Онлайн чтение книги Шальной последний босс появился! A Wild Last Boss Appeared!
4 - 80 Либра использует отражение(Каркиноса)!

В разных местах были оставлены подсказки, ведущие к «Стрельцу». Либра почувствовала подозрение, когда пошла по этим подсказкам. По мере того, как они вели все ближе и ближе к цели, подозрения Либры переросли в уверенность. В этом не было никаких сомнений… Этот след был оставлен намеренно. Он был продуман до такой степени, что обычный человек, вероятно, не осознал бы этого, но если бы это была Либра, она бы определенно сложила всё воедино.

Она не знала о его намерениях, но, похоже, «Стрелец» специально искал её. В таком случае, другого выхода не было. Ей придётся принять приглашение и спросить о его истинных намерениях.

Не было никаких признаков ловушек. Проанализировав местность, температуру и звук в радиусе нескольких километров, она убедилась, что их не было.

«Стрелец» был опытным охотником. Хотя Либра не проиграла бы на дальней дистанции, истинные навыки Стрельца заключались в обширных знаниях об использовании местности для установки ловушек. Кроме того, в его обязанности входило компенсировать отсутствие атакующей магии у Луфас. На самом деле, его любимым способом нападения была тайная магия, а не стрелы. Следовательно, он использовал настоящую стрелу специально, чтобы оставить подсказку.

Однако Либра решила не возвращаться. Если бы она пошла звать Луфас, и позволила «Стрельцу» уйти, всё, что они сделали до этого момента, пошло бы насмарку. Если бы он всерьёз попытался сбежать, даже Либре было бы трудно его найти. Учитывая его мобильность, ему было бы легко покинуть столицу, пока она возвращалась к Луфас. Поскольку собеседник практически приглашал её, она могла бы просто довести дело до конца.

Приняв такое решение, Либра продолжила искать подсказки вместе с Каркиносом. Едва заметные отпечатки ног, следы примятой травы и волосы на теле, выпавшие из подлеска… Даже имея всего несколько таких подсказок, Либра могла безошибочно добраться до места назначения. После недолгих поисков она набрела на густой лес. Там было много укрытий. Это было любимое поле боя Стрельца.

— Ты пришла, Либра.

— Сагиттариус?

Когда она повернулась на звук голоса, там стоял молодой человек. Это был комментатор охотничьего фестиваля, человек по имени Хирон. Однако это была всего лишь иллюзия, созданная тайной магией. Увидев иллюзию, Либра без колебаний окликнула его по имени.

Услышав ответ Стрельц, нет Сагиттариус удовлетворённо улыбнулся и взмахнул рукой. Затем мужчина исчез, а на его месте появилось волшебное существо, наполовину человек, наполовину конь. Нижняя часть тела была от коня, а верхняя от мускулистого мужика. Это была истинный облик Сагиттариуса.

Его чёрные волосы были коротко подстрижены, а густые брови обрамляли проницательные глаза, скрытые за солнцезащитными очками. Он обладал достоинством опытного охотника. С сигарой во рту и небритой бородой, по человеческим меркам, ему было под сорок.

На нём была мантия, закрывающая все тело. Либра знала, что это был предмет, созданный и подаренный ему Луфас. Его эффект был невелик. Он не сильно улучшал защиту и не давал сопротивления никаким атрибутам или ненормальным состояниям. Однако он мог менять цвет, чтобы сливаться с окружающей средой. Это было отличное снаряжение для скрытности, но оно было бесполезно перед Либрой, которая могла определить местонахождение существа по его дыханию и теплу его тела.

— Как необычно. Чтобы ты вот так раскрылся, учитывая как редко ты показываешься перед другими.

— …

— Ты как-то сказал: „Быть идеальным охотником — значит выслеживать добычу до того, как она поймёт, что на неё охотятся“…ты почти никогда не показываешься даже перед союзниками. Для того, кто убивает врагов издалека, как тень, твоё нынешнее поведение действительно вызывает недоумение.

Хотя и Сагиттарисус, и Либра были теми, кто работал на дистанции от врага, в их подходах было существенное отличие. Подход Либра заключался в поиске и уничтожении. Она была машиной для уничтожения, которая безжалостно преследовала врага, подавляя его огромной огневой мощью. Другими словами, несмотря на то, что Либра работала на дистанции, её стилем было безоговорочно атаковать своих врагов. Её дальнобойные атаки предназначались не для того, чтобы сражаться с врагом на расстоянии, а скорее для того, чтобы добить убегающего врага или отрезать путь к отступлению.

Сагиттарису, с другой стороны, был полной противоположностью. Его раса — кентавра — была идеальным снайпером, который благодаря своей высокой мобильности держался на расстоянии от врага, постоянно атакуя его из слепой зоны.

