Контент удален!

Глава 18

Если в отделении было слишком много работы, приходилось постоянно работать сверхурочно, а после сверхурочной — ещё и корпоратив. От злости, казалось, лопнут сосуды в голове, а потом приходило бесчувствие, когда уже ничего не ощущаешь. Даже если сосредоточиться только на своей работе, дел было выше крыши. Сколько ни работай усердно, приходилось задерживаться, и уход в семь вечера был почти особым событием, случавшимся раз в три недели.

Если спросить, чем занимаешься на сверхурочной, — обзваниваешь клиентов с истекающим сроком вклада, чтобы переоформили, по приказу заместителя управляющего незаконно рассылаешь клиентам сообщения, которые никому не нужны, связываешься с клиентами, у которых скоро истекает срок продления кредита, готовишь комплекты документов для отправки наружу, делаешь дешёвые сувениры, оформляешь в показатели клиентские документы, добытые на корпоративах с компаниями, — и так без конца. Хорошо ещё, что так. Если бы не было работы, пришлось бы выходить на улицу и лично выпрашивать у людей удостоверения личности.

Это было, когда мы завлекали первокурсников Университета Тэчон. Мы подготовили комплекты документов — заявления на открытие счёта, заявления на дебетовую карту — и пошли на приветственное собрание первокурсников, раздали и собрали. Акция: открой счёт — получи купон на айс американо в кафе на территории университета. Кафе при университете тоже очень обрадовалось, что «Кымбит-банк» предоплатил айс американо для ста двадцати двух первокурсников.

Университет Тэчон был специализированным вузом для подготовки к экзамену на госслужбу, расположенным на склоне горы, и все студенты жили в общежитии. Основные факультеты — государственное управление, юриспруденция, экономика, социальная работа — были известны, и много выпускников сдавали экзамен на госслужбу.

От клиентов отделения Тэчон я несколько раз слышал, что на горе Тэчонсан есть «ворота дракона» — место, где дракон возносится, поэтому с карьерной удачей здесь хорошо и много сдающих. Мне рассказывали, что очертания горы похожи на лежащего огромного дракона, который держит в пасти жемчужину и ждёт часа вознесения. Я слушал одним ухом, кивал: «Я тоже так думаю», — и выпускал из другого.

Судя по словам студентов, которые заходили в отделение Тэчон, это не имело отношения к фэншуй. Склон настолько крутой, что даже мотоциклы доставки еды поднимаются только до середины горы, а вокруг всё горы, и интернет плохо ловит — так что делать нечего, кроме учёбы. Вот и получается: заперт, учись — и волей-неволей сдашь экзамен на госслужбу.

Из документов, принесённых из Университета Тэчон, нужно было сделать сберегательные книжки и дебетовые карты. Заместитель управляющего Ким Чондо раздал мне, начальнику отдела Пу Хаюн и начальнику отдела Ким Чинджу по тридцать штук. Заместителю Пэ Соён — тридцать две.

На утреннем собрании управляющий как будто намекал, что сто двадцать две единицы показателей надо записать на имя менеджера Сон Бёнджуна. Менеджер Сон быстро получил повышение и в этом году тоже усердно работает — и вот он это сказал. Я спросил: значит, мне отдать все документы менеджеру Сону? — и он передумал: каждый записывает свою работу на своё имя. Зато велел сегодня же всё закончить.

В семь вечера — корпоратив. Слышу впервые. Заместитель управляющего Ким Чондо рявкнул, чтобы всё было готово до половины седьмого. То есть сделать это надо в рабочее время с девяти до шестнадцати. После шестнадцати уходит около двух часов на проверку всех денег, документов, налогов, иностранной валюты и важных бланков, вошедших и вышедших из банка.

Динь-дон. Я потянул талон, поздоровался с клиентом и приклеил к только что распечатанной сберкнижке студента Университета Тэчон вырезанную подпись. Пока в карточном эмиттере выпекалась дебетовая карта студента, пришёл клиент на перевыпуск — и я выхватил ещё тёплую карту, сунул в книжкину плёнку, а в эмиттер засунул клиентскую. В правой руке — расходный ордер и сберкнижка клиента, в левой — студенческая сберкнижка. Голова кругом.

В двенадцать, в первую смену обеда, заместитель управляющего рявкнул: сколько кто сделал? Даже управляющий спросил в мессенджере. Из-за книжек и карт время ожидания клиентов удвоилось. Я успел сделать четырнадцать до обеда.

Меньше всех — девять — сделала заместитель Пэ Соён, и заместитель управляющего раздражённо спросил, почему так медленно. Так ведь параллельно с клиентами. Если попадётся клиент на консультацию по кредиту, времени уходит гораздо больше. Не скажешь же клиенту, который специально пришёл: «Подождите минутку! Я сначала распечатаю книжку другому клиенту, а потом сосредоточусь на вас».

В этой круговерти я боялся, что клиентам дадут неверную информацию. Неверная информация — жалоба. Я написал начальнику отдела Пу Хаюн и начальнику отдела Ким Чинджу:

[Сосредоточьтесь максимально на клиентах. Даже если опоздаете на корпоратив — главное, чтобы не было проблем. Даже если поругают, главное — делать работу правильно. Кто со мной опоздает на корпоратив?]

Не было времени даже в туалет сходить — печатал книжки и выпекал карты. Чтобы клиенту было удобно получить, я аккуратно вкладывал в плёнку книжку, карту и удостоверение — готовый комплект. Стягивал по десять резинкой, проверял, не выпал ли купон-сувенир из плёнки.

