Следуя за Эдит, которая говорила о растениях словно учёный-ботаник, Вальтер всё же спросил:
— Что значит «трудно выходить из дома»?
— Скоро узнаешь. Всё будет хорошо, не волнуйся.
— После таких слов хочется узнать о действии ягод подробнее. Они случаем не вредны?
Он не успокаивался, и Эдит пожала плечами.
— Можешь мне доверять. До похищения я работала помощницей в лечебнице.
— Если бы одной работы помощником хватало для таких знаний, в империи не было бы недостатка во врачах.
— Видишь ли…
Она призналась в том, что давно лежало тяжестью на сердце.
— На самом деле я сдала вступительные экзамены на медицинское отделение столичной академии.
— ?..
Вальтер не нашёлся с ответом.
— Не знаю, но, по-моему, об этом стоит говорить с большей гордостью.
— Я не уверена, что смогу учиться. Из-за заточения все планы пошли наперекосяк.
Но пока оставалась надежда сбежать, от мечты об учёбе в столице она не отказывалась.
Проверив мешочек с ягодами, Эдит сказала:
— Я съем их, чтобы обмануть чужие глаза. После этого нельзя будет ни усиленно заниматься физическими упражнениями, ни ездить верхом.
На вопросы о точном действии она лишь повторяла, что ягоды нужны для обмана.
Видимо, больше расспрашивать не следовало.
Когда Вальтер осторожно попытался ещё раз, Эдит только заметила, что вкус у них не очень.
Ему захотелось развеять появившуюся на её лице тень.
— Как конюх я хотел бы напоследок прокатить госпожу верхом.
— Я бы с радостью, но если вывести лошадь, нас обнаружат.
— Неужели конюху трудно тайком вывести коня?
Вальтер ненадолго ушёл, словно предлагая ей самой убедиться. Эдит понимала, что украсть лошадь нелегко, но всё же тайно надеялась.
Воспоминание о письме с результатами экзамена сдавило грудь. Верховая прогулка могла бы лучше всего успокоить её.
Так было и в детстве, когда Исаак впервые посадил её на лошадь, желая отвлечь от тревог о здоровье матери.
Правда, потом я не смогла слезть. Пришлось Исааку опуститься на колено, а мне наступить ему на бедро, словно на ступеньку.
Пока она вспоминала приятное, Вальтер привёл великолепного коня.
— Нашёлся подходящий для четвёртой госпожи.
— Боже мой…
Нужно было иметь немалую дерзость: он украл любимого коня самого виконта.
Белая шерсть лоснилась от головы до копыт. Даже Эдит, плохо разбиравшаяся в лошадях, видела, что конь необыкновенный.
— А если тебя поймают, Вальтер?
— Тогда лучше уехать поскорее, пока не поймали.
— А на чём поедешь ты?
— Телосложение у меня внушительное, а вот наглости мало. Украсть сразу двух мне совесть не позволила.
Эдит понимала: он бесстыдно хитрит, чтобы ехать вместе, — и всё же не удержалась от смешка.
Она осторожно села в седло. Вальтер устроился позади и крепко взял поводья, словно обнимая её. Она ещё не успела насладиться открывшимся с высоты видом, а он уже пустил коня.
Приятный запах, всегда ощущавшийся рядом с Эдит, постепенно лишал его способности различать всё остальное и здраво мыслить.
Конь сразу пошёл во весь опор.
— !..
Эдит никогда не видела ни столь быстрой лошади, ни настолько умелого всадника.
Для неё впереди была сплошная тьма, а Вальтер не сбавлял хода, словно всё прекрасно видел.
— Вальтер! Помедленнее…
После её торопливой просьбы она почувствовала, как он сглотнул. И от этой реакции заволновалась уже по другой причине.
Было страшно во что-нибудь врезаться, но вместе с тем она чувствовала его тело, надёжно поддерживавшее её, и от этого голова кружилась ещё сильнее.
Насчёт внушительного телосложения он точно не преувеличил. Всякое соприкосновение заставляло Эдит это осознавать.
Лишь после нескольких просьб Вальтер сбавил скорость.
— Ты всегда так быстро ездишь?
Обессилевшая Эдит слегка откинулась на него. Она ничего не замышляла — просто устала.
Мягкие золотистые волосы коснулись его плеча. Вальтер ещё замедлил коня и ответил:
— Когда мчишься быстро, кажется, что сможешь перепрыгнуть ограду. Мне нравится это чувство.
— Кстати, здесь…
Они уже ехали вдоль границы поместья. Той самой, которую из всех его обитателей не могли пересечь лишь они двое.
— Вальтер. Что ты сделаешь, когда выберешься?
О том, как сбежать, он думал постоянно. А вопрос о том, что будет после, оказался непривычным. Немного подумав, Вальтер ответил:
— Сначала поживу в добровольческом отряде у Хелен. Потом отправлюсь в столицу выяснять, кто я.
— Там много умелых магов. Может, узнаешь что-нибудь о своей потерянной памяти. Собираешься там остаться?
