Контент удален!

Пробормотав это, он издал стон, похожий на вздох. Горячая сперма хлынула на волосы на лобке Чхэ Ын. Густые белые сгустки слой за слоем пропитывали завитки, и зрелище было непристойным.

— Ха-а…

Стало легко, и всё же чего-то не хватало.

Члену давно пора было успокоиться, но он по-прежнему стоял. А Чхэ Ын, видно, расслабилась и уснула — как была, без единой нитки на теле.

Он и представить не мог, что окажется таким подонком: смотреть на спящую женщину и возбуждаться так, что член встаёт.

Он обхватил вставший член и задвигал рукой вверх-вниз. И тут его взгляд упал на руку Чхэ Ын.

Каково будет, если за него возьмётся вот эта ручка?

Воплотить эту фантазию он решился быстро. Чжэ О тоже был пьян и не в себе.

Он взял безвольно обмякшую руку Чхэ Ын, заставил её обхватить член и накрыл своей ладонью.

Стоило медленно задвигать ею вверх-вниз, как нахлынуло удовольствие совсем иного уровня, чем от собственной руки.

— Даже рука… твою ж мать…

От тонкой нежной кожи голова шла кругом.

Низ живота сводило, будто он забыл, что только что кончил. Разума не осталось — одни инстинкты. От этого странного ощущения Чхэ Ын казалась ему всё более особенной.

Её кожа ничуть не походила на его собственную. Белая, мягкая, шелковистая.

В довершение всего она ещё и приятно пахла. Идеальные условия, чтобы потерять голову.

Он обильно излился в чуть согнутую ладонь Чхэ Ын. С наслаждением, до последней капли, будто кончал в неё саму, — а потом повторил то же самое ещё не раз.

Тёрся головкой о твёрдые набухшие соски и кончал, оставлял следы везде — на бёдрах, на боках.

Назови его кто-нибудь психом — возразить было бы нечего.

Утешало одно: желание кончить ей на лицо он всё-таки с трудом сдержал.

Сколько раз он кончил на одной только кровати, он и сосчитать не мог. Под конец из опустевших яиц сочилась лишь мутная водица.

От её тела разило терпким запахом спермы. Даже смотреть сверху на тело Чхэ Ын, перепачканное его семенем, было упоительно.

Он подумал, не вытереть ли её, но хотелось, чтобы и она запомнила, что они сегодня натворили. Чтобы она не перепугалась, он вытер только руку.

Чжэ О лёг рядом с ней и впервые за долгое время быстро заснул. А ведь с самого возвращения на родину он по часу ворочался в постели.

Вместе с дремотой подкралось странное желание проводить так каждый день.

* * *

Солнечный свет назойливо бил в закрытые веки. Чхэ Ын долго морщилась и мучилась, прежде чем наконец открыть глаза.

— Ох…

И в тот же миг воспоминания о прошлой ночи вспыхнули в голове, словно ударили в мозг.

Она целовалась с мужчиной, с которым встретилась на важных деловых переговорах. Как они под влиянием порыва поехали вместе в отель, она помнила, а дальше всё было как в тумане.

Чхэ Ын медленно повернула голову. В тишине гостиничного номера даже шорох волос по наволочке казался оглушительным.

Она зажала рот, из которого рвался крик. Но от ладони тянуло чем-то резким и сырым.

Это ещё что такое?

И не только от ладони. Этим запахом пропах весь номер.

Тёмный, опасный запах. Она никогда его не чувствовала, но инстинктивно поняла: так пахнет мужская сперма.

— Какого чёрта!..

Чхэ Ын осторожно приподнялась на кровати и, не успев даже прикрыть наготу, застонала.

Всё тело было в сперме. Бывают же на свете такие чокнутые психи!

Грудь, живот, бёдра, лобок — всё было залито липкой жидкостью. А руку-то зачем!..

Сколько раз он кончил, было не сосчитать. Подсохшую тут и там сперму никак не удавалось оттереть дочиста, сколько она ни тёрла салфетками.

— Твою ж…

Натворил такое безобразие и спит себе со спокойным лицом — при виде этого мужчины её разобрала злость.

И в то же мгновение злость остыла.

Что такое?

Я переспала вот с этим лицом? Серьёзно? Я?

Всё дело было в его слишком красивом лице.

Вкус-то даже спьяну не подвёл. Красавчик, что ни говори…

Это лицо её очаровало: она его поцеловала, пошла за ним сюда — и вот что с ней сделали.

Нет. О чём я вообще думаю?

Даже сейчас, когда он беззащитно спал, крепко сомкнув веки, он был красив. Она целиком попалась на морщинки у глаз, которые так обаятельно собирались, стоило ему улыбнуться.

Нельзя вестись на смазливое лицо.

И ведь даже не подозревала, что он чокнутый извращенец, помешанный на сперме.

