Онлайн чтение книги Ненастье Severe Weather
2 - 9

Прошла неделя с тех пор, как она поселилась в доме До Гона.

У И Рён была своя комната, но на самом деле спала она в той постели крайне редко. Возвращаясь с работы, Пэк До Гон, словно по заведенному расписанию, вытаскивал И Рён из ее спальни и уносил в свою, а после бурного секса она в девяти случаях из десяти засыпала, проваливаясь в беспамятство.

Когда она просыпалась, солнце уже стояло в зените, а мужчины и след простыл. Только тогда она, словно спасаясь бегством, покидала его территорию и возвращалась к себе. Но и в этом случае, стоило До Гону уйти, как к ее окнам тут же прилипали мстительные духи, так что И Рён, скрипя зубами, в большинстве случаев плелась обратно в его спальню.

В выходные шансов вернуться к себе в комнату не было вообще. По выходным До Гон не ездил на работу. А это значило, что он целыми днями держал И Рён в своих объятиях. До Гон поразительно точно улавливал моменты, когда она пыталась вырваться.

— В т-туалет. Я схожу в туалет, на минуточку...

— Я тоже хочу. Вместе поссым?

Он точно сумасшедший. И Рён пришла в ужас от того, что он действительно был готов отнести ее прямо к унитазу. Попытка выкроить хоть минутку одиночества под предлогом похода в туалет с треском провалилась.

Увидев остолбеневшую И Рён, До Гон весело расхохотался.

— Ты такая милая, просто прелесть.

Она окончательно выбилась из сил. Сердце так щекотало, что было впору умереть.

— Вы единственный, кто говорит мне такие вещи, директор...

— Естественно, я должен быть единственным. Если бы кто-то другой разглядел, тебя бы уже давно увели из-под носа, разве нет?

На этот раз это было настолько нелепо, что она тоже невольно рассмеялась. Да кто вообще позарится на такую, как я. Его сладкие речи переходили все границы.

Заметив, как И Рён улыбнулась, До Гон медленно стер следы веселья со своего лица. Его большой палец скользнул к ее лицу и погладил уголок губ.

— ...Вот и славно.

Пробормотав что-то непонятное, До Гон усадил И Рён на себя сверху. Он взял ее маленькое личико в руки: то растягивал ей губы в стороны, то тыкал в щеки, делая ямочки, то тянул уголки глаз вверх и вниз, заставляя корчить рожицы. И Рён, чье лицо превратилось в комичную маску, недовольно спросила:

— Директор, вы разве не заняты?

— Занят. Поэтому давай не будем тратить время впустую.

До Гон, широко ухмыляясь, потерся губами о ее губы. Количество тактильных контактов между ними в то время, когда они не занимались непосредственно сексом, возросло до немыслимых пределов.

Сомневаться больше не имело смысла. До Гон определенно получал высочайшее удовлетворение от секса с ней.

Правда, неизвестно, когда ему это наскучит.

Но И Рён ничего не теряла. Проведя здесь неделю, она пришла к однозначному выводу. В те дни, когда она сутками напролет была приклеена к Пэк До Гону, в поле её зрения не появилось ни одного призрака.

Для И Рён призраки занимали целый угол ее повседневной жизни. Были духи, чья внешность была настолько жуткой, что в них с первого взгляда можно было узнать мертвецов, но были и те, кто идеально маскировался под живых и бродил в толпе. Были случаи, когда она, не распознав покойника, заговаривала с ним, после чего к ней прилипала мелкая нечисть, от которой приходилось долго избавляться.

Но за последнюю неделю ни один дух не приблизился к ней. Она даже специально искала в новостях места недавних аварий и ходила туда, но сущности, которые в обычное время приблизились бы к ней вплотную и заглядывали прямо в лицо, теперь лишь издали бросали на нее опасливые взгляды.

«Тетя Су Хи говорила не находиться рядом с людьми, у которых сильная энергия ян».

Может, тетя ошибалась?

Возможно, секс с ним выполнял для И Рён функцию восполнения ее критического недостатка энергии ян.

Неделю ничего не происходило даже без талисманов, и она обрела уверенность. И Рён решила заняться отложенными делами.

