я не пытаюсь сделать тебя своей должницей.

— В этом мире не бывает услуг без долгов. Ты и сам прекрасно это знаешь.

На этот раз Клод ответил не сразу.

— Тогда будем считать, что я расплатился со старым долгом.

Бросив эти слова вскользь, он медленно поднялся. Не до конца поняв их смысл, Сиена растерянно замерла, а затем повернулась вслед за ним и спросила:

— Что... о чём ты?

— Привычка засиживаться до рассвета всё та же. Ложись спать.

Затем он скрылся за дверью вагона-ресторана. Какое-то время Сиена смотрела на его пустое место, а потом медленно отвела взгляд.

— Расплатился со старым долгом?..

Звучит жутковато, не правда ли?

В их прошлом было слишком много такого, за что стоило расплатиться.

***

Поезд плавно въехал на территорию огромного вокзала.

Сиена окинула взглядом своё отражение в окне и неторопливо натянула перчатки, лежавшие на коленях.

Отпуск подошёл к концу. Пришло время работать. Да и был ли это отпуск? На её губах сама собой проступила горькая усмешка.

— Госпожа Сиена, ваши помощники уже должны ждать на вокзале.

Стоявшая у двери Ханна доложила ей об этом, когда Сиена собралась встать.

— Отличная работа. В экипаже с нами поедут ещё Джон и Картер.

— Да, поняла.

Открыв дверь, Сиена на мгновение замерла в конце коридора. В двух купе от неё стоял Клод с багажом в руках.

Как всегда, в строгом, безупречном костюме. Лишь тёмные круги под глазами выдавали, что эта поездка выдалась тяжёлой и для него.

Сиена медленно пошла вперёд; её взгляд скользнул по его фигуре, словно подмечая каждую деталь.

Всю дорогу она думала, связано ли то самое прошлое, с которым он «расплатился», с кипой бумаг на столе Хасара.

Если все его многозначительные поступки связаны с Хасаром... Если это так, то как ей следует поступить?

Не зная, что замышляет брат, она терялась в догадках, как вести себя с этим мужчиной, который снова протягивал ей руку.

В этот момент её взгляд пересёкся с его — он как раз разговаривал со своим помощником.

Он повернул голову, словно тяжело вздохнув, и их взгляды пересеклись. Сиена ясно увидела, как с его лица тут же исчезает всякое выражение, и вежливо поздоровалась:

Официально, слегка присев в реверансе.

— Благодарю за помощь в Габеуме, младший герцог Марсель. Ещё увидимся.

— Доброго пути.

Обменявшись приветствиями, они прошли мимо друг друга. Сиена ни разу не оглянулась.