Во время работы раздался короткий вскрик — я обернулся, это крикнула начальник отдела Ким Чинджу. Заталкивая книжку в принтер, она задрала страницу, и на второй странице отпечаталось то, что должно было быть на первой. «Господин клиент, то, что должно быть на первой странице, отпечаталось на второй. Но ведь видно же?» — так не скажешь. Значит, книжка испорчена. Книжку-то можно перепечатать, но банк не прощает ошибок сотрудника. Если просто перепечатать, количество важных бланков не сойдётся. Приходится идти на хитрость — морока, но количество важных бланков можно свести.

Я думал, менеджер Хон Хигён набросится на Ким Чинджу так же, как на Пу Хаюн, но Хон вела себя так, будто Ким Чинджу не существует. Зато громко крикнула на всех начальников отделов:

— Работаем без ошибок! Ну. Ошибёшься — самому же хуже!

После шестнадцати опустились жалюзи, и никогда ещё звук опускающихся жалюзи не был таким желанным. Я печатал двадцать седьмую книжку и, взглянув на стопку новых книжек на столе заместителя Пэ Соён, понял, что она сделала меньше двадцати. Неудивительно. К ней пришли три клиента на консультацию по личным кредитам. В других отделениях, когда так загружено, менеджеры забирают клиентов по кредитам к себе. Но, судя по характеру менеджера Хон Хигён, менеджера Сон Бёнджуна и менеджера Хван Чжэика, в этом отделении такого быть не могло.

Закончив тридцать комплектов — сберкнижки и карты студентов Университета Тэчон, — я быстро просмотрел все тридцать комплектов документов. Ошибёшься — конец. Потом свёл кассу и закрыл её. Я спросил заместителя Пэ Соён, которая впервые за день отошла в туалет и вернулась, сколько она сделала.

— Сейчас восемнадцатую печатаю.

Заместитель Пэ работала так, что рук не было видно, но принтер сберкнижек печатал медленнее, чем человеческая рука. В банке — неважно, касса или что, — если один человек задерживается, почти всё отделение не может уйти домой. Тогда либо помогают тому, кто не успевает, чтобы закончить быстрее, либо все ждут и дружно ругают виновника. Одно из двух.

Первое — это отделение Хвапхён, второе — Тэчон. Если так пойдёт, через час заместителя Пэ будут ругать все — и без всякого дара предвидения это было ясно. Мол, из-за неё банк не может закрыться.

— Тогда дайте мне восемь.

— Правда?.. Ты уверен?

— Пока я не передумал, давайте быстро.

Заместитель Пэ Соён, улыбавшаяся только клиентам, с сотрудниками была почти безэмоциональна. И вот эта заместитель Пэ едва заметно поблагодарила меня взглядом и отсчитала мне восемь комплектов документов, восемь пустых сберкнижек и восемь дебетовых карт. Я, приняв, сразу пересчитал важные бланки.

— Господин Ын, вам же тоже некогда.

— Показатели запишу на ваше имя, госпожа заместитель, не волнуйтесь.

— Нет. Господин Ын. Запиши на своё имя. Я справлюсь.

— Нет. Я утром зря завёл разговор, и мне стыдно, что из-за этого вы в таком положении. И мне повезло, что клиенты на кредитные консультации пришли не ко мне.

Откуда знать, когда тянешь талон, с каким делом и к кому придёт клиент. Могло случиться, что я принял бы десять консультаций и не сделал ни одной книжки. В отделении Хвапхён в таких случаях помочь было обычным делом, а в Тэчоне все готовы были друг друга съесть. Я в круговерти разгребал свои закрывающие дела и просматривал переданные заместителем Пэ комплекты. Ничего, справлюсь. Смогу. Надо. Заместитель Пэ, возвращаясь на место, сказала:

— Просто. Из-за того, что неудобно.

Я пошёл в подсобку, налил полный термос воды, сел и, вводя табельный номер заместителя Пэ Соён, работал как машина — книжки и карты. Ввёл персональные данные, распечатал книжки, и в голове мелькнуло: восемь — это, пожалуй, слишком, взял бы четыре. Но я дал себе мысленную оплеуху и задвигал руками быстрее. Если не закончу до корпоратива, управляющий неделю будет буянить и целенаправленно изводить того сотрудника. Скорее всего, заместителя Пэ.

Когда я вынул тридцать восьмую карту из эмиттера, уже близилось к восемнадцати. Благодаря тому, что я взял восемь, заместитель Пэ закончила раньше меня и теперь проверяла банкоматы и сводила кассу всего отделения.

До половины седьмого всё закончить было невозможно. Особенно начальнику отдела Ким Чинджу — она неверно ввела имя клиента, распечатала книжку, исправляла и перепечатывала, потратив вдвое больше времени.

Только к семи вечера мы еле-еле, в ужасном состоянии, сделали сто двадцать две сберкнижки и сто двадцать две дебетовые карты. Количество важных бланков — книжек и карт — я свёл в последний момент перед уходом. Даже не уверен, что сошлось. Управляющий Ма Сонгон, всё время проверявший показатели в системе, взглянув на цифры, удовлетворённо улыбнулся.

— Конечно, сотрудники отделения Тэчон должны справляться. Сто штук в день — это ничего.

Заместитель Пэ Соён, я и остальные начальники отделов, обессилев от объёма, тяжело дышали, будто финишировали огромный марафон. Бред собачий. Сам бы попробовал сделать. Сегодня мы так спешили, что не помнили толком, как обслуживали клиентов. Хорошо ещё, что касса сошлась. От переизбытка работы изо рта шёл запах горелого. Можно ли так работать — наспех, в круговерти?