Онлайн чтение книги Роман, переходящий границы Romance that crosses the line
1 - 27

Глава 27

После обеда они поехали на выездную встречу с «Giggle Korea», посвященную текущему проекту мобильной игры. Такси ползло по всё той же намертво забитой пробками Каннам-дэро. Чон Хан и И Ан сидели на заднем сиденье. Чон Хан то и дело поворачивал голову, чтобы украдкой взглянуть на И Ан, и тут же отворачивался. Не прошло и суток с его стычки с Ю Ра, а ему уже приходилось видеть её снова. Худший из возможных сценариев, но удача была не на его стороне. Однако было кое-что, что беспокоило его еще сильнее.

— Ха И Ан.

— Да, директор.

Лицо И Ан весь день было мрачным.

— Если плохо себя чувствуете, идите домой.

Чон Хан чувствовал ответственность за её плохое состояние. Ей приходилось подстраиваться под его ненормальный график и приходить на два часа раньше обычного, что, видимо, подорвало её здоровье.

— Директор.

— Да.

— У вице-президента... есть девушка?

Глаза Чон Хана, бегавшие по строчкам документа на планшете, замерли. Взгляд потерял фокус и дрогнул.

— Почему вас это интересует?

Чон Хан ответил вопросом на вопрос, удивленный внезапным интересом к личной жизни Кан Чжу Хона.

— Вам нравится Кан Чжу Хон?

И Ан теребила пальцы на коленях и молчала. Чон Хан не стал допытываться, но начал нервно постукивать пальцем по краю планшета, выдавая свое беспокойство. Остаток пути они проехали в молчании. Расплатившись за такси, Чон Хан вышел первым с глубоким вздохом.

Атмосфера в переговорной была сухой, но Чон Хан вел себя еще суше, как робот, выдавая только необходимые фразы. И Ан чувствовала: хотя он говорил спокойно, ему не терпелось уйти отсюда. Пролистнув последний слайд презентации, когда экран погас, Чон Хан, отсоединяя ноутбук от кабеля, объявил:

— С этого момента операционное руководство проектом со стороны «Blue Bird Company» переходит к менеджеру Ан Чон Хёну. По всем практическим вопросам обращайтесь к нему.

— Жаль. Значит, мы больше не будем видеться каждую неделю?

В голосе Ю Ра слышался личный интерес. Но вместо того, чтобы рассердиться, как вчера, Чон Хан легко улыбнулся и протянул И Ан свою карту.

— Ха И Ан, говорят, в кафе «Giggle» отличный кофе.

— А?

— Купите нам кофе, пожалуйста. Мне айс-американо, а нашему директору Сон Ю Ра — то же самое, но с одним нажатием сиропа фундука. Вы ведь всегда так пьете, верно?

И Ан с недоумением протянула руки за картой, и тут он добавил:

— Как можно медленнее. Идите.

— ...Поняла.

Улыбка Чон Хана, с которой он произнес «медленнее», не исчезла даже после того, как за И Ан закрылась дверь. Ю Ра, вероятно, не понимала его истинных намерений.

— Что ты задумал, Ча Чон Хан?

Убирая ноутбук в кожаный рюкзак, Чон Хан ответил:

— После вчерашнего разговора я понял одно недоразумение и пришел к одному открытию.

— ...

— Недоразумение в том, что я считал себя виноватым во всём, что произошло. Винил себя за то, что поверил, будто ты мой мир, и показал слабость. Но нет.

Чон Хан посмотрел Ю Ра прямо в глаза.

— Виноват был совсем другой человек.

Ю Ра, сидевшая нога на ногу, усмехнулась, не ожидая такой атаки. Но Чон Хан продолжил:

— Мы встречались 6 лет, и еще 6 лет мы были чужими. Когда я дошел до этой мысли, я понял, что это была не тоска по тебе. Это была жалость к себе. Мне было жаль тех 6 лет моей жизни, чтобы просто вычеркнуть их как несуществующие.

— А открытие?

— В твоем вопросе «как далеко у вас зашло с Ха И Ан», категория этого «как далеко».

— Интересно. И как далеко?

— Она мне нравится. До безумия.

Чон Хан не колебался ни секунды. Красные губы Ю Ра, изогнутые в улыбке, сжались в прямую линию. В глазах Чон Хана читалась серьезность, когда он признавался в любви к другой.

— Так что не притворяйся, что знаешь обо мне всё, и не вороши прошлое.

— Я знаю тебя лучше всех.

— Ты просто тешишь себя иллюзией красивой любви, опираясь на искаженные воспоминания.

