— Это...

Кан Хун с удивлением смотрел на пятиэтажное здание, целиком состоящее из стекла.

Тхэми сказала, что они идут ужинать, но место, куда они приехали, явно было не рестораном.

— Давай выходи, дорогой.

Тхэми поспешно вышла из машины первой, чтобы не дать ему отказаться.

Кан Хун неловко вылез с пассажирского сиденья. Тхэми доверила машину парковщику и взяла его под руку.

— Идём, идём.

Они вошли в пятиэтажный бутик, на котором висели огромные фотографии моделей в люксовой одежде. Как только стеклянные двери автоматически распахнулись, перед ними предстал роскошный интерьер.

Управляющая Ким, одетая с иголочки, вместе с вереницей сотрудниц почти бегом бросилась к ним.

— Ой, добро пожаловать, директор Тхэми! Что же вы так давно к нам не заглядывали? Господи, как я рада!

— Да, Ким, ты как поживаешь?

— Вы так долго не приходили, я уж думала, вы в другой магазин перешли. Обидно было до бессонницы! Но рада, что вы здесь. Очень рада. А это, случайно, не...

Управляющая Ким склонила голову так сильно, что длинные серьги, свисающие до ключиц, раскачивались в воздухе. Она разглядывала Кан Хуна.

Тхэми с довольным видом кивнула.

— Да.

— Ой, ой! Какой красивый! Точно, как в слухах говорили! Директор Тхэми, вы такая способная, как вам удалось откопать в той деревне такого мужчину? Поздравляю!

Управляющая Ким засуетилась, восторженно хлопая в ладоши. Сотрудницы, стоявшие позади, тоже зааплодировали.

Тхэми, сделав вид, что ей всё равно, пожала плечами.

— «Откопать»? Наш Кован что, батат?

— Ах, директор Тхэми, выходит, в деревню, куда вас отправил председатель, вы поехали не для того, чтобы там извиняться, а чтобы крутить роман? Я, честно говоря, так и знала! Не могла же я поверить, что вы будете сидеть там смирно. Разве это возможно? Самое большое удовольствие для вас — шопинг, а там же даже универмага нет...

Управляющая Ким, словно её прорвало, сыпала словами, пока не заметила острый взгляд Тхэми.

— Ой, ой, посмотрите на меня. Извините! Я так рада, что вы пришли тратить деньги... тьфу, то есть рада видеть вас после долгой разлуки. Проходите сюда, о-хо-хо.

Она засуетилась, провожая их к столику, на котором уже стояли газированная вода и закуски.

Когда Тхэми и Кан Хун сели на диван, управляющая Ким открыла бутылку газировки, разлила по бокалам и спросила с улыбкой:

— Как вам угодно? Принести новые коллекции, которых вы не видели? Или, может, они уже устарели? Принести всё, что поступило за последние три месяца?

— Нет. Сегодня не для меня.

Тхэми покачала головой и с комфортом откинулась на спинку дивана. Затем она положила руку на спинку дивана за Кан Хуном и сказала:

— Я здесь ради своего мужчины.

Лицо управляющей Ким вытянулось от неожиданности.

Она быстро натянула улыбку и сложила руки на груди:

— Ой, вот оно что! Сегодня ради своего мужчины, ах, то есть будущего мужа, вы пришли купить одежду для будущего мужа!

— Что? Будущего мужа?

Тхэми, игравшая с волосами Кан Хуна, взглянула на неё с прищуром. Управляющая Ким застыла и сглотнула.

Тхэми хмыкнула и шутливо стукнула кулаком по бицепсу Кан Хуна.

— Мне нравится. «Будущий муж»? А как насчёт «мой повелитель»? Повелитель! Наш повелитель!

Обескураженные сотрудницы перевели взгляд на Кан Хуна, который всё это время терпел удары.

Он покраснел и застенчиво произнёс:

— Если Тхэми нравится, мне всё равно.

— Ах, правда?

— В любом случае, я — твой.

— Это-то я знаю, но даже если ты мой, твоё мнение тоже важно.

— Но у меня нет своего мнения. Ты — моя госпожа. Госпожа моего духа и тела. Ты полностью завладела мной.

Одна из сотрудниц тихо ахнула. Управляющая Ким резко обернулась и сверкнула глазами, и та поспешно зажала рот рукой.

— Тогда я принесу мужскую одежду.

— И обувь.

— Ой, конечно.

— И часы.

— Хорошо. А парфюм принести?

— Нет.

Тхэми решительно покачала головой. Управляющая Ким, только что сиявшая от её указаний, вздрогнула и замолчала.

