— Тогда кем бы вы хотели быть, У Кан Джун?
— Ну, даже не знаю.
— В качестве исключения разрешаю вам быть принцем.
— Я ведь далек от образа принца.
— Почему это?
С такой внешностью он наверняка пользовался бешеным успехом у женщин. Не может быть, чтобы он не знал, что хорош собой.
Со Вон озадаченно посмотрела на него, и Кан Джун приподнял бровь.
— Разве принц не должен быть смазливым? Да и вообще… много в чем.
Брови Со Вон недовольно поползли вверх.
Допустим, он не подходит под типаж смазливого юноши, но его «да и вообще» прозвучало так, будто он просто не хочет с ней связываться.
Со Вон почувствовала, что он негласно выстраивает стену между ними, точно так же, как недавно открестился от попыток бабушек их свести. Конечно, возможно, она просто накручивала себя.
— Ну, тогда будете Парнем с перечного поля номер один.
— Звучит неплохо. Мне нравится.
На ее ворчливый тон он медленно улыбнулся. В сочетании со слегка прищуренными от яркого солнца глазами эта улыбка делала его моложе своих лет.
То ли дело было в свежем пейзаже за окном, но Со Вон на мгновение замерла, словно оказавшись в сцене из какого-то летнего фильма.
Она то воодушевлялась, то поникала, то воодушевлялась вновь. Раз зародившись, эти чувства уже не желали останавливаться, несясь вперед, словно машина со сломанными тормозами.
Для первой любви возраст был уже неподходящий, но это чувство обрушилось на нее внезапно, словно летняя простуда, и уже успело принести немало хлопот и пустых надежд.
Говорят, первая любовь никогда не сбывается, и то, что у них все время что-то шло наперекосяк, казалось дурным знаком.
— Хотите музыку послушать?
Когда она вдруг приуныла и отвернулась к окну, Кан Джун покрутил ручку приемника. Из динамиков полился ритмичный сити-поп.
Как назло, в песне пелось что-то про безответную любовь. Слушая душещипательные строчки, Со Вон оперлась локтем о дверцу машины. Подперев подбородок ладонью, она подставила лицо встречному ветру.
Разве целовать ту, к которой ты равнодушен, не преступление? Хотя… в наше время поцелуй приравнивается к невинному держанию за руки. Говорят, теперь люди сперва спят, а узнавать друг друга начинают, только если сойдутся в постели. Со Вон подумала, что, возможно, она просто слишком старомодна.
Запутавшись в бесконечной веренице мыслей, в конце концов она мысленно плюнула на всё.
Видимо, она ненадолго задремала. Открыв глаза, Со Вон поняла, что они уже подъезжают к повороту на деревню Сонхва.
Потянувшись, чтобы размять затекшее тело, она вдруг замерла.
— Дерево все еще лежит на дороге.
Они видели его совсем недавно по пути в приют. Поваленное вчерашним тайфуном, оно так и валялось, наполовину перегораживая проезжую часть.
— Видимо, никто так никуда и не сообщил. Если его оставить, точно случится авария. Куда нужно звонить?
Со Вон как раз доставала телефон, чтобы позвонить, когда...
Раздался оглушительный визг тормозов, и лобовое стекло заслонила тень. Со Вон вскинула голову, и её глаза в ужасе расширились.
Мчавшийся навстречу грузовой автомобиль слишком поздно заметил дерево и резко вывернул руль.
Потеряв управление, махина понеслась прямо на них.
Ба-бах!
С оглушительным грохотом в салон ворвался резкий ветер. Белый солнечный свет, кружащаяся в нем пыль и брызжущие соком зеленые листья смешались воедино, замельтешив перед глазами.
Казалось, мир застыл, словно на фотографии.
Такое она испытывала лишь второй раз в жизни. Тот миг, когда отец резко вывернул руль, и содрогнувшаяся машина полетела вниз, в темно-синюю воду...
Она не успела даже вдохнуть, как мир перед глазами резко накренился. Удар! Чудовищный толчок прошил кабину насквозь и отдался во всем теле. От вибрации, пробирающей до самых костей, Со Вон инстинктивно сжалась в комок и крепко зажмурилась.
Оглушительный грохот, словно возвещавший о конце света, вскоре чудесным образом стих. В наступившей мертвой тишине Со Вон осторожно приоткрыла глаза.
Каким-то чудом «Портер» не перевернулся, а так и замер, вылетев на обочину.
Только тогда Со Вон заметила загородившую ее руку.
Она медленно подняла голову. Кан Джун с окаменевшим лицом осматривал её. На его накрепко сжатых челюстях и в нахмуренных глазах все еще читалось не отступившее напряжение.
— Вы целы?
Со Вон отстраненно перевела взгляд. В боковом зеркале отражался застывший на дороге грузовик.
Водитель грузовика высунулся из окна, огляделся и, убедившись, что серьезной аварии не произошло, завел мотор. Задний борт его машины неспешно удалялся, словно ничего и не было — вся эта ситуация казалась какой-то нелепой иллюзией.
А ведь мы только что чуть не погибли…
Лишь спустя долгое время, придя в себя, Со Вон разжала онемевшие губы.
— …Мы ведь не разбились?
— Пока что нет.
В каком смысле «пока что»? Со Вон непонимающе уставилась на Кан Джуна.
— У меня нет сил на ваши шутки.
— Вы нигде не поранились?
— Пока вроде только мышцы ломит… Но он же сбежал с места аварии, разве нет? Нужно заявить в полицию, почему вы его не остановили…
Тараторя это, она вдруг расплакалась. Растерявшись, Со Вон стала поспешно вытирать катящиеся по щекам слезы тыльной стороной ладони.
