Контент удален!

— Это ещё что такое...

Чан Хан Ыль, стоявший на улице, неосознанно пробормотал это, увидев, как Со Му Хын выходит из седана. Сегодня у него были дела, поэтому он приехал в офис пораньше и ждал босса на парковке. Сейчас же он, не мигая, пялился на Пэк Са Пхёна, который придерживал дверцу машины.

Почувствовав на себе пристальный взгляд, Пэк Са Пхён, закрыв дверь за Со Му Хыном, повернул голову.

«Чего не сказал?»

«Когда бы я сказал?»

«А сообщения писать не умеешь?»

«Ой!»

Глядя на лицо Пэк Са Пхёна, на котором отчётливо читалось запоздалое осознание, Чан Хан Ыль с шумом выпустил воздух через нос.

Со Му Хын двинулся вперёд, и отряд телохранителей привычно последовал за ним.

— Доброе утро, молодой господин! — поприветствовал босса Чан Хан Ыль, пристроившись сбоку.

Его взгляд, однако, был прикован к тому, что Со Му Хын держал на руках. Это существо, чьё лицо было полностью скрыто глубоким капюшоном, прижималось к груди Со Му Хына и не подавало признаков жизни — видимо, спало.

Пэк Са Пхён, стоявший с другой стороны, проворно нажал кнопку лифта, и двери тут же открылись.

— Может, хватит пялиться?

Ледяной голос Со Му Хына прозвучал с его фирменным холодным выражением лица. Тон был таким, словно он обещал вырвать Чан Хан Ылю глаза, если тот не отвернётся. Помощник поспешно уставился прямо перед собой.

Вчера не явился на работу, заставив всех нервничать, а сегодня притащился вместе с ней, чтобы вообще всех добить.

Чан Хан Ыль всё же не удержался и бросил на босса короткий взгляд.

И что он с ней делал, что у него такое лицо?

Только Чан Хан Ыль мысленно восхитился, как Со Му Хын медленно повернул голову. Встретившись с ним взглядом, помощник непроизвольно вздрогнул.

— И чего ты суетишься, как побитый пёс?

Со Му Хын, держа на руках Ын Са, укутанную в тонкий плед, вышел из скоростного лифта. Все, кто встречался им на пути, провожали их ошарашенными взглядами, но благоразумно держали языки за зубами. Чан Хан Ыль, с обиженным выражением лица, последовал за боссом через несколько дверей прямо в его кабинет, напоминавший крепость.

Увидев, что Со Му Хын, не выпуская ношу из рук, садится в своё кресло, Чан Хан Ыль едва не поперхнулся от шока.

Они что, сиамские близнецы, что ли?

Пэк Са Пхён тоже так вытаращил свои узкие глаза, что они стали почти круглыми. Он с изумлением наблюдал, как босс, даже не подумав усадить девушку на диван, совершенно естественно устраивает её у себя на коленях.

— Молодой господин, что происходит? Мы к такому не привыкли.

От Со Му Хына, который, казалось, даже собственного ребёнка не стал бы так таскать, подобное поведение выглядело крайне обескураживающе.

— Хан Ыль, мне ещё и к твоим привычкам приспосабливаться?

— Нет, я не о том. Здесь же премьер-министр, другие депутаты... Да тут уже, наверное, слухи по всему зданию поползли!

В этот момент свёрток на руках Со Му Хына зашевелился, и оба помощника уставились на него. Повисла тишина, которую нарушил тихий зевок.

Со Му Хын усмехнулся и откинул капюшон, выпустив на свободу серебристые волосы, которые разметались во все стороны. Ему было плевать на слухи. Если бы его волновало чужое мнение, он бы вообще не забирал её из 4-го сектора.

— Малышка, проснулась?

Охренеть!

Чан Хан Ыль и Пэк Са Пхён одновременно издали сдавленный возглас, с одинаково идиотскими лицами глядя на босса.

Как человек может так измениться, если у него не поехала крыша?

Ын Са, сонно хлопая изумрудными глазами, попыталась пошевелиться, но, поняв, что скована пледом, посмотрела на ткань, а затем перевела взгляд на Со Му Хына.

— Молодой господин?

В её памяти последние воспоминания обрывались ночью, когда они занимались сексом. Она уснула так крепко, словно потеряла сознание, а проснулась в совершенно незнакомом месте. Ын Са заворожённо смотрела на безупречно одетого Со Му Хына, пока не почувствовала чьё-то присутствие. Повернув голову, она увидела двух мужчин, которые пялились на неё так, будто у них сейчас челюсти отвалятся.

Заметив, что его помощники снова уставились на Ын Са, Со Му Хын раздражённо цокнул языком.

— Я тут подумал... Чтобы «лекарство» работало, нам нужно больше времени проводить вместе. Как насчёт тройной оплаты?

— ...?!

На этот раз челюсть отвисла у Ын Са. В её зелёных глазах словно закрутились значки доллара, и Со Му Хын, глядя на это, прищурился от удовольствия.