На душ времени не было. Её охватила паника. Первым делом, казалось, нужно сбежать из этого номера.

Встретиться с этим мужчиной лицом к лицу в таком виде она бы ни за что не смогла.

Чхэ Ын торопливо вымыла руки и кое-как обтёрлась мокрым полотенцем. Она старалась ступать на цыпочках, чтобы не шуметь, но тут бешено завибрировал телефон.

Вздрогнув от испуга, Чхэ Ын поскорее достала телефон из сумки и переключила его в беззвучный режим.

— Ой, точно. С ума сойти…

Телефон чуть не дымился от звонков и сообщений подруг.

Вчера у Чхэ Ын был день рождения. По этому случаю она арендовала целый клуб и устроила вечеринку. А виновница торжества так и не явилась — так что упрёки она вполне заслужила.

Но и у Чхэ Ын были на то свои причины.

Перед агентством «Воум», компанией средней руки, открылась большая возможность, которая могла стать основой для роста. Стоит только заключить договор с группой «Джей», и дальше путь будет гладким.

Разумеется, агентств, кинувшихся на объявление группы «Джей», было не одно и не два. «Джей» разослала бриф всем подряд — не только средним компаниям, но и стартапам.

Видимо, когда продажи новинки упали, а маркетинг забуксовал, там решились на серьёзный шаг.

Бриф, конечно, дошёл и до «Воум».

Предложение «Воум» обошло множество конкурентов и приглянулось заказчику. Было бы хорошо, если бы приглянулось только оно, но в том-то и беда, что нет.

Поэтому и назначили эту встречу с застольем.

Чхэ Ын к встрече прямого отношения не имела и потому со спокойной душой вовсю собиралась на вечеринку.

И тут ей в спешке позвонил начальник, исполнительный директор Чхве Ян Сик.

— Директор Кан! Со встречей с «Джей» — похоже, ехать придётся тебе. К семи, и не вздумай опоздать.

— Что? Как это вдруг? Я же совсем не готова! И у меня сегодня день рождения. Вы же знаете. Я клуб арендовала! Может, вы сами съездите…

— Председатель попал в аварию.

— Что? Тогда надо не на встречу, а в больницу, сейчас же!

— Его положили в больницу, но говорят, ничего серьёзного, так что не волнуйся. Сейчас самое важное — встреча с «Джей». Если договор подпишут, работать по нему будешь ты, так что, конечно, ехать надо тебе.

Второпях он перешёл на «ты». Чхэ Ын и сама чуть было не назвала его по привычке «дядей», но проглотила это слово и схватилась за голову.

Ни к отцу в больницу, ни в клуб, ради которого она не пожалела денег, поехать она не могла. Часы показывали половину седьмого.

Даже если выехать прямо сейчас, она успевала впритык.

— На встречу придёт исполнительный директор Ча Ге О. Я тут поспрашивал: человек он покладистый, стоит выпить — сразу душа нараспашку, учти это. Подыграй ему, подпои немного — и, скорее всего, он посмотрит на договор благосклонно.

Чхэ Ын склонила голову, зажав телефон между плечом и ухом, и торопливо обулась. Так и выбежала на улицу ловить такси.

Ехала она не в клуб и не в больницу, а в бар, где была назначена встреча.

Одета она была совсем неподходяще, но раз она хотела поскорее закончить встречу и сразу поехать в клуб, где её ждали подруги, выбора не было.

Раз уж она взяла главный приз на конкурсе рекламы в Америке, то, если проект удастся заполучить, работать над ним всё равно направят её.

А раз подготовиться не успели, то лучше было ехать ей самой, а не директору, который толком не знает практической стороны дела.

Но возникла проблема.

Тот самый «директор Ча Ге О», с которым она встретилась в баре, оказался слишком красив. Едва она увидела его одного за столиком, мысли словно заледенели.

Знала бы — надела бы хоть деловой костюм.

К тому же кое-что было странно.

По словам директора Чхве, тот был слаб на выпивку, а этот почему-то совсем не пьянел.

Она с жаром подливала ему, мечтая поскорее закончить и поехать в клуб, а в итоге с катушек слетела сама — ведь пила вместе с ним.

Когда их руки случайно соприкоснулись, ей показалось, что сердце сейчас разорвётся. Она забыла обо всём — о клубе, о дне рождения, о подругах.

Под влиянием порыва поцеловала его, а потом дошло и до таких непристойностей. Как он, сказав, что нет презерватива, не стал входить, а только тёрся, — это она помнила, а вот откуда каждый из следов, покрывавших её тело, не помнила совсем.

Выходит, пока она в забытьи спала, он сам столько раз на неё кончил.

Перебрав воспоминания, Чхэ Ын снова столкнулась с действительностью.

— Вот же чокнутый извращенец… красивый… гад…