Либра начала бы с предупреждения, позволив врагу узнать её, чтобы посеять страх и напряжение. Однако Сагиттариус не стал бы этого делать. Без предупреждения он бы уложил беззащитного противника одним выстрелом. По сути, он был наёмным убийцей. А Либра была профессиональным бойцом, но он был другим. Он был профессиональным убийцей.

Кто-то вроде него… всякий раз, когда он появлялся перед другими, он всегда маскировался, чтобы скрыть свой истинный облик. И всё же сейчас он просто показался перед ней. Это озадачивало Либру. Он выглядел так потому, что не чувствовал угрозы в присутствии товарищей? Нет, если бы это было так, он бы предстал перед Луфасом напрямую. Но поскольку он этого не сделал, его появление перед Либрой вряд ли было предложением «Давай снова станем товарищами».

— …нынешний я не имею никакого права предстать перед Луфас-сама. Вот почему я позвал вас.

— Из этих слов я могу заключить, что вы предпринимаете действия, которые противоречат интересам госпожи.

— Без проблем. Но сначала выслушай меня.

Взгляды Либры и Сагиттариуса встретились, и полетели искры. Каркинос, который был совершенно обделён вниманием и не мог вмешаться в эту атмосферу, мог только сесть и прислониться к дереву от скуки. В конце концов, он был человеком, который единственное что умел так это быть щитом.

— В настоящее время я работаю с Леоном.

— …с этим предателем? Позволь спросить, почему?

Ещё до того, как она смогла проверить правда это или нет, Либра уже взяла в руки автомат. Подразумевалось, что в зависимости от ответа она выстрелит. Однако выражение лица Сагиттариуса не изменилось. Это был покерфейс, сравнимый лишь с големом, по типу Либры.

— Между зверолюдами и магзверями почти нет разницы, но мы, кентавры, классифицируются как магические звери. Знаешь почему?

— Потому что кентавры не являются двуногими. В определении человечества люди используются в качестве базовой формы. Хотя у них могут быть некоторые придатки, такие как крылья, люди определяются как существа, которые могут сосуществовать с людьми, не слишком отличаясь от них по форме. Если быть точнее те, кто был создан, по образу и подобию богини, называются «человечеством». Поэтому, если форма слишком сильно отличается от базовой, его нельзя считать «человеком». Вот почему вы, кентавры, не считаетесь людьми. Русалки классифицируются как магические звери по той же причине.

— Действительно, но мы, кентавры, не похищаем женщин, как орки, и не нападаем на людей. Мы просто тихо живём. Кентавры могут сосуществовать с людьми. И все же на нас смотрят враждебно… просто потому, что мы считаемся магзверями.

Кентавры были нежными и вдумчивыми магическими зверями. В некотором смысле, их спокойный и разумный характер позволял считать их более цивилизованной расой, чем некоторых людей, таких как зверолюди. На самом деле, эльфы почитали их как лесных мудрецов.

Они были умными, тихими и нежными. Хотя были редкие исключения, такие как Сагиттариус, кентавры были в основном миролюбивыми созданиями, которые не представляли опасности ни для кого. Однако человечество, помимо эльфов, относилось к ним враждебно и даже, в некоторых ситуациях, нападали на них. Это произошло потому, что людей учили считать всех магических зверей опасными.

— Я хочу изменить нынешний мир. И теперь у меня есть для этого причина.

— Итак, ты решил встать на сторону Леона?

— Верно. Если он будет управлять миром, права магических зверей будут улучшены. Положение кентавров будет намного лучше, чем сейчас.

— Ты изменился, Сагиттариус. Насколько я помню, раньше ты был не из тех, кого волнует подобное.

— Всё меняется… в конце концов, прошло двести лет. Я больше не могу быть тем человеком, что раньше. Сейчас… у меня есть кое-что, что я хочу защитить.

Леон был еретиком среди Двенадцати Небесных Звёзд, так как у него были амбиции заменить Луфас и Короля Демонов на посту правителя мира. Если бы он захватил власть в мире, права магических зверей, несомненно, улучшились бы. Но при таком раскладе нас ожидало будущее без разума и цивилизации, в котором выживают только наиболее приспособленные. Наступили бы дни, когда не было бы ничего, кроме убийств и поедания пищи. Мир откатится к первобытному обществу, а люди будут выживать сражаясь с магзверями и динозаврами. Это было не то будущее, которое представляла себе Луфас.

— Леон не способен быть правителем. В лучшем случае, он может быть вожаком стаи. Ты что, забыл?

— Я это знаю. В моих планах встать рядом с ним и восполнить ту мудрость, которой ему не хватает.

— Нет, ты не понимаешь. Он не прислушается к твоим советам. Учитывая, что Леон живёт только своими инстинктами и желаниями, он совершенно не отличается от магзверя.

Либра направила свой автомат на Сагиттариуса, а затем объявила бесстрастным голосом.

— Предупреждение. Будет хорошо, если ты сейчас вернёшься к госпоже. Если ты всё ещё будешь на стороне Леона, тебя будут рассматривать как угрозу и устранят.

— Прости, но я уже принял решение. Если это будет ради будущего этих детей, я сделаю всё, что угодно. Даже если… я должен пойти против Луфас-сама!

Сагиттариус взревел, натянув свой лук.

То, что было выпущено, было не настоящей стрелой, а тайной магией, состоящей из горящего красного пламени.

Атрибутом Сагиттариуса было Дерево, поэтому в обычных обстоятельствах он не был страшным противником для Либры.

Однако лук, который Луфас подарила ему двести лет назад, доставлял немало хлопот! Его действие меняло свойства используемой магии. Его звали Каус Медиа. Это был единственный лук в мире, который всегда поражал слабые места цели.

Другими словами, единственное преимущество, которое имела Либра в этой битве, было полностью сведено на нет луком

— Ну, тогда! Барьер Каркиноса!

— what’s?!

Либра быстро схватила ближайшего Каркиноса и использовал его, чтобы отразить летящую магическую стрелу. Хотя Каркинос был бесполезен, за исключением того, чтобы использовать в качестве щита, но он был лучшим среди Двенадцати Небесных Звёзд в плане защиты. Хотя и кажется, что использовать его так как-то неправильно, но Либра без труда отразила первую атаку Сагиттариуса, используя Каркиноса в качестве щита.

— Враждебные намерения по отношению к госпоже подтверждены. Сагиттариус теперь классифицируется как враг. Приступаем к устранению.

Она нажала на спусковой крючок автомата и выпустила несколько пуль. Но Сагиттариус быстро укрылся среди деревьев, уклоняясь от них. Вероятно, он предвидел такое развитие событий.

Либра быстро сменила оружие с автомата на винтовку, схватила Каркиноса и погналась за Сагиттариусом. Его союз с Леоном вызывал беспокойство. Если он не будет устранён здесь и сейчас, это станет препятствием для госпожи. Либра бросилась вперёд, используя Каркиноса как щит, чтобы блокировать приближающуюся магию, выпущенную из-за деревьев.

Она использовала Каркиноса, дабы отражать потоки пламени, летящие над головой.

— NO?!

Каркинос блокировал водяные стрелы, выпущенные из-за деревьев.

— Stop!

Он наступал на земляные копья, торчащие из земли. Каркиноса кидали, чтобы отразить летящие металлические стрелы.

— oh, my God!

Она подхватила Каркиноса и ускорилась, прикрываясь им, когда бросилась к стене огня, которая появилась впереди. И так она пробила стену и вышла из пламени.

— Help me!

Каркинос кричал каждый раз, когда сталкивался с магией, хотя это была редкая возможность, когда он мог сыграть свою роль. Либра заткнула ему рот и велела терпеть, а затем направила свою винтовку на Сагиттариуса.

И она выстрелила. Непрерывный поток самонаводящихся пуль, созданных Луфас, направились в Сагиттариуса. Конечно, она не просто целилась прямо в него. Некоторые из них были выпущены, дабы вызвать преднамеренные рикошеты, в то время как другие были выпущены, чтобы повалить деревья перед Сагиттариусом и отрезать ему пути к отступлению.

Однако он уклонился от всех пуль и проскочил под падающим деревом, прежде чем оно успело его остановить. Как и ожидалось от кентавра, которые славились своими ногами.

Она хотела использовать Астрею и покончить с этим одним ударом, но её нельзя было использовать без разрешения Луфас.

Другими словами, в ситуации, когда она не могла связаться с Луфас, Либра должна была уничтожить Сагиттариуса своей собственной силой. Она передала винтовку Каркиносу и запустила механизм на своей правой руке.

— Выбор навыка. Разблокировать ограничитель на правой руке. Правая чаша (Зубен Эльгенуби), запуск!

Когда она произнесла эти слова, её правая рука превратилась в пушку, и она направила её на Сагиттариуса, бежавшего впереди. В поле зрения Либры был виден источник его тепла, что позволило ей проигнорировать эффект маскировки одежды Стрельца. А перед её глазами появилась надпись «Захват цели».

— Точность — 62%. Огонь!

Дуло выбрасывало фиолетовые электрические искры. При выстреле отдача уничтожила растения позади Либры. И в сторону Сагиттариуса полетела вспышка света, сметая все деревья и препятствия на пути.

Однако Сагиттариус слегка уклонился и избежал прямого попадания. Несмотря на это, атака открыла путь Сагиттариусу. Либра ускорилась, используя реактивные двигатели на спине, и сама превратились в пулю, устремлённую в него.

А затем своей стальной головой она протаранила лицо Сагиттариуса.

Q: «Сагиттариус, ты что, в роли комментатора и в обычной жизни — разные персонажи?»

A: «Когда я замаскирован я могу сыграть любого персонажа. Поэтому не смотря на свой брутальный вид когда я маскируюсь под девушку я могу лепетать что-то типо „Агась!“, „Угум!“ или „Нетушки!“.»