— ...

— На самом деле Сон Ю Ра тех времен была просто социопаткой, ослепленной успехом и амбициями.

— Чон Хан, даже для тебя есть границы того, что я могу стерпеть.

Чон Хан отодвинул стул, встал, закинул рюкзак на плечо и задвинул стул обратно. На его губах играла улыбка, но глаза оставались холодными и злыми. Это была скорее насмешка. Перед тем как уйти, он сказал:

— Кто-то сказал мне, что черта существует для того, чтобы её переступать.

Стук каблуков Чон Хана по мраморному полу звучал ритмично и твердо, отражая его абсолютно спокойное, рациональное состояние. Словно объявляя, что Сон Ю Ра больше не является особенным человеком в жизни Ча Чон Хана.

***

В кафе во второй половине дня было не протолкнуться. Люди стекались сюда за экстренной дозой кофеина после трех часов дня. И Ан встала в самый конец длинной очереди. Очередь двигалась медленно, и она тихо вздохнула. Появилось время подумать, и в голове всплыл голос Чон Хана.

— Нашему директору Сон Ю Ра — то же самое, но с одним нажатием сиропа фундука. Вы ведь всегда так пьете, верно?

Айс-американо с сиропом фундука. Тот факт, что он помнит такие мелочи о её вкусах, больно кольнул. А это «нашему» директору Сон Ю Ра раздражало не меньше.

— Американо с фундуком... Что за безвкусное сочетание.

Хотя на самом деле мысль о том, что это должно быть вкусно, не покидала её. Она проворчала это себе под нос из-за непонятной обиды, но тут же прикусила губу, поняв, как это по-детски. Чтобы отвлечься, она решила позвонить И Хёну.

— О, И Ан.

На самом деле, главной причиной звонка было беспокойство из-за их встречи днем.

— Ты вкусно пообедал?

— Сегодня я обедал с Даль Хи. Говорят, рядом с их офисом есть известный ресторан пасты.

Если бы они пошли в тот ресторан, как планировали, случилась бы катастрофа. И Ан с облегчением выдохнула.

— Мама сказала, ты устроилась в офис?

— ...Ага. Помнишь Е Ин? Директор её компании срочно искал сотрудника.

— Правда? Здорово. А, кстати. Я сегодня заезжал к Даль Хи и видел девушку со спины — вылитая ты!

И Ан не могла признаться, что это была она. Сглотнув, она ответила:

— Бывают же похожие люди.

— Я был уверен, что это ты. Хотел позвать, но понял, что ошибся. Знаешь как?

— Как?

— Она шла за руку с высоким парнем, очень мило. Я увидел его лицо в анфас и понял: это уровень, недосягаемый для Ха И Ан.

— ...

И Хён задел её за живое дважды. Во-первых, фраза «уровень, недосягаемый для Ха И Ан» вызвала раздражение, но, вспомнив лицо Ча Чон Хана, она промолчала. Ладно, это признаю. А во-вторых...

— Я тоже могу держаться за руки с парнями!

— Если бы могла, я бы хоть раз это увидел, нет?

— Ты мне не веришь? Стоит мне только позвонить, и парни выстроятся в очередь, чтобы подержать меня за руку!

— Хвастовство у тебя всё то же, И Ан. Может, тебе фамилию на Хо (от слова «хосэ» — блеф/хвастовство) сменить?

— Всё! Пока!

И Ан, готовая сменить фамилию не на Хо, а на Ук (от «укхада» — вспылить), казалось, выпускала пар из макушки.

— Ха И Ан, вы что, современная версия Ыйчжа-вана (король с 3000 наложниц)?

Услышав знакомый голос, она обернулась и увидела Ча Чон Хана, смотрящего на неё сверху вниз. Ей захотелось сбежать.

— ...Нет.

— «Стоит позвонить, и парни выстроятся в очередь» — чем не три тысячи придворных дам?

Почему он услышал именно это?! Кхм, кхм. И Ан откашлялась и спросила Чон Хана, на лице которого играла легкая ухмылка:

— Встреча... уже закончилась?

— Да. Людей много, если вы не умираете без кофеина прямо сейчас, пойдемте.

— А кофе? Директор Сон Ю Ра пьет айс-американо с одним нажатием сиропа фундука...

И Ан невольно выпалила рецепт, который заучила наизусть, и осеклась, поняв, что сболтнула лишнее. Видимо, это её сильно беспокоило. Лицо вспыхнуло. Зачем она это сказала?! Услышав этот колючий тон, Чон Хан усмехнулся.

— Почему это звучит как ревность?