— Вероятно.
— Было бы хорошо.
Невольно высказав искреннюю мысль, Эдит плотно сжала губы. Как и следовало ожидать, Вальтер тут же спросил лукавым тоном:
— Почему госпоже хорошо от того, что я останусь в столице?
— Просто… Можно иногда встречаться, обедать вместе. Я ведь тоже буду учиться там, когда выберусь.
Он представил, как обедает с Эдит уже вне этого дома. Она станет студенткой и будет заниматься любимым делом.
Неплохо бы поселиться возле академии, чтобы ей было удобно заходить.
— А сама госпожа?
— Я хочу стать чиновницей и заниматься здравоохранением. Тогда, наверное, смогу помочь большему числу людей, чем работая в лечебнице.
Похоже, ей хотелось заботиться о многих, а не лечить одного-двух пациентов.
Её мечта соответствовала доброте, которую он успел узнать. Тепло, иногда ощущавшееся в разговорах с ней, и сейчас мягко светилось.
— У вас получится. Даже в заточении вы не отказываетесь от мечты.
В отличие от обычного, он не шутил. Эдит тоже улыбнулась.
— Вальтер. Давай обязательно выберемся оба. Я сделаю всё, чтобы помочь тебе уйти.
— …
— Сначала выберемся, а потом вместе, без спешки, выясним, кто ты. Будем встречаться, обедать.
Она вполоборота повернулась к нему и посмотрела ясными глазами. Вальтер не отвёл взгляда.
Луна и длинные ресницы рисовали на голубой радужке тонкие тени. Его отражение в её глазах казалось запертым за такой частой решёткой, что не выбраться.
— Если пойдёте со мной — с радостью.
Он представил, как они бок о бок пересекают границу поместья.
Вальтер никогда в жизни не вставал на колени. Но ради Эдит, которая не сможет перелезть ограду, можно было бы и опуститься пониже, чтобы она наступила ему на бедро.
* * *
Вернувшись с прогулки, Эдит сразу достала мешочек с эликом.
Как хорошо было снова промчаться верхом.
Короткая свобода, подаренная сегодня Вальтером, словно дала силы прожить ещё несколько дней.
Она подошла к чайному столику и принялась выжимать ягодный сок в чашку.
Безопасно — двенадцать капель. Не больше.
Затем чайной ложкой перенесла двенадцать капель в другую чашку. Точное отмеривание отняло немало сил.
Эдит разбавила сок водой и поднесла к губам. Она знала, что произойдёт с телом после этого напитка, и пить не хотелось.
Но…
«После таких слов хочется узнать о действии ягод подробнее. Они случаем не вредны?»
В памяти ясно запечатлелись чёрные волосы Вальтера, слегка растрепавшиеся, когда он задавал этот вопрос.
Он беспокоился о ней.
Давно она не чувствовала, что кто-то за неё тревожится.
Заведующий лечебницей и его жена были добры, но уже и так много помогали. Эдит не хотела добавлять им забот и всегда притворялась сильной, уверяла, что всё хорошо.
Когда вслед за единственным другом Исааком уехал и Бенджамин, ей стало не до общения. Она только училась и зарабатывала на жизнь.
Может, поэтому особенно приятно было, что беспокоится именно Вальтер. Словно он видит её настоящую, а не Эдит Лоуэлл, у которой всегда всё в порядке.
И потому ей ещё сильнее хотелось поскорее покинуть поместье.
«Если пойдёте со мной — с радостью».
Как он и сказал: если получится, вместе.
Не хочу, чтобы Вальтер назвал меня лгуньей. Нужно решить всё за месяц.
Двенадцать капель сока.
Ровно столько, чтобы побочное действие элика сохранялось около месяца.
Эдит коротко усмехнулась и выпила всё. Вкус оказался таким же ужасным, как репутация ягод в лечебнице.
Будто отжала сок из сгнивших, вяжущих плодов и проглотила.
— Уф…
Её сразу замутило, но она вытерпела и опустошила чашку.
На следующий день, ближе к вечеру, Эдит ещё раз убедилась, что элик действует как надо, и постучала в спальню Софии.
— София. Это Эдит. Думаю, вам нужно знать…
Та встретила её с осунувшимся лицом. Уитмен фактически исчез из её жизни. Оставалось лишь использовать эту светловолосую девушку.
Раз уж потеряла любовь, нужно хотя бы получить богатство, иначе годы, проведённые здесь в роли куклы, окажутся совсем напрасными.
— Входите, Эдит. Я столько дней не могла оправиться от потрясения из-за хищений, совсем вас забросила.
София заставила себя улыбнуться и впустила жертву.
Эдит произнесла то, чего она ждала больше всего.
— Со мной что-то странное. Кажется, даже температура немного поднялась… Может, я и правда беременна, как вы говорили?
— !..
В затуманенных глазах Софии, совсем потерявшей рассудительность за последние дни, вновь вспыхнула жадность.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/gospozha-i-konyuh-587277
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab