Контент удален!

— Благодаря директору Кан Чхэ Ын тут прямо праздник. Ну-ка, мне тоже надо выпить.

Чхэ Ын всегда, в любой компании, считалась душой общества. Она и сама к такой репутации привыкла. Её рука, разливавшая спиртное направо и налево, вдруг застыла.

Из-за взгляда Ча Чжэ О, который безучастно протягивал рюмку, словно говоря: ну-ка, попробуй ещё раз.

— Вам, директор, надо было налить первому. Ничего такого, я просто начала с тех, кто ближе сидит, так что не поймите неправильно.

— И не думал.

Ответ был таким коротким, что ей стало неловко. Чхэ Ын через силу улыбнулась и стала наполнять рюмку Ча Чжэ О. Как назло, именно в этот момент бутылка опустела: рюмка не наполнилась и наполовину, только капли падали.

Она торопливо открыла новую бутылку, долила и лишь потом вернулась на своё место.

— Это же, как-никак, вечер в честь нашего директора Кан Чхэ Ын — скажите хоть пару слов!

Развеселившиеся сотрудники с рюмками в руках смотрели на неё. Чхэ Ын с видом «ничего не поделаешь» встала и высоко подняла рюмку.

— Спасибо, что так меня встретили.

С сотрудниками она уже немного сблизилась, но это был первый вечер в её честь, и хотелось произвести яркое впечатление.

Вместо рюмки Чхэ Ын налила соджу в пустой стакан и подняла его ещё выше.

Сотрудники восторженно зашумели. Сон Чжи Хён, ахнув, рассмеялась.

— Директор Кан! Если так пить, вы же два дня трезветь будете!

— Кто много тревожится, тот ничего не добьётся. Что в работе, что в выпивке.

— О-о!

Посреди весёлой перепалки Чхэ Ын провозгласила тост. Сотрудники подняли рюмки и стали чокаться с соседями.

Чхэ Ын стоя осушила стакан соджу одним махом.

— Ой, беда.

— Что такое? Вам плохо?

Чхэ Ын схватилась за сердце и чуть поморщилась.

— Что-то сегодня соджу сладкое. От хорошего настроения, наверное.

— Да ну вас! Напугали же.

Вечер мгновенно разгорелся. Чхэ Ын проворно наполняла опустевшие рюмки, а тем, кому пить было тяжело, пододвигала стаканы с водой.

Она была вся в хлопотах, налаживая отношения, но то и дело ловила на себе обжигающий взгляд, и это её нервировало.

Ну что он всё так на меня смотрит? Неловко же.

Чжэ О не поглядывал украдкой — он смотрел в упор, и это её раздражало.

Но она уже порядком выпила и решила вести себя понахальнее.

Ну и что ты мне сделаешь?

Дружно жаря мясо, говорили не о работе, а о всяких мелочах и личном. Чем больше пустых бутылок скапливалось на столах, тем громче становились голоса и жарче — атмосфера.

Тут в дверях ресторана кто-то неуклюже показался.

На мужчине была мешковатая клетчатая рубашка, а шею плотно охватывал медицинский корсет.

— О, начальник!

— Это как же так — корпоратив без меня?

Сотрудники вскочили, и Чхэ Ын невольно поднялась вместе с ними. Это был начальник отдела Ли Бён Ху.

Если не считать короткой встречи в первый день, она видела его впервые. И неудивительно: в тот же день у него обострилась грыжа шейного диска, и он на несколько дней ушёл на больничный ради процедуры.

— Какими судьбами? Вам же лежать в больнице надо!

— Выписался вчера. Надо же знать, как тут без меня мой отдел! Да и корпоратив в честь нашего директора Кан Чхэ Ын.

Глядя на него, неспособного даже толком повернуть шею, она не находила слов.

— И всё-таки отдохнули бы. Как вы вообще сюда добрались?

— Медсестра мне тоже сказала: шею пока поберегите, не напрягайте. А я ей: мои подчинённые без моих шуток жить не могут — голосовые-то связки хоть можно напрягать?

Он добавил смешок, и сотрудники в конце концов тоже рассмеялись.

Чхэ Ын тоже. Смеялась она не потому, что было смешно, а потому, что так было положено, — социальный рефлекс.

— Ну всё, наш начальник опять завёлся.

— Видно, диск у него полетел, а язык в полном порядке.

Сон Чжи Хён и Чхэ Ын тихонько перешёптывались и посмеивались между собой. Но смех оборвался, когда начальник Ли вдруг подошёл и уселся рядом.

— Как вы думаете, зачем я в таком состоянии притащился сюда? Всё из беспокойства: как там наш директор Кан Чхэ Ын, освоилась ли.

— А-ха-ха… Спасибо большое за заботу.

— Вот бы шея нормально поворачивалась — разглядел бы как следует нашего прекрасного директора. Жаль. Ну, шея пусть не крутится, лишь бы работа крутилась.

Кое-кто из мужчин схватился за животы от смеха, а Сон Чжи Хён только хлопала глазами: опять началось.

Чхэ Ын посмотрела на усевшегося рядом начальника Ли, немного подумала и налила в рюмку воды.

— Ой! Мне пить нельзя. Хотя… может, если красавица наливает, это уже целебная настойка?

— Это не соджу, это вода. Просто чтобы и вы поучаствовали.

— Ух ты, какая предусмотрительность. Я тронут.

Начальник Ли протянул рюмку, предлагая выпить. Чхэ Ын чокнулась с ним.

* * *

Чжэ О всё это не нравилось.

Чхэ Ын явно прекрасно освоилась и не держалась особняком, а влилась в коллектив. Если бы человек, присланный со стороны, не прижился и мучился, это было бы серьёзной проблемой, но и такое положение дел ему не нравилось.

Чхэ Ын без всякого стеснения чокалась с мужчинами и даже на тухлые шутки отвечала прелестной улыбкой одними глазами.

Глядя, как привычно она чувствует себя на таких застольях, он весь извёлся. Для управляющего директора такая сноровка вполне естественна, и всё же его всё раздражало.

В горле пересохло, и жажду он утолял не водой, а соджу.

Чем дольше длилось застолье, тем заметнее сотрудники теряли выправку.

Кто-то, раскрасневшись, уже пламенно ораторствовал, а кто-то благоразумно потягивал воду.

Чжэ О молча вертел в пальцах рюмку и почти ничего не говорил.

Взгляд то и дело возвращался к Чхэ Ын. Он не хотел этого, но его тянуло к ней, будто магнитом.

Неужели она и раньше так добывала заказы? Так же ловко подливала другим мужчинам, заключала договоры, а если нужно — и ночь с ними проводила?

Твою мать.

То ли директор по телу, то ли директор по выпивке. Он чувствовал себя глупой рыбой, попавшей в её огромный садок.

Она не отказывалась ни от одной рюмки, которую наливали мужчины, и, глядя на это, он всё сильнее злился.

Столько лет прожил в Америке, а даже на корпоративе делит людей на мужчин и женщин — он чувствовал себя замшелым ретроградом.

Чхэ Ын сновала от одного стола к другому, разливала, смеялась, провозглашала тосты — она была стержнем всего вечера, и это ему не нравилось.

Могла бы отказаться — мол, только что выпила, — но Чхэ Ын как ни в чём не бывало улыбалась и снова подставляла рюмку.

Что работает она хорошо — это он признавал. И прекрасно понимал, что в компании, где чужая только она, она старается не оставаться в стороне.

Но чувства не поддавались контролю.

Его раздражали взгляды мужчин, обращённые на Чхэ Ын. Сразу видно — так смотрят не на коллегу, а на красивую женщину.

Выпив, никто уже не скрывал откровенных взглядов. А начальник отдела Ли Бён Ху, не выпивший ни капли, — и того хуже.

Ещё и трезвый, гад…

С начальником Ли Чжэ О всегда был безукоризненно вежлив, но сегодня мысли у него были злыми.

Она была слишком красива. Как и в первый день, но сегодня — особенно.

Красивыми были даже пряди, выбившиеся из небрежного пучка на затылке.

Он подумал, что хорошо бы ей знать меру.

Во всём.

И улыбаться так, и пить, и быть такой красивой.

— О, директор пришёл!

Эти слова раздались как раз тогда, когда он, отсидев сколько положено, собрался уходить. Чжэ О чуть повернул голову туда, куда смотрели сотрудники.

К ним шёл старший брат Чжэ О, директор Ча Ге О, размахивая здоровой рукой.

— Ха-а.

Вздох вырвался сам собой. Зачем брат вдруг сюда явился, можно было и не спрашивать.

Пришёл поглазеть на неё — на Кан Чхэ Ын.

— Садитесь, садитесь все. Я вот тут сяду.

Ча Ге О поискал глазами место и протиснулся на стул наискосок от Чжэ О. Из всех свободных мест — ближайшее к Чхэ Ын. Намерения брата были видны насквозь, и Чжэ О невесело хмыкнул.

— Директор, как ваша рука?

— Я ведь изначально отвечал за проект. Что бы там ни было, а на корпоратив в честь нашей Чхэ Ын очень хотелось прийти, вот и напросился, бестактный.

— Какой же вы бестактный! Ничуть. Я вам очень благодарна.

Чхэ Ын опять подыграла ему и ответила любезно.

Настроение испортилось так, что и пить расхотелось.

— Эй, братишка. Чего такой кислый?

— Увидел лицо, которому не рад.

— Жестоко.

Чжэ О с кислым видом осушил рюмку. На попытку заместителя начальника отдела Чхон Ён Су налить ему он покачал головой — не стоит, мол, — и хотел налить себе сам, но Ча Ге О выхватил у него бутылку.

— Самому себе наливать нельзя. Старший брат тебе нальёт, так уж и быть.

Чжэ О со вздохом протянул рюмку, но Ча Ге О вдруг поставил условие.

— Если отгадаешь мою загадку.

— Отгадывать не хочу, так что просто дай сюда.

Но Ча Ге О, не обращая внимания, загадал:

— Какая еда на свете самая длинная?