В понедельник, когда До Гон уехал в короткую командировку, И Рён поймала Джи Ён — домработницу, пришедшую убраться в холодильнике и приготовить ей еду, — и спросила:

— Тетушка, можно задать вам пару вопросов о покойном вице-президенте Пэк Сон Хёне? Знакомые вице-президента и его жены, или водителя... то есть тех людей, которые погибли в той аварии год назад, или, может, близкие коллеги по работе... Я подумала, вдруг вы знаете чьи-нибудь контакты.

— Ну, водителя вице-президента я пару раз видела. Я ведь раньше работала в главном доме в Сонбукдоне.

— Тогда, может быть, его семья...

— Хм, насколько я помню, он рано потерял жену и воспитывал близнецов. Мне было так жаль этих малышей, что я иногда передавала им еду. Дайте-ка подумать... Если у девочки не сменился номер, то, наверное, вот этот...

Вскоре Джи Ён показала И Рён экран своего телефона. Под именем «И Ён Джу» был записан номер. И Рён поспешно вбила его в свой телефон, а затем доела приготовленный обед.

Сперва нужно встретиться с этой девушкой.

***

— Вы сказали, что знали моего папу?

Дочь И Хён У, водителя, который более двадцати лет служил вице-президенту Пэк Сон Хёну, оказалась двадцативосьмилетней карьеристкой. Ее звали И Ён Джу. Красавица с хрупким телосложением и раскосыми, как у кошки, глазами — И Рён слышала, что она работает в бухгалтерской фирме. Она была высокой и стройной, так что, впервые заметив ее перед кафе, И Рён приняла ее за знаменитость.

И Рён протянула ей визитку Пэк До Гона. Прочитав имя на визитке, Ён Джу после недолгого раздумья коротко вздохнула.

— Это... младший молодой господин, верно? Я помню его.

Слава богу. Всю дорогу сюда И Рён переживала, что девушка отнесется с подозрением к незнакомке, которая внезапно появилась и расспрашивает о ее мертвом отце, но, похоже, все складывалось неплохо. И Рён поспешила ее успокоить:

— По поручению генерального директора и госпожи Хан Сук Джа я расследую обстоятельства гибели вице-президента «Пэён Констракшн» Пэк Сон Хёна. Я встречаюсь со всеми причастными по очереди, и тетушка И Джи Ён дала мне ваш номер.

— А, тетушка...

Только тогда на лице Ён Джу появилось слабое подобие улыбки.

— Как здоровье тетушки?

— Хорошо. Просила передать вам привет. И просила отдать вам это...

И Рён протянула ей термосумку с контейнерами для еды. Видимо, отправлять еду тем, о ком она заботилась, было привычкой Джи Ён.

Ён Джу горько усмехнулась.

— Она все такая же... Так что вы хотели узнать? Скажу сразу: я не была близка с семьей из того дома, поэтому почти ничего не знаю. Мы с братом жили там только до первого класса средней школы, а потом переехали. И с тех пор жили отдельно от папы. Поэтому я мало что знаю о людях из главного дома «Пэён». Младшего молодого господина я тоже видела всего пару раз, да и то была слишком маленькой, так что почти ничего не помню.

— Я пришла не за этим. Меня интересует именно И Хён У.

То есть, какие вкусы были у покойного при жизни, что он ценил больше всего, какие у него были привычки в речи, какой характер, была ли у него заветная цель, к которой он страстно стремился, или нереализованная мечта, принесшая разочарование.

Слушая ее, Ён Джу растерянно заморгала.

— Даже не знаю, я нигде так долго не рассказывала о папе... Начну с того, что папа был однокурсником вице-президента Пэк Сон Хёна. У них с мамой были замечательные отношения, и я помню, что пока мама была жива, атмосфера в семье была очень теплой и дружной. А после того, как мама умерла от рака поджелудочной железы, он немного изменился.

— Изменился? В какую сторону?

— Он страдал от тяжелой депрессии. ...Да, больше я ничего не могу сказать.

Судя по тени, омрачившей лицо девушки, это была территория, куда чужакам вторгаться не следовало. И Рён немного помедлила, а затем осторожно спросила:

— А где находится могила вашего отца...

— В Йонъине. Компания «Пэён» взяла на себя все расходы и организацию похорон, и его похоронили на семейном кладбище их рода. Мы были не в том положении, чтобы отказываться... Но зачем вам вообще нужна эта информация?

Ён Джу переводила взгляд с визитки на столе на И Рён. На ее миниатюрном лице на мгновение мелькнул страх.

— Может быть, папа при жизни чем-то провинился перед младшим молодым господином...

— Нет, что вы. Простите, я задаю слишком много личных вопросов.

— Вам не за чем извиняться. Но если вам нужно будет постоянно контактировать со мной или моим братом, то это немного...

— Нет! После сегодняшнего дня я вас больше не побеспокою.

И Ён Джу, если уж на то пошло, была человеком со склонностью к энергии инь. Однако вероятность того, что это ее врожденная природа, была мала — скорее всего, это происходило из-за того, что в последнее время за ней по пятам следовал определенный призрак.

Ответ был очевиден. И Рён мельком взглянула на человека, тихо сидевшего прямо рядом с Ён Джу. Его торс был полностью развернут к девушке. И Рён изо всех сил старалась случайно не встретиться с ним глазами.

Мстительным духом был мужчина средних лет. С мокрыми, вьющимися волосами и опущенными уголками глаз. Все остальные черты лица разобрать было невозможно. Кровь, хлещущая из разорванной боковой части головы, заливала почти все его лицо.

Он положил свою руку поверх руки Ён Джу, аккуратно лежавшей на коленях. Почувствовав удушье, Ён Джу тяжело вздохнула.

Не в силах больше на это смотреть, И Рён осторожно начала:

— То, о чем я сейчас спрошу, никак не связано с «Пэён», но... скажите, у вас в последнее время часто бывает сонный паралич?

— Что?

— Или, может, вы видите что-то странное... вроде галлюцинаций.

Ён Джу захлопала длинными ресницами. Аккуратный макияж не смог полностью скрыть темные круги под глазами. Девушка подозрительно спросила:

— Послушайте, вы случайно не шаманка или что-то в этом роде? Я смутно слышала, что старшие в семье «Пэён» увлекаются подобными вещами, но я в это не верю. Мой папа тоже в такое не верил.

— Я понимаю, что могу показаться странной, но позвольте мне...

— И насколько я знаю, младший молодой господин той семьи, то есть генеральный директор Пэк До Гон, тоже категорически не верит в суеверия. И теперь мне трудно поверить, что вы пришли от него. В каких вы отношениях с директором? Кто вы вообще такая, И Рён?

И Рён не смогла сразу ответить. Нужные слова никак не приходили на ум.

Кто я такая?

Я...

Я — никто.

С Пэк До Гоном они — люди, связанные долгом. Люди, которые спят вместе. Она — приживалка в его доме.

— Извините. Пожалуй, я пойду.

Ён Джу резко встала и вышла из кафе. И Рён тупо уставилась на два нетронутых стакана с напитками. Внезапно на нее накатило жуткое чувство опустошения.

Я стараюсь жить изо всех сил, но в итоге у меня нет даже пары приличных фраз, чтобы представить себя другим людям.

И Рён еще долго не могла встать с места.

***

— Что за бред, в самом деле... Аж не по себе.

Оглянувшись перед пешеходным переходом, Ён Джу увидела, что женщина со странной аурой все еще сидит в кафе. Ён Джу никак не могла оторвать взгляд от ее затылка; женщина сидела у окна, залитого ярким солнцем, совершенно неподвижно.

Затем она достала телефон и пролистала контакты. Найдя знакомое имя, тут же позвонила.

— Алло?

— Здравствуйте, тетушка. Это И Ён Джу. Дочь И Хён У, которой вы сегодня передали еду через Хон И Рён.

— Омо, Ён Джу. Значит, ты не сменила номер, слава богу. Вы с И Рён нормально встретились?

— Да. Но эта женщина, Хон И Рён... Я только что с ней виделась, и у меня появились сомнения. Я не уверена, что она действительно работает на «Пэён».

— А-а, она не сотрудница компании. Она с директором... А, если я скажу «директор», ты запутаешься. Это девушка, которая сейчас живет вместе с младшим молодым господином.

— Живет с ним?

— Ну да... Он сам привел ее, так что как минимум пару недель они поживут вместе, думаю.

Этот дикий жеребенок, который в десять лет сбежал из дома, потому что даже собственная семья не могла его выносить, сам привел женщину к себе в дом? Ён Джу до дрожи боялась всех людей из семьи «Пэён», но образ младшего внука председателя Пэк Кон Хёна даже спустя более десяти лет оставался в ее памяти самым пугающим.

Ён Джу надолго запомнила взгляд, которым десятилетний мальчик смотрел на своего деда и дядей. Дошло до того, что, когда ее отец трагически погиб в непредвиденной аварии, первое, что всплыло в ее памяти, были глаза того самого мальчика из ее детства.

«Я думала, что младший молодой господин так или иначе причастен к этому делу, а он, оказывается, сам его расследует?»

Может, она что-то не так поняла? Пока Ён Джу терялась в догадках, Джи Ён продолжала говорить:

— Она добрая и тихая девушка. И кушает хорошо. Есть в ней что-то такое, что заставляет о ней беспокоиться, поэтому у меня душа не на месте... А во сколько примерно вы расстались? Мне нужно доложить директору, чтобы он знал, когда она вернется. Ох, беда. Такой контроль обычно дает обратный эффект, неужели нельзя быть с ней поласковее? ...Омо, что-то я разболталась. Сто лет не созванивались, а я тут болтаю невесть что.

Джи Ён, причитавшая словно сама с собой, опомнилась и извинилась. Ён Джу скользнула взглядом по широкой улице перед кафе. Элитный седан, который был припаркован в переулке еще когда она заходила в кафе, снова привлек ее внимание.

— ...Все в порядке, тетушка. И Хон И Рён еще в кафе. Я с ней еще немного поговорю... и отправлю обратно. Не поздно. Да, спасибо вам. Я с удовольствием поем, до свидания.

Недолгий разговор оборвался. Ён Джу сглотнула и снова направилась к кафе. Несмотря на то, что она стояла прямо перед витриной, И Рён безучастно смотрела только на место по диагонали от себя. Но вскоре она перевела взгляд. Повернув голову, словно проследив за чьим-то взглядом, она заметила Ён Джу за окном. Ее глаза, полные меланхолии, округлились как у кролика.

Ён Джу открыла дверь кафе, вошла и плюхнулась на место, где сидела несколько минут назад.

— Вы спрашивали, не бывает ли у меня сонного паралича. Откуда вы узнали?

***

И Рён, размышлявшая о том, стоит ли заговаривать с И Хён У или нет, вздрогнула от неожиданности, когда Ён Джу вдруг вернулась.

Ён Джу выплеснула на нее все, словно человек, принявший твердое решение. На самом деле, со дня смерти отца и по сей день не было и ночи, чтобы ей не снились кошмары. И во сне, и наяву она чувствовала на себе чей-то пристальный взгляд, даже заявляла в полицию. В те дни, когда она этого не чувствовала, ей обязательно звонил брат. И говорил то же самое: что ему кажется, будто кто-то постоянно зовет его и трогает... Интенсивность этого ощущения нарастала, и Ён Джу призналась, что уже всерьез подумывает о визите к психиатру. Она на мгновение прикрыла рот рукой, словно пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями.

— И Рён, вы и вправду считаете, что это просто от сильного стресса?

Что и в каком объеме ей рассказать? То смотрела на нее как на сумасшедшую и сбежала, то вдруг вернулась — неизвестно, что заставило ее изменить решение. И Рён ответила со смирением в голосе:

— Видимо, при жизни ваш отец не успел завершить что-то важное. Мне кажется, он чего-то хочет от вас или вашего брата. Или, возможно, ему не по душе то место, где он сейчас похоронен.

— То есть вы хотите сказать, что призраки... что существует призрак моего папы... вы об этом?

Он прямо сейчас сидит рядом с вами. И Рён поберегла слова ради девушки, которая выглядела такой хрупкой.

— Если вы не против, я схожу к колумбарию вашей мамы. Раз уж он был так к ней привязан, его может не устраивать то, что он лежит далеко от ее могилы.

— И что тогда... нужно будет объединить их могилы?

— Пока ничего нельзя сказать наверняка. Я еще поговорю с вашим отцом. Это не похоже на злой дух, так что не переживайте слишком сильно.

Она хотела успокоить Ён Джу этими словами, но эффект оказался обратным. Лицо Ён Джу побелело как лист бумаги.

— На сегодня идите домой, Ён Джу. Если мстительный дух долго находится рядом, энергия инь усиливается, поэтому пока не выходите из дома после заката, а на работу лучше выходите с рассветом. Ни в коем случае не пропускайте приемы пищи, старайтесь есть больше мяса. Я свяжусь с вами позже.

***

Как только Ён Джу, пошатываясь, вышла из кафе, И Рён тут же набрала номер. На третьем гудке на том конце ответили.

— Сделать совместное захоронение супругов?

— Да, тетя Су Хи. У вас случайно нет свободного окна в графике?

— Ну не знаю, график нужно корректировать в зависимости от дела. Кто клиент?

И Рён замялась, не в силах быстро ответить. Прикрываться именем Пэк До Гона было нельзя, да и упоминать «Пэён» тоже не хотелось.

— Просто... одна знакомая из Сеула, кажется, ее отец хочет именно этого.

— Отец? ...И Рён, неужели ты!

— Я не делала ничего опасного. Я с ним не заговаривала, и уж тем более не смотрела ему в глаза.

И Рён поспешно оправдывалась, понизив голос. Су Хи, готовая разразиться упреками, тяжело, с надрывом вздохнула.

— Для начала пришли мне иероглифы имен обоих покойных и даты их рождения и смерти, а саму дочь отправь ко мне в святилище. Совместное захоронение нельзя делать как попало. Нужно высчитать благоприятное направление для пары, чтобы решить — делать двойной курган или одну могилу, а если придется раскапывать старую, то нужно выбрать для этого счастливый день.

— Жена находится в колумбарии. А отец... я пойму точно, когда увижу могилу.

Она забыла спросить у Ён Джу, могильный курган это или колумбарий. Су Хи строгим голосом сказала:

— Сама больше никуда не лезь, а дочку отправляй в мое святилище.

— Спасибо, тетя. Послушайте, я оплачу все от своего имени. Сразу всю сумму мне сейчас не собрать, но я обязательно...

— Да брось ты. Я еще при жизни сестры Хе Со получила от тебя все, что нужно.

— И все равно.

— Ох, скоро клиент придет. Пришли мне материалы и напиши сообщение, И Рён. Поняла?

Су Хи, засуетившись, повесила трубку. И Рён немного посмотрела на погасший экран, а затем убрала телефон в карман.

— Мы выберем хороший день и перенесем урну с прахом Ким Джэ Ён в могилу И Хён У. Бодхисаттва Су Хи славится своим мастерством, так что мы перевезем ее без проблем.

И Рён изо всех сил прикусила внутреннюю сторону губы, чтобы не блевануть.

У И Хён У, чье лицо было залито кровью, отсутствовала правая рука. Казалось, ее зажало дверью машины или чем-то подобным, и ее оторвало ниже локтя. Внутри разодранных мышц белела кость. Это был самый изуродованный мертвец из всех, кого она до сих пор находила. Впрочем, было бы странно, если бы призрак человека, погибшего в автокатастрофе, выглядел невредимым.

Однако, в отличие от Мун А Ён и Кан Су Ха, И Хён У не приближался к И Рён вплотную. Вероятно, главной причиной было то, что при жизни, потеряв жену, он страдал от тяжелой депрессии. Люди, не имеющие сильной привязанности к жизни или глубоких сожалений, даже если умирали несправедливой смертью, не становились озлобленными духами, цепляющимися за этот мир. И для И Рён это было только к лучшему.

— Может, теперь вы согласитесь дать мне то, что я хочу?

Мстительный дух И Хён У пронзительно смотрел на И Рён своими опущенными глазами. В его взгляде читался вопрос: «Чего ты хочешь?»

Свидетельства призрака не имеют ценности в суде. Для И Рён были важны вещественные доказательства.

— Мне нужен видеорегистратор из машины, которую вы тогда вели.

Когда она впервые встретила До Гона, он язвительно заметил: «Раз уж и видеорегистратор исчез, мадам Хан, наверное, от злости на стену лезет». Раз он был водителем, то, возможно, знает.

Истекающий кровью мужчина наконец поднялся с места. Плавно пройдя сквозь стол, он вышел через стеклянную витрину. И Рён в спешке бросилась за ним и едва не вписалась лицом в стекло. Под недоуменными взглядами посетителей она поспешно открыла дверь кафе и побежала в ту сторону, куда исчез И Хён У.

***

— Вы говорите, это здесь?

И Рён тупо уставилась на здание, к которому она пришла. «Ёнсон Кэпитал». Откуда-то из старого бетонного здания с безвкусной розовой вывеской доносился мрачный скрип.

Выйдя из кафе, И Хён У начал бесцельно идти в неизвестном направлении. И Рён следовала за ним пешком почти три часа, а когда у нее уже отваливались ноги, все-таки поймала такси.

