Вопреки опасениям, неделя рядом с Клодом прошла на удивление спокойно. Время от времени они сталкивались в коридорах, что само по себе было не слишком приятно, однако, вероятно, из-за посторонних он не пытался без нужды заводить разговор.
Лишь однажды они встретились в вагоне-ресторане. Клод был не один, да и Сиена появилась в сопровождении целой вереницы помощников, поэтому оба ограничились лёгким кивком в знак приветствия.
Сиена нарочно села как можно дальше от него… и всё же несколько раз их взгляды неожиданно встретились.
Совершенно случайно.
Когда, вздыхая из-за очередной головной боли, она невольно поймала на себе его взгляд, то решила, что ей лишь показалось. Но позже, когда поезд вошёл в тоннель и в тёмном окне отразились его глаза, Сиена поняла, что никакой ошибки не было.
Всё это казалось странным. Она никак не могла понять, зачем Клод снова начал с ней разговаривать и чего вообще добивался.
«О чём он только думает? Неужели Его Величество и правда велел за мной пристально следить?»
Но на дядю совсем не было похоже, чтобы он приказал действовать именно так.
Поведение Клода ощущалось… как бы это сказать. Сиена провела языком по внутренней стороне щеки и прищурилась.
«Слишком уж близко».
В этот момент пейзаж за окном начал меняться. Вскоре показалась платформа, а на ней небольшие группы людей, ожидавших родственников и друзей.
Наконец-то Гаверум.
Сойдя с поезда, Сиена прислушалась к окружающему гулу и среди множества голосов вдруг уловила знакомое имя.
— Хасар Биче ждёт кого-то в зале вокзала на первом этаже.
Сиена передала сумку идущей следом служанке и ускорила шаг.
— Эбони, иди не спеша.
— Что? Госпожа?
— Хасар!
Едва вдали показался силуэт брата, Сиена громко позвала его по имени, словно нарочно желая одним этим возгласом перечеркнуть все слухи, окружавшие дом Биче.
В последнее время особенно часто поговаривали, будто Сиена Биче вознамерилась окончательно оттеснить Хасара и сама стать главой графского дома. Более того, самого Хасара уже начали подозревать в притязаниях на императорский престол.
— Брат!
Не обращая внимания ни на растерянные голоса служанки и секретарей позади, ни на шум вокруг, Сиена побежала вперёд.
Аристократ никогда не спешит.
Аристократ не повышает голос при людях и не позволяет себе суетиться.
Таковы правила поведения, принятые в высшем свете, однако Сиена без колебаний нарушила их все.
Отчасти нарочно, словно показывая, что ей нет дела до аристократических условностей. Но главным всё же было другое — она действительно была счастлива. Ведь с братом они не виделись целых четыре года.
— Сиена.
Такие же золотые волосы, как у неё, и золотистые глаза. Ветер растрепал его волосы, а взгляд мягко изогнулся в улыбке, когда их глаза встретились.
Сиена с размаху обняла Хасара. От сильного столкновения ноги на мгновение оторвались от земли. Обхватившие спину руки и знакомый запах мгновенно вернули ощущение дома.
— Боже, какие близкие отношения.
Пассажиры, сходившие с поезда или ожидавшие родных на платформе, с любопытством перешёптывались, наблюдая за трогательным воссоединением брата и сестры.
— Вот именно. Похоже, те слухи были ложью. Не понимаю, чего все так ополчились на этих двоих.
— Да сколько можно поминать госпожу Ференсу? Они оба взрослые люди, уж с семейными делами как-нибудь сами разберутся.
Пока окружающие, увидев столь тёплую встречу брата и сестры, восхищённо цокали языками, сами участники воссоединения обменивались куда менее нежными приветствиями.
Прислушивавшаяся к разговорам вокруг Сиена чуть отстранилась от Хасара и едва шевельнула губами:
— Исчезни с глаз моих.
Глядя на брата с улыбкой, распустившейся на лице словно цветок, она безмятежно добавила:
— Будь так добр.
— Следи за словами, Си-Си. На нас смотрят.