Она просто немного испугалась и подумала, как хорошо, что они живы. У нее и в мыслях не было плакать.
Но стоило ей заговорить вслух, как подавленный страх вырвался наружу.
Кан Джун растерянно смотрел на рыдающую навзрыд Со Вон, а затем неловко приобнял ее за плечи. Она тут же уткнулась лицом ему в грудь.
— …Сильно испугались?
Ничего особенного он не сказал, но от его спокойного голоса она почувствовала облегчение. Окончательно расслабившись, Со Вон всхлипнула:
— Кажется, я вообще не в порядке.
Он немного помедлил и успокаивающе похлопал её по спине. Когда её судорожные всхлипывания стихли, он осторожно взял её за плечи.
— Посмотрите на меня.
Грудь, в которую она уткнулась лицом, гулко вибрировала от его голоса. Со Вон слегка приподняла голову.
— Ничего не случилось, мы живы.
— …Я знаю. Только не пойму, почему слезы так и текут.
Она как раз отлепляла прилипшие к мокрым щекам волосы и вытирала слезы краем футболки Кан Джуна.
— Кён Со Вон.
— …Да?
— Разве настоящие принцессы плачут?
На мгновение повисла тишина. Со Вон медленно моргнула, пытаясь сообразить, о чем он, и до нее с запозданием дошло.
— Блин, ну серьезно!..
Стукнув его кулаком в грудь, Со Вон отстранилась. Кан Джун усмехнулся.
— Вам уже лучше?
— …Уязвляет гордость, но да.
Его шутка и впрямь подействовала. Было в его словах что-то обезоруживающее. Как ни странно, это утешало, и то, что они только что едва не попали в жуткую аварию, теперь казалось пустяком.
Кан Джун со смешком коснулся пальцами своей намокшей от ее слез футболки.
— Тут теперь следы от соплей останутся.
— Вообще-то, это святая вода принцессы.
— Какая честь. И сколько за нее можно выручить, если пустить на продажу?
Со Вон прыснула, издав сдавленный смешок. Прищурившись, она произнесла:
— А вы, я смотрю, шутить умеете?
— А я и не шутил.
— Ну… Успокаивает и правда неплохо.
Лукаво улыбнувшись, она подняла голову. Кан Джун смотрел прямо на нее, и в его глазах залегла тень.
В один миг воздух вокруг стал душным и жарким.
На этой проселочной дороге редко проезжали машины, поэтому вокруг стояла полная тишина. Если бы раздался хоть какой-то звук, напряжение бы немного спало, но доносился лишь редкий шелест ветра, отчего всё происходящее казалось оторванным от реальности.
Настолько, что даже если бы они сейчас поцеловались, в этом не было бы ничего странного…
Если так пойдет и дальше, она точно поддастся порыву и снова натворит глупостей, о которых потом пожалеет, прямо как вчера. К счастью, сейчас она была трезва, а значит, у нее должно было хватить силы воли взять себя в руки.
…Наверное.
— Н-но вас это не бесит?!
Со Вон поспешно отодвинулась от него и повысила голос. Кан Джун вскинул бровь.
— Что именно?
— Да тот грузовик! Как он… как он мог просто уехать, даже не извинившись?!
Люди чуть не погибли, как можно было вот так смыться?! Он наверняка увидел, что у них простенький «Портер», решил, что с ними можно не церемониться, и сбежал с места ДТП. Подумал, наверное, что у них и видеорегистратора-то нет, вот и удрал. Так она возмущенно тараторила без умолку.
Особо горячей поддержки она не дождалась. Он лишь изредка поддакивал или медленно кивал. А иногда и вовсе недовольно хмурился.
— У Кан Джун, у вас ведь есть видеорегистратор?
Напряженная атмосфера никак не хотела развеиваться, отчего Со Вон занервничала, но упрямо продолжила говорить. Кан Джун чуть опустил подбородок в знак согласия.
— Я хочу упечь этого ублюдка за решетку, вы ведь посодействуете?
Его сдавленный смешок скользнул по ее макушке.
— Не смейтесь. Посодействуете?
Он, казалось, на мгновение задумался, а затем медленно подался вперед. Их взгляды оказались на одном уровне.
— Посодействую.
От его усмешки она окончательно растерялась. Наблюдать в реальном времени за тем, как все ее усилия идут прахом, было не самым приятным чувством.
Она нервно заморгала и попыталась было отодвинуться, но тут...
— Я давно заметил: мошенница из вас никудышная.
Лукаво произнес Кан Джун.
— …С чего бы мне быть мошенницей?
— Я к тому, что хватит так откровенно переводить тему, лучше вы мне посодействуйте.
Из её груди вырвался короткий вздох.
Со Вон слегка прикусила нижнюю губу и опустила глаза.
На самом деле она понимала, что просто тянет время. Смотреть в лицо этого мужчины так близко и не поддаться моменту было почти невозможно.
Ее неуверенные пальцы скользнули по коленям.
Раз уж она натворила глупостей однажды, то изменится ли что-то, если она сделает это во второй раз?
Честно говоря, нельзя сказать, что в ее чувствах была одна лишь чистота. К эмоциям, которые она испытывала к Кан Джуну, явно примешивалось и банальное вожделение.
Да и его прикосновения к тыльной стороне ее ладони, поначалу едва уловимые, становились всё откровеннее, так что игнорировать их было уже просто невозможно...
Решив ненадолго поддаться желанию, Со Вон обвила руками его шею.
— …Содействую.