Наблюдая, как босс искушает невинную овечку, Чан Хан Ыль и Пэк Са Пхён покачали головами, не веря своим ушам. Они не видели лица Ын Са, но даже по её затылку было ясно, что она клюнула на приманку.

— В-в три раза? Тройная оплата?

— Да, в три раза. Мало?

Ын Са отчаянно замотала головой, её серебристые волосы так и летали в воздухе.

Скажи, что мало, проси больше! Со Му Хын же не считает деньги, он сейчас готов отдать ей сколько угодно. Чан Хан Ыль даже лицо сморщил от досады за девушку.

— Тройная оплата — это сколько вообще? — пробормотал Пэк Са Пхён, почти не разжимая губ, склонившись к Чан Хан Ылю.

— А я почём знаю.

— А чего вы тогда так расстроились?

Да это же очевидно! Для этой девочки-ангела «много денег» — это сущие копейки по меркам Со Му Хына.

— Чем сидеть дома целыми днями, лучше поработай со мной, малышка.

Разве не так? Со Му Хын сглотнул, глядя на Ын Са, которая на автомате сложила ручки на груди. Если оставить её дома, она так и будет пялиться на свой травяной мусор. А если брать её с собой, то в выигрыше останутся оба.

Присутствие Ын Са благотворно сказывалось на его состоянии, Со Му Хын чётко это осознавал.

Кроме того, он давно понял, что Ын Са отчаянно нуждается в ласке. Привыкшая выживать в одиночку в 4-м секторе, она казалась настороженной, но стоило проявить к ней толику внимания — и она уже не могла скрыть своей радости. Со Му Хын собирался использовать эту уязвимость, чтобы приручить её и подчинить себе полностью.

— Значит... мы начинаем с сегодняшнего дня, молодой господин?

Она посмотрела на кивающего Со Му Хына своими сияющими зелёными глазами. Это было так похоже на повадки котёнка с опущенными уголками глаз, что он невольно усмехнулся.

Даже её жадность до денег казалась ему милой и забавной.

— Эм... а вы мне за два дня ещё не заплатили... Мне записать это в долг?

Пэк Са Пхён прыснул со смеху, услышав этот робкий вопрос. Чан Хан Ыль закусил губу с внутренней стороны, содрогаясь от сдерживаемого хохота. Ын Са повернулась и уставилась на покрасневшего Пэк Са Пхёна так, словно приглядывалась к вещи, которую хочет купить.

Она уже не первый раз на него так смотрит, странные у неё всё-таки вкусы...

— Ын Са, смотри на меня.

Услышав приказ, Ын Са тут же послушно повернула голову. Заметив, как ледяной взгляд босса мгновенно потеплел, Чан Хан Ыль уткнулся в планшет, делая вид, что проверяет рабочие сообщения. Нет ничего хуже, чем когда настроение начальства так резко меняется.

— В какой долг?

— В учётную книгу записать?

— Если я не отдам ребёнку его карманные деньги, то буду распоследним ублюдком. Зачем это записывать?

Ын Са радостно подпрыгнула на его коленях.

Блядь, и ведь не сожрёшь её. Мышцы на бёдрах Со Му Хына окаменели, а член болезненно дёрнулся.

Достав пачку хрустящих купюр, он вложил их в послушно сложенные ладошки Ын Са.

— И на что ты копишь? Дом хочешь купить?

— Нет.

Ын Са, словно святыню, сжимала хрустящие банкноты, не в силах оторвать от них сияющего взгляда.

О боже! Таких деньжищ она даже во сне не видела. Быстро подсчитав сумму в уме, Ын Са с довольной улыбкой снова покосилась на Пэк Са Пхёна. На этот раз Со Му Хын не выдержал: он обхватил её за голову огромной ладонью и развернул к себе. Даже с повёрнутой головой Ын Са продолжала счастливо улыбаться.

Брови Со Му Хына недовольно поползли вверх.

— Я собираюсь завести себе сутенёра-покровителя.

— Кого?!

Такого ошарашенного лица у Со Му Хына его помощники не видели никогда. Чан Хан Ыль, до этого строчивший в планшете, вскинул голову, не веря собственным ушам.

— Сутенёра. Того, кто будет меня защищать.

В 4-м секторе Ын Са больше всего завидовала женщинам, у которых были такие покровители. Они ходили под защитой здоровенных амбалов, и никто не смел их тронуть. Будь у неё такой защитник, ей бы больше не пришлось дрожать от страха перед местным сбродом. Но денег у неё отродясь не водилось, да и кто бы согласился защищать её за те гроши, что она зарабатывала?

Однако с теми суммами, что платил ей Со Му Хын, она легко могла бы нанять себе лучшего громилу в 4-м секторе.

Нет, она уже может это сделать! От мысли, что её мечта наконец сбудется, зелёные глаза Ын Са засияли ярче звёзд.

— Блядь, какого ещё, на хрен, сутенёра?!