Хасар непринуждённо обнял сестру за плечи и тоже расплылся в ослепительной улыбке, словно опытный актёр.
— Человек, которому так важны чужие взгляды, четыре года не написал мне ни единого письма? Как думаешь, кому всё это время пришлось отдуваться за двоих?
— Сестрёнка, ты ведь хорошо жила? Ничего страшного не случилось?
Сиена чуть подняла голову у него на груди и, глядя на Хасара глазами, полными слёз, прошептала:
— Прикуси язык и поскорее демобилизуйся.
***
Трогательное семейное воссоединение завершилось с полным успехом. Сиена нисколько не сомневалась: завтра утром их встреча окажется на первой полосе столичных газет.
Под предлогом отпуска она отправила служанку и помощников за пределы Гаверума и с гораздо более лёгким сердцем устроилась в карете. Улыбка всё не сходила с её лица.
— Чему ты так радуешься?
— Есть чему. Ты хоть представляешь, сколько меня мучили разговорами о том, что я непременно отберу у тебя место главы дома?
— Правда? Очень интересно, кто вообще посмел мучить Сиену Биче.
— В зеркало посмотри. Больше всех меня измучил именно ты. И зачем было избегать моих писем? Ты знаешь, каково мне пришлось, когда даже дядья и вассалы начали меня подозревать?
Надо же, сам создал проблему, и теперь ещё пытается разыгрывать заботливого старшего брата.
Сиена с лёгкой, чуть жеманной улыбкой перевела взгляд за окно. Говорили, что Гаверум — портовый город, и это чувствовалось сразу: даже в воздухе стоял запах моря.
Улицы казались удивительно мирными. Мальчик шёл, держась за руку матери; мужчина средних лет возвращался домой, прижимая к груди купленные фрукты и хлеб; чуть поодаль несколько девочек, собравшись стайкой, звонко смеялись.
Для города у самой границы здесь было на редкость тепло и спокойно.
— Последнее столкновение было десять лет назад. Наверное, поэтому сюда и съехались люди со всех концов, чтобы посмотреть на Праздник основания.
Хасар мельком взглянул в окно вслед за Сиеной и равнодушно пояснил:
— И всё же для известного туристического места здесь слишком строгая охрана, не находишь? Да и гостиница всего одна.
Гаверум долгое время оставался отрезанным от внешнего мира, благодаря чему здесь сохранилась почти нетронутая природа. А ещё, как самый западный город империи Альдо, он славился своими закатами.
Праздник основания здесь не проводили уже много десятилетий, однако после того как в прошлом году торжества устроили впервые, поток приезжих только рос.
— Всё-таки приграничный город. Ничего не поделаешь. Приехали.
Сиена последовала за пожавшим плечами Хасаром и выбралась из кареты.
Взгляд с любопытством скользил по сторонам, но ноги послушно шли за братом.
И правда, пусть гостиница была небольшой, сразу чувствовалось: здесь останавливались в основном офицеры и аристократы. Стоило войти в просторный вестибюль с высоким потолком, как возникло ощущение, будто оказался в совершенно другом мире — свежем и безупречно ухоженном.
Говорят, современные гостиницы особенно строго следят за температурой и влажностью воздуха.
— Бронирование на имя Хасара Биче. Со мной будет проживать семья.
— Предъявите, пожалуйста, удостоверение личности и пропуск.
Пока брат занимался регистрацией, Сиена неспешно осмотрелась.
За огромными окнами на противоположной стороне поблёскивало море, переливаясь солнечными бликами. В самом вестибюле царил безупречный порядок: вышколенные слуги двигались бесшумно, а вокруг лилась мягкая музыка.
Сиена как раз восхищалась тем, что даже небольшая гостиница в Гаверуме поддерживает столь высокий уровень, когда её внимание привлекла позолоченная эмблема на центральной колонне.
Она чуть наклонила голову и прищурилась.
«Где-то я уже видела этот герб…»
— Да, это герб Марселей.
Хасар уже закончил регистрацию и стоял рядом.
