Контент удален!

Он несколько раз настойчиво ущипнул её за соски, а затем провёл ладонью вниз, сминая грудь.

«Ах…» — стон едва не сорвался с её губ. Жар его ладони, казалось, отпечатался на коже. Пальцы Тэ Джо бесстыдно ласкали грудь прямо внутри чашечек бюстгальтера. И Со не могла пошевелиться, словно связанная. Каждый раз, когда он задевал сосок, она невольно вздрагивала и сжималась. К потрясению примешивалось острое наслаждение.

— Щекотно? — прошептал он, покручивая сосок большим пальцем.

Его горячее дыхание коснулось нежной кожи у её уха. Слыша короткие, возбуждённые выдохи Тэ Джо, И Со до боли стиснула зубы. Дыхание застряло в горле — она не знала, как выпустить распирающий лёгкие воздух. Ей совершенно не хотелось выдавать своё напряжение, но с каждым его касанием губы предательски приоткрывались.

Как только её дыхание участилось, молния на платье поползла вниз с тихим вжиканьем. Тэ Джо развернул И Со к себе и, освободив её руки, одним плавным движением стянул платье вместе с бюстгальтером. Его пальцы продолжали дразнить обнажённую кожу, ни на секунду не прекращая ласк.

Не собираясь прерывать начатую игру, он впился потемневшими глазами в растерянное лицо И Со. Привычные насмешка или придирка мелькнули во взгляде Тэ Джо лишь на мгновение, а затем в чёрных зрачках вспыхнуло тяжёлое пламя. Откровенное, первобытное желание.

От одного этого зрительного контакта И Со почувствовала, как низ живота тягуче наливается жаром. Тело вспыхнуло, словно подожжённый фитиль. В ту же секунду Тэ Джо поцеловал её. Он так нетерпеливо прикусил её нижнюю губу, что у И Со перехватило дыхание, и его влажный язык властно скользнул внутрь.

— Ах… — невольно застонала она.

При этом слабом, болезненно-сладком звуке ей показалось, что Тэ Джо едва заметно улыбнулся одними глазами.

Он снова облизал её губы, сплёл их языки, а затем как ни в чём не бывало дразняще скользнул по нёбу и отстранился — его движения были поразительно мягкими и выверенными. Сначала губы, потом рот… казалось, в конце концов он разжуёт и расплавит её целиком. Это походило на предупреждение. Тэ Джо обдавал её горячим, непристойным дыханием, но его лицо оставалось абсолютно невозмутимым, выдавая огромный опыт.

В отличие от И Со, которая вздрагивала, не зная, как справиться со сбившимся ритмом сердца, он жадно ловил её судорожные вздохи. Тэ Джо дышал глубоко и размеренно, вязко пожирая её рот. Слышались откровенные влажные звуки. Губы, которые он настойчиво сосал, уже горели. Его язык исследовал узкое пространство и скользил всё глубже, отчего внизу живота мучительно пульсировало.

— Ха-а…

Чем глубже становился поцелуй, тем сильнее не хватало воздуха и тем слаще он ощущался. Его огромная ладонь легко обхватывала затылок И Со, фиксируя шею, пока их языки жадно сплетались. От нахлынувшего возбуждения было так хорошо, что голова шла кругом. Разве так вообще бывает?

Когда её ноги подкосились от этого сводящего с ума поцелуя, Тэ Джо в мгновение ока подхватил оседающую И Со. Крепкие ладони сжали её ягодицы, вплотную прижимая к себе.

— Обхвати.

И Со обвила его за талию ногами, и он зашагал вперёд. Вздувшийся под брюками пенис теперь ощущался совершенно отчётливо. Насколько же твёрдой и огромной была эта плоть, при каждом шаге упирающаяся ей в низ живота? Скорее всего, он делал это не специально, но грубое трение о тонкую ткань трусиков вызывало щемящее, тягучее чувство.

Её тело подбрасывало в такт его шагам: бёдра Тэ Джо ритмично толкались снизу, медленно прижимаясь и отстраняясь, словно имитируя фрикции, а губы продолжали безжалостно целовать её рот. В этом читалась властность человека, не терпящего ни малейшего сбоя в дыхании или зазора между сплетёнными телами.

Поцелуй был слишком сладким и слишком жестоким. Грубым и нежным, обжигающим и безжалостным. Когда И Со стало казаться, что она потеряет сознание от одних лишь губ, её измученный рот бессильно приоткрылся. Не в силах больше задерживать дыхание, она судорожно выдохнула.

Тэ Джо слегка отстранился и усмехнулся:

— Целуешься ты паршиво. И ведь это не первый твой раз.

Хотя он дышал так же тяжело, его глаза ещё больше потемнели от похоти.

Вместо того чтобы ответить, что это как раз таки её первый раз, И Со дрожаще посмотрела на него. Пронзительный взгляд Тэ Джо без колебаний проникал, казалось, в самую душу. От одного этого зрительного контакта всё её тело трепетало. Всё равно ложь скоро станет очевидной из-за её неумелости, но ей совершенно не хотелось покорно признаваться Рю Тэ Джо в своей неопытности.

— Язык надо использовать. А не только губами шевелить, — прошептал Тэ Джо тоном строгого учителя, хотя глаза блестели от желания. — Высуни язык.

Он слегка прикусил её плотно сжатые губы, заставляя приоткрыть рот. И Со робко, как щенок, высунула язычок, и Тэ Джо тут же мягко сплёлся с ним своим. Сминая влажную плоть, он словно показывал ей, как надо, а затем замер и выжидающе посмотрел на неё, предлагая попробовать самой.

Под его насмешливым взглядом И Со снова неуклюже двинула губами. Тэ Джо немного подождал, снисходительно любуясь этим детским выступлением, а затем с усмешкой выдохнул, будто не веря своим глазам:

— Чертовски плохо. Но заводит.

