Стук-стук. Не дожидаясь ответа, дверь распахнулась, и вошел Чхве Джэ Ха.
— Можно войти?
Визитер умудрился продемонстрировать одновременно и манеры, и наглость. Чхве Ён Соп поправил очки и кивнул, разрешая войти с некоторым опозданием.
Чхве Джэ Ха скучающим взглядом окинул кабинет, придвинул стул к столу Чхве Ён Сопа. Вертя пальцем маленький глобус на столе, он перешел к делу.
— Насчет того, что я просил узнать про Юн И Со. Есть новости?
— ...Ты так же жил и в Штатах? — вместо ответа спросил Чхве Ён Соп.
Чхве Джэ Ха даже не моргнул. Он усмехнулся и продолжил крутить глобус.
— В Штатах нет. Там никто не интересовал меня так, как Юн И Со.
— Почему вы так смотрите? Обидно, что племянник вами командует? — Чхве Джэ Ха беззаботно улыбнулся и выдержал паузу, прежде чем продолжить. — Дедушка велел прийти в больницу на следующей неделе. Один. Сказал, адвокат О тоже будет, хочет кое-что показать.
Чхве Ён Соп тут же выпрямился, уловив суть.
— Я всё проверю и дам знать. До официального оформления еще будет время на правки.
Чхве Джэ Ха прекрасно понимал, о чем думает Чхве Ён Соп.
— Не принимайте близко к сердцу. Смотрите на вещи проще. У вас есть интерес, у меня — просьба. Это бизнес. Если бы вы что-то продавали, а я пришел как покупатель, вы бы не стали злиться, верно?
— ...
— Если я прошу — просто делайте. В чем проблема?
Вспомнились слова отчима, мистера Халида, о том, что корейская бизнес-культура страдает от излишней иерархии. Чхве Джэ Ха был отчасти согласен, но вот чего мистер Халид не учитывал, так это того, что большинство людей просто обожают всё усложнять. Чхве Джэ Ха тихо добавил:
— Даже мой отец, Чхве Бон Соп, такой же. Если хотел, чтобы я свалил из Кореи, мог бы просто отдать то, что принадлежит мне. Но нет, надо же было всё так запутать.
Он усмехнулся. Чхве Бон Соп сам загнал себя в угол, а теперь бегает кругами.
Чхве Джэ Ха родился, и уже через пару месяцев у Чхве Бон Сопа появился Мин Хван — от другой женщины. Мать Чхве Джэ Ха, гордая и независимая, не стала терпеть измену, развелась и уехала с младенцем в Штаты, где выросла сама. Чхве Гу Джэ, провожая внука, передал ему две вещи: имя — Чхве Джэ Ха, где один слог был от деда, — и часть акций финансового холдинга Халлим. Но Чхве Бон Соп не искал общения с сыном, а мать Чхве Джэ Ха порвала все связи с семьей в Корее, не желая иметь с ними ничего общего.
Так они и жили. Чхве Джэ Ха в Штатах даже не подозревал о своих акциях. А узнал только спустя четыре года после совершеннолетия — и то, лишь потому, что дед внезапно слег.
— Какая там сумма, которую отец набрал в долг под мои акции?
Чхве Ён Соп назвал цифру, и Чхве Джэ Ха присвистнул. Нули можно было перечислять долго. Впрочем, для президента холдинга Халлим это были копейки. Больше всего Чхве Бон Соп боялся, что если Чхве Джэ Ха расскажет деду о махинациях с акциями, завещание может сильно измениться.
Денег Чхве Джэ Ха не хотелось. У него был трастовый фонд от матери, подарки от отчима и собственные накопления, которые он начал делать еще подростком. Он был обеспечен. Но это было его — по праву. И он не любил, когда кто-то трогал его вещи.
К тому же, это был отличный урок для отца.
Жизнь проста, но мы сами упорно её усложняем. Чхве Джэ Ха с интересом наблюдал за отцом, который своими руками строил себе ловушку.
Поняв, что заговорился, он оставил глобус в покое и посмотрел на Чхве Ён Сопа. Тот вытащил из ящика файл и протянул его.
— Сказали, ничего особенного.
— Да? Или просто работать не умеете? — Чхве Джэ Ха открыл папку.
Взгляд упал на фото в анкете. Начало учебы. Юн И Со с волосами до плеч и детским лицом. Сейчас она выглядела чуть старше, но тогда...
— ...Такая маленькая здесь, — пробормотал он.
Он просмотрел документы. Имя, место рождения, даты, оценки.
— Юн И Со, ты не очень-то старалась в учебе, да?
Типичная троечница. Чхве Джэ Ха терпеть не мог глупых людей — с ними же поговорить не о чем. Единственным приличным предметом было рисование, остальное — провал.
— Это всё?
— Она живет в районе Ёндже с тетей. Больше ничего, в Корее она недавно.
— А отец?
— Юн Чхан Джэ... у него странная биография.
Чхве Ён Соп начал рассказывать, и лицо Чхве Джэ Ха менялось: от презрения к удивлению, а затем к искреннему любопытству.
— ...Интересно.
Он вспомнил девчонку в лимонном бикини, которая с детской наивностью верила, что папа вернется. А потом вспомнил и всё остальное. Настроение тут же испортилось.
После больницы его не отпускали мысли об их разговоре.
— Мы с ним просто очень-очень хорошие друзья.
— Как друг...
Если это была игра, то Юн И Со сыграла блестяще. Она умудрилась не просто привлечь внимание Чхве Джэ Ха, которому обычно было плевать на всё, но и основательно его зацепить.
Телефон в заднем кармане завибрировал. Он достал его, небрежно глядя на экран.
«Что делаешь? Спишь?»
И следом — стикер с цыпленком, который наклонил голову. Чхве Джэ Ха напечатал ответ.
«Нет, еще не сплю :)»
«Что-то хотела?»
Сообщение прочитано, но ответа нет. Он сверлил экран взглядом и не выдержал.
«И Со?»
«Прости-прости»
«Джу Хи просила оценить её наряд»
«Ты есть в соцсетях?»
Чхве Джэ Ха задумался, но всё же открыл приложение. Когда он заходил туда в последний раз? Аккаунт был пуст: ни фото, ни жизни, просто для галочки.
На экране открылась страница Юн И Со. Пустая, скучная, заброшенная — как сад, за которым никто не следит.