Сиена вздрогнула от неожиданности, тихо рассмеялась и легонько толкнула его в плечо.
— Напугал! Но с каких это пор Марсели владеют гостиницей?
— Купили её. Кажется, года три назад.
От слишком уж гладкого ответа Сиена повернула голову к Хасару.
— Хм-м.
«Гостиница, значит».
Для герцогского дома Марселей, который всегда предпочитал традиционные отрасли вроде железных дорог, рудников и газового дела, выбор казался довольно неожиданным.
— Для начала… может, съездим в офицерские казармы?
— В казармы?
— А что нам наверху делать? Покажу тебе часть.
В голосе Хасара прозвучала озорная нотка, и Сиена тоже широко улыбнулась.
Перед глазами на миг возникло его юное лицо десятилетней давности. Тогда он так же подбивал её выбраться наружу через лаз в ограде сада императорского дворца.
То были времена, когда Хасар водился с принцессой Эрен и принцем Роханом почти как с родными братом и сестрой. Времена, когда все беззаботно твердили, что следующим императором станет именно он.
Выцветшее воспоминание ненадолго всплыло на поверхность и вновь опустилось куда-то глубоко.
Как и тогда, Сиена улыбнулась ему и кивнула.
— Хорошо. Пойдём.
***
От гостиницы до военной части было около десяти минут на карете.
Лишь после того, как на контрольно-пропускном пункте проверили удостоверение личности и пропуск, а затем ещё и выдали гостевой жетон, Сиену наконец пропустили внутрь. Она устало вздохнула.
— Второй раз я сюда точно не полезу. Охрана куда строже, чем я думала.
Сев на край кровати, Сиена сняла пальто, небрежно бросила его на покрывало и тихо простонала.
«Да что там строже. Здесь просто жутковато. После такого и думать нечего о прогулке по части».
— Просто сейчас сюда съезжается слишком много посторонних. Обычно всё не настолько строго. Отдохни немного, потом поешь и возвращайся.
Сиена лениво махнула рукой Хасару, складывавшему переодетую одежду, и уткнулась лицом в кровать.
— Кстати.
С самого момента, как они вошли в комнату, Хасар то и дело возился с вещами, приводя всё в порядок, а теперь наконец нарушил тишину, словно решил перейти к вопросу, который до сих пор откладывал.
— Ты правда собираешься выйти замуж?
Сиена, до этого пытавшаяся хоть немного прийти в себя, мотнула головой, отбрасывая волосы, закрывавшие обзор.
Хасар сидел на диване у кровати и смотрел на неё с непривычно серьёзным выражением.
— Придётся.
— Тебе ведь незачем так спешить.
Сиена глубоко вдохнула, заглушая готовый сорваться вздох, и поднялась. С трудом усевшись на край кровати, она принялась разминать шею и заговорила таким тоном, будто объясняла очевидное ребёнку:
— Послушайте, господин Хасар Биче. Вашей сестре двадцать четыре. Будь я обычной дворянской дочерью, я, может, ещё и не была бы замужем, но уж помолвлена была бы наверняка. Что? Тебе он не нравится?
— Ты ведь ничего не знаешь об Агрио Паллене.
От его укоризненного тона Сиена выпрямилась, словно по стойке смирно.
— Третий принц королевства Паллен. Рост — сто восемьдесят два. С академических лет регулярно занимается и находится в отличной форме. Единственный из принцев, за которым не тянется ни одного скандала с дворянскими дочерьми. Моложе меня, красивый, характер хороший. Чего ещё не хватает?
— Ты серьёзно?
— Он сам готов на мне жениться. С какой стати мне отказываться, брат?
Хасар, похоже, не поверил своим ушам, и из него вырвался короткий смешок:
— Не знал, что тебе настолько не терпится замуж, Си-Си.
— Да при чём тут вообще замужество? Ну не будь таким бестолковым, правда.
Сиена в ответ так же укоризненно покосилась на него и уже собиралась снова повалиться на кровать, когда Хасар произнёс:
— Если ты торопишься из-за матери, то в этом нет необходимости.