Окаменевшие щёки И Со, казалось, вот-вот взорвутся от стыда. Судя по всему, её неумелость лишь сильнее его раззадорила. Тэ Джо удивлённо свёл брови, а затем снова накрыл её губы и проник внутрь с пугающим напором.

Горячий, влажный язык мгновенно протолкнулся почти к самой гортани. Он яростно заглатывал её язык, словно пытаясь вырвать его с корнем, и силой делился своим дыханием. И Со жадно глотала воздух, который он в неё вдыхал. Позвоночник обдало жаром, словно по нему пустили огонь. Внизу живота тоже вспыхнуло жжение, сладкое и пульсирующее, как боль.

— Ха-а…

Пытаясь справиться с этим непосильным поцелуем, И Со безвольно повисла на нём, покачиваясь в такт шагам. Не сбавляя хода, Тэ Джо осыпал влажными поцелуями её щёки, подбородок, шею. Он опускался всё ниже, обжигая языком кожу, и когда горячее дыхание коснулось вздымающейся груди, И Со судорожно вцепилась ему в волосы на затылке.

— Ах…

— Что?

— Ничего… Продолжай.

Её затуманенные глаза ещё пытались сохранить остатки спокойствия, но уже были охвачены первобытной жаждой. В голове И Со творился полный хаос. Медленные, властные движения его ладоней, очерчивающих линию вдоль её позвоночника, пробудили каждую нервную клетку. Казалось, от чувствительности дыбом встали даже мельчайшие волоски на теле.

И Со выгнулась. Возбудившись от её отклика, Тэ Джо задышал ещё тяжелее и шумнее. С каждым его хриплым выдохом у неё перехватывало дыхание. Одна его рука скользнула между её бёдер.

— Ах…

Его пальцы грубо смяли её обнажённую ягодицу. От этой властной хватки И Со дёрнулась. Поцелуй не прерывался — в нём всё отчётливее читалось дикое желание сожрать её заживо, хотя в самом конце Тэ Джо неожиданно нежно облизал её губы.

Толкнув ногой дверь спальни, он опустил И Со на аккуратно заправленную кровать. Их тела, словно единое целое, рухнули на матрас: И Со коснулась спиной простыней, и Тэ Джо тут же навалился сверху.

Осыпая её короткими, жалящими поцелуями, он сорвал с неё остатки белья. Видимо, именно так Рю Тэ Джо и собирался окончательно лишить её рассудка. И Со никогда не ждала от него трепетной заботы или долгих прелюдий, но от одной только мысли, что она абсолютно голая лежит в его постели, голова шла кругом.

— Не отвлекайся.

Словно почувствовав, что любая посторонняя мысль заставит её запаниковать, он коснулся губами её щеки и хрипло прошептал это прямо в шею. Тон Тэ Джо, которым он будто подбивал её вместе совершить что-то запретное, звучал пугающе нежно.

Какая нелепость.

Но все мысли разом растворились, стоило его губам властно прижаться к её пульсу. Тэ Джо жадно целовал и посасывал белоснежную шею. Везде, где его губы касались кожи, расцветали яркие красные засосы.

Тэ Джо чуть приподнялся и опустил горящий взгляд на тело И Со. Её белая, почти прозрачная кожа изначально была чиста, как нетронутый снег, а теперь россыпь багровых отметин на ней напоминала картину в стиле пуантилизма.

— Хоть на выставку отправляй, — хмыкнул он.

Нежная кожа, вспыхивающая даже от лёгкого нажима. Насколько яркой она станет, если обцеловать это тело дюйм за дюймом? В потемневших глазах Тэ Джо заиграл опасный блеск.

— Ты вся красная.

В тот момент, когда в нём вспыхнуло маниакальное желание ещё больше истерзать её идеальную кожу, И Со упёрлась ладонью в его щеку, останавливая.

— Больше не оставляй… следов.

— Почему? Заводит?

Глаза Тэ Джо, поглаживающего шею И Со длинными пальцами, лукаво сверкнули.

— Мне такое не нравится.

— Тогда постарайся, чтобы я их не оставлял.

Он усмехнулся и безжалостно прикусил её пальцы, упиравшиеся ему в лицо. Острая вспышка боли пронзила фаланги, а в следующую секунду её шею снова обожгло поцелуем — так сильно, словно там вот-вот лопнут вены.

— Ах!..

И это она так вздрагивает от малейшего укуса? Тэ Джо накрыл ладонь И Со, до побеления сжимавшую простыню. Его горячие пальцы властно раздвинули её фаланги и крепко переплелись с ними. Когда И Со попыталась вырвать руку, он лишь безжалостно стиснул хватку, намертво прижимая её кисть к матрасу. А затем снова припал губами к обнажённой шее.

— Просишь не делать этого, а самой-то нравится.

Возле её уха раздался низкий смешок. И Со крепко зажмурилась. От прохладного воздуха спальни по её обнажённой коже пробежали мурашки, но Тэ Джо уже жадно припал губами к её груди. И Со тяжело и прерывисто задышала, до крови кусая губы, пока её округлые, набухшие соски нещадно всасывались в его горячий рот.

— Ах… Подожди… Ах!

И Со издала судорожный стон. Её тело пронзила дрожь совершенно иного уровня, нежели от поцелуев. Это было пугающее предвестие невыносимого наслаждения.

— Я хочу… помыться.

— А мне плевать.

В его глазах не осталось ни капли терпения — лишь пылающий, первобытный жар. И Со торопливо попыталась оттолкнуть его свободной рукой, но Тэ Джо проигнорировал этот жест, бесстыдно и властно слизывая кончиком языка каплю влаги с соска, выскользнувшего из-под его пальцев.