— Моему дорогому парфюм не нужен, — Тхэми уткнулась носом в шею Кан Хуна и серьёзно пробормотала. — От него пахнет живым человеком — это лучше любого парфюма.

Управляющая Ким и сотрудницы, побледнев, словно ветер, умчались прочь.

Убедившись, что рядом никого нет, Кан Хун спросил:

— Тхэми, разве мы не собирались пойти поужинать?

— И то, и другое. Ресторан рядом, и этот бутик как раз по пути.

— Но мне не нужна новая одежда.

— Тогда... ты, конечно, прав.

Она говорила искренне. Кан Хун был красивее без одежды. Совсем без ничего. Жаль, что такую красоту может видеть только она, и не может никому показать!

Особенно его подтянутые ягодицы, вызывающие восхищение каждый раз, и то, что спереди — тяжёлое, как бейсбольная бита...

Задумавшись с открытым ртом, Тхэми пришла в себя и быстро покачала головой.

— Нет, нет, я хочу увидеть тебя полностью одетым.

Она окинула взглядом его наряд.

Длинный тёмно-серый пуховик, который, казалось, он носил лет десять, армейского цвета рабочие штаны, которые выглядели так, будто он не снимал их целый год, и ботинки цвета грязи, подозрительно коричневые — явно от земли, доходящие до щиколоток.

Как бы она ни любила его, в таком виде на встречу с людьми он идти не мог.

Кан Хун застенчиво улыбнулся и вкрадчиво спросил:

— Тебе понравился тот костюм, в котором я был в Навоне?

— А, аха-ха. Ну... да.

Неправда. Внешность Кан Хуна делала любую дешёвую одежду шикарной.

— Тогда я могу его снова взять напрокат.

Тхэми опешила.

«Он не купил, а взял напрокат?»

— Аренда стоила пятьдесят тысяч вон. Правда, тогда я просрочил и заплатил штраф.

Она вспомнила их жаркие дни в Навоне, когда они пробыли там дольше, чем планировали.

Тело Тхэми вспыхнуло. «Ах, это было нечто».

— Не нужно брать напрокат, я хочу купить тебе костюм.

— Правда, не надо. У меня и того, что есть, достаточно.

В этот момент управляющая Ким и сотрудницы подкатили стойки с одеждой и передвижные стеллажи.

Тхэми резво встала и направилась к стойке.

Она отобрала двадцать костюмов тесно висящих на плечиках и кивнула управляющей Ким.

— Тогда пройдём в примерочную? — мягко спросила та.

Кан Хун растерянно посмотрел на Тхэми.

— Быстро давай, примерь.

— Но...

— Ради меня.

С этими словами Тхэми заставила его подняться. Управляющая Ким и Кан Хун скрылись в примерочной.

Тхэми наконец вздохнула с облегчением.

Честно говоря, она боялась, что его заденет её порыв.

— Если бы мы были только вдвоём, ты мог бы и совсем не одеваться, но ведь есть и другие люди.

Особенно ради встречи в клубе «Gorgeous Women» на следующей неделе, куда входили дочери чеболей. Там нужно было произвести впечатление. Тхэсан настоял, чтобы она вступила в этот клуб, члены которого относились к ней с пренебрежением как к выскочке безродной.

— Директор Тхэми!

Послышался голос управляющей Ким, который звучал так, будто она едва сдерживала волнение.

Тхэми, погружённая в мысли, повернулась к примерочной.

И тут же её глаза распахнулись, словно лопнувший попкорн.

В тёмно-синем костюме Diore Кан Хун из скромного застенчивого деревенского парня мгновенно превратился в элегантного молодого бизнесмена.

— Вы тоже удивились, директор? Я была просто потрясена! Он что, модель? Как ему удаётся так идеально носить Diore?

Управляющая Ким восхищённо тараторила.

Тхэми, еле шевеля онемевшими губами, выдавила:

— Э-это, короче, Louis Vuitton, Goodji и Senolan тоже!

По команде Тхэми Кан Хун послушно переодевался, выходя снова и снова. Каждый раз от него веяло городской элегантностью, холодной рассудительностью, силой и сексуальной мужественностью.

Сердце Тхэми бешено колотилось. Вид Кан Хуна, от которого можно было потерять рассудок, кружил голову.

Апогея это достигло, когда он вышел в чёрном костюме Senolan.

Тхэми, не в силах сдержать переполнявшие чувства, вскочила и крикнула управляющей:

— Управляющая Ким! Всё, что висит на этой стойке... и обувь — всё упаковывай!