— Пожалуйста, езжайте по тому маршруту, который я скажу, аджосси. Сначала налево на том перекрестке.

И вот так она оказалась здесь.

И Рён знала, что «Ёнсон Кэпитал» управляет Пэк До Гон. Она медленно открыла дверь здания и вошла. Похоже, сегодня офис не работал. Не было видно ни одного из тех бандитов, которые обычно толпились внутри каждый день.

Зона реконструкции в Ансоне... они все уехали туда?

Однако внутри всё же кто-то был. Дверь комнаты, в которой И Рён держали взаперти две недели назад, была приоткрыта на ширину ладони. Оттуда доносились влажные звуки сношения.

— А-ах!

За стоном, полным кокетства, последовал звонкий шлепок по толстой плоти. Женщина пронзительно вскрикнула.

— Еще! Бей сильнее, оппа! А-ах!

— Блядь, булки уже опухли и вот-вот лопнут, а? Еба-ать, задирай пизду.

Грязные разговоры вылетали без всякого фильтра. Как ни зайдешь сюда — ничего не меняется. И Рён зажала одно ухо рукой и прошла мимо. Мстительный дух И Хён У, не обращая внимания на шум из офиса, плавно скользил в одном направлении.

Подвал...

В прошлый раз Хон Ги Джуна тоже потащили туда. Да разве только его. Вся эта жуткая энергия инь, пропитавшая «Ёнсон Кэпитал», поднималась именно из того подвала. На железной двери висели замок и кодовый замок. А перед ней стояла еще одна преграда — решетчатая железная дверь.

Похоже, это не то место, куда я могу входить, когда вздумается. И Рён в нерешительности топталась перед дверью.

Где-то слабо раздался звук мотора. Снаружи внезапно стало шумно.

Кто-то подъехал к зданию «Ёнсон Кэпитал». Мужчина и женщина, спаривавшиеся в офисе, с грохотом отлепились друг от друга и, шурша одеждой, стали поспешно одеваться. И Рён, озираясь по сторонам, торопливо взбежала на пять ступенек и спряталась за дверью полуподвального этажа.

Тем временем дневной посетитель вошел в здание.

— Вы приехали, директор?

Это был не просто посетитель, а хозяин. Человек, которого И Рён очень хорошо знала, монотонно ответил:

— Трахайся дома, Кён Хо.

— И-извините.

И Рён втянула голову в плечи. Это был голос До Гона. Его тон, лишенный всяких интонаций, был безжалостным и жестоким. Казалось, это был совершенно другой человек — не тот мужчина, который кусал ее за ушко и обдавал жарким дыханием.

Внезапно оглядевшись, она поняла, что И Хён У уже бесследно исчез. И не только он: стоило До Гону появиться, как все мстительные духи, заполнявшие подвал, бросились врассыпную сквозь стены на улицу.

Стук каблуков туфель становился все ближе, эхом разносясь по тихой лестнице. Тук. Тук.

Железная дверь, ведущая в подвал, открылась с ржавым скрежетом. И Рён в щель дверных петель наблюдала за тем, что происходит внизу. Безупречный профиль мужчины был виден под углом сверху вниз. Это был тот самый ракурс, с которого был виден изгиб его носа — тот самый изгиб, которым И Рён мысленно восхищалась каждый раз.

То ли из-за жаркого и влажного дня, то ли по другой причине, но он был без жилета, а снятый пиджак перекинул через правую руку. Темные круги под глазами ясно выдавали усталость после бессонной ночной командировки. Его губы были сжаты в прямую линию, не выражающую никаких эмоций.

— Я только воспользуюсь шредером и уйду. Заканчивай то, что начал.

— Да, директор.

Шредер? От одного этого слова по затылку пробежал холодок.

Взгляд И Рён скользнул по его руке вниз. В глаза бросился предмет, который До Гон держал в руке. Это был сложенный пополам бумажный конверт стандартного размера. Что именно находилось внутри, было скрыто, но прямоугольная выпуклость внизу конверта явно выдавала тяжелый предмет. Прямоугольный предмет такого размера и толщины. Похож на телефон... Телефон?

В памяти вспыхнул образ телефона Мун А Ён.

Он был такого же размера?

Мужчины в костюмах, включая Квак Хён Бэ, последовали за ним в открытую дверь. С того места, где стояла И Рён, внутренности подвала не просматривались. Последний вошедший мужчина закрыл дверь. Электронный замок зажужжал и заперся.

Воспользовавшись моментом, И Рён быстро поднялась по лестнице. Для начала нужно выбраться отсюда. Выбраться и подумать!

Черный ход, черный ход!

На первом этаже был запасной выход, ведущий на помойку за зданием. И Рён в панике пробежала по коридору и, только оказавшись на заднем дворе, заваленном мусорными пакетами, смогла перевести дух.

Он сказал, что уехал в командировку до завтра, и она никак не ожидала столкнуться с Пэк До Гоном средь бела дня в «Ёнсон Кэпитал». Однако запоздало пришло осознание: а нужно ли было ей убегать? В конце концов, она делает то, что До Гон сам ей поручил...

И Рён вспомнила, зачем она вообще сюда пришла. Она пришла, чтобы найти след видеорегистратора, о котором ей сообщил И Хён У. Шредер в подвале. Видеорегистратор. Шредер, видеорегистратор...

Его уничтожили здесь?

Если он уже уничтожен, то не было никакого смысла спускаться туда на его поиски.

Но что-то не сходилось. Что-то было странным.

Видеорегистратор, установленный в машине вице-президента Пэк Сон Хёна, которой управлял И Хён У. На нем должна быть четко зафиксирована ситуация во время аварии. То, что такая решающая улика исчезла с места происшествия, само по себе странно, но то, что ее уничтожили в «Ёнсон Кэпитал»?

И Рён внимательно оглядела переплетение переулков за помойкой. Вон там, на приличном расстоянии, на углу стоял И Хён У. И Рён тихо окликнула его:

— И Хён У-сси, кто же тогда... принес сюда этот видеорегистратор...

И Хён У внезапно резко развернулся и исчез, пройдя сквозь стену переулка.

В кармане раздался громкий звук. И Рён чуть не подпрыгнула на месте от испуга, готовая упасть в обморок. Звонил телефон. Поспешно достав его и взглянув на экран, И Рён почувствовала, как по спине пробежал холодок от надвигающейся катастрофы.

[Директор]

— ...Алло?

Первым делом она максимально понизила голос. Кто-то выходил из здания на улицу.

— Ты где?

Чик, чик. Звук открывающейся крышки зажигалки Zippo раздался одновременно и в трубке, и прямо у нее за спиной. Голос — тоже. И Рён не сделала ничего плохого, но ее голова виновато опустилась, а голос дрогнул, как у преступницы.

— Я... ненадолго вышла на улицу. Нужно было кое-что купить.

— И за чем же ты пошла? Могла бы просто попросить тетушку, она бы сама все купила.

— Ну. Мне было неловко ее просить.

— И что же это. Презики пошла покупать?

Она не смогла бы выдавить из себя смешок, даже если бы это была шутка. И Рён, изо всех сил стараясь не издавать ни звука, начала передвигаться боком, как краб. Хорошо хоть гора мусора скрывала ее фигуру.

— Нет, не это... Про, прокладки.

— Да? И как самочувствие?

— Что?

— Женщинам же обычно больно в такие дни. Они становятся нервными. А тебе как?

— А... У меня обычно не так сильно болит, так что все нормально.

И Рён ответила первое, что пришло в голову. На самом деле ее цикл сбился уже несколько лет назад, и каждый раз в эти дни она буквально ползала по полу от боли, но сейчас была не та ситуация, чтобы выкладывать ему все подробности, да и времени на это не было.

Ей было абсолютно ясно одно: даже если она ни в чем не виновата, сейчас ей лучше не попадаться До Гону на глаза. От этой мысли в глазах потемнело. Как мне добраться до дома? Смогу ли я приехать раньше него?

— Директор, а когда вы верне...

— Но выглядишь ты не очень нормально.

— Что?

Волоски на затылке встали дыбом. И Рён не смела обернуться. Приближающуюся ауру она чувствовала каждой клеточкой. Он уже знал, что я здесь.

Впрочем, все здание наверняка нашпиговано камерами, так что все ее жалкие попытки спрятаться и сбежать были для него как на ладони.

Приближающиеся шаги остановились прямо у нее за спиной. На голову И Рён упала длинная тень. Мужчина с лицом дикого зверя смотрел на нее сверху вниз непроницаемым взглядом.

— Что ты там делаешь, как крыса, Хон И Рён?