Онлайн чтение книги Искренность той зимы The Purity of That Winter
1 - 2

Глава 2

Вот уж действительно — гром среди ясного неба. Занимался синий рассвет. После бессонной ночи Хэ Ин уже несколько часов не отходила от гостевого флигеля, нервно поглядывая на дверь.

Мужчина был настолько высоким и крупным, что они с дедушкой-хозяином вдвоем вряд ли смогли бы его дотащить. Пришлось будить Су Чхоля, живущего под холмом, и с его помощью кое-как уложить незнакомца в комнате. Но даже в этой суматохе мужчина так и не открыл глаза.

Кто он такой? И что с ним, черт возьми, случилось?..

Костюм, часы — даже беглого взгляда хватало, чтобы понять: на нем вещи запредельной стоимости. Как такой человек мог оказаться здесь в подобном состоянии? Вспоминая лицо, которое было невозможно разглядеть из-за корки запекшейся крови, Хэ Ин энергично растерла руки, по которым побежали мурашки.

Прошло уже несколько часов. Из флигеля не поступало никаких вестей, и на душе было неспокойно. Су Чхоль, конечно, остался с дедушкой, но много ли толку от этого пацана?

— Дедушка, вам там помощь не нужна?

Она спросила осторожно, надеясь хоть чем-то быть полезной, но из-за плотно закрытой двери донесся лишь невозмутимый ответ:

— Не-а. Не нужна.

Сразу после этих слов дверь отворилась. Су Чхоль вышел с тазом, чтобы набрать свежей воды, и поспешно прикрыл за собой дверь.

— Нуна, лучше не заходи, а то испугаешься. Мы его догола раздели.

— А…

Хэ Ин, смутившись без причины, потерла шею и тихонько отступила в сторону. Су Чхоль, хмыкнув, спустился во двор и направился к колонке. Этот парень, который в свои восемнадцать вел себя так, будто познал все тайны мироздания и ему на всё плевать, даже бровью не повел при виде окровавленного мужчины. Просто пыхтел, помогая тащить тело. Он наверняка видел все раны на обнаженном теле, но сейчас лишь смачно зевнул и присел на корточки у крана. Воистину, необычный малый.

Хэ Ин расфокусированным взглядом смотрела, как багровая вода утекает в слив, а потом зажмурилась. Потоптавшись в нерешительности, она всё же присела на корточки рядом с Су Чхолем, когда красная вода окончательно исчезла.

— Он сильно ранен?

Су Чхоль, набирая чистую воду, ответил как ни в чем не бывало:

— Живого места нет. Может, скоро помрет.

— Эй! Ты что такое несешь?!

Прикусив губу, Хэ Ин ущипнула парня за руку и, покосившись на флигель, сменила тему:

— Ты его знаешь?

— Не-а. Впервые вижу. А вот дедушка, похоже, знает. Но когда мы смыли кровь с лица…

Су Чхоль вдруг разинул рот, уставившись в сумеречное небо, покачал головой и восхищенно выдохнул:

— Вау… Блять, он пиздец какой красивый.

— …….

За те два года, что она знала Су Чхоля, он проявил себя как парень с мягким и скучным характером, не склонный к преувеличениям. И уж точно не был из тех, кто сыплет ругательствами ради крутизны, как его сверстники. Раз уж такой парень с серьезным лицом перешел на мат, значит, тот мужчина действительно был «пиздец каким» красивым.

В такой ситуации любопытство по поводу внешности незнакомца — вполне естественная реакция для здоровой 28-летней женщины, так что никакой вины чувствовать не стоит, верно? В тот момент, когда она с нескрываемым интересом обернулась к двери флигеля…

Из комнаты вышел Тэ Гиль — хозяин дома и опытный врач местной клиники Сондэ. Хэ Ин тут же подбежала к нему и нетерпеливо спросила:

— Ну как он?

Тэ Гиль, кое-как вытирая окровавленные руки полотенцем, присел на край веранды. Он выглядел уставшим, но лицо его, как всегда, оставалось невозмутимым.

— Жить будет, не переживай. А вот когда глаза откроет — не знаю, так что иди-ка лучше промой рис, да побольше.

— Хорошо…

Новость была хорошей, но из-за обыденного тона дедушки её волнение показалось неуместным. Посреди ночи заваливается окровавленный мужик, а страшно и удивительно, похоже, только ей одной. Почувствовав себя неловко, Хэ Ин присела рядом с Тэ Гилем и осторожно спросила:

— Вы его знаете? Су Чхоль сказал, что вам он показался знакомым.

Тэ Гиль, энергично вытирая пот со лба полотенцем, ответил уклончиво и просто:

— Ага, есть такое. Тебе знать необязательно.

***

В кромешную тьму, застилавшую взор, в какой-то момент проник свет. Сначала синий, потом белый, затем на мгновение вспыхнул желтый, и снова всё погрузилось во мрак. Когда это повторилось дважды, какая-то часть его сознания, кажется, начала что-то понимать. Возможно, смена неба за окном пробивалась сквозь закрытые веки. Если это случилось два раза, значит, он пролежал без движения два дня.

— Еще… не?..

— Полотенце… это… дай сюда. А ты иди… что-нибудь, что можно надеть…

С какого момента это началось? До него отрывками долетали человеческие голоса. Глухо и неясно, словно издалека или из-под толщи воды.

— С той стороны… сними… Эх, мало, это ж…

— Это… самое большое…

Хриплый голос старика казался знакомым, а вот голос какого-то мальчишки был чужим. Так или иначе, звуки, хоть и слабо, но были слышны, а вот глаза не открывались. Ему хотелось пошевелиться, но тело не слушалось, словно его придавило сонным параличом. Состояние ни то в сознании, ни то без — довольно жуткий и странный опыт.

Третий желтый свет, похожий на закат, опустился на веки. Значит, пошел уже третий вечер в бессознательном состоянии.

— Нормально, что он всё так лежит?

В тот вечер голоса звучали довольно отчетливо. Женский голос за дверью тоже был незнаком. Медсестра из клиники Сондэ? Даже в забытьи он, кажется, успел об этом подумать.

— Может, стоит всё-таки отвезти его в большую больницу?..

— Не переживай. Он просто дрыхнет.

После этих слов старика он, как по волшебству, провалился в глубокий сон. Видимо, он и сам втайне боялся, что так и останется овощем, который всё слышит, но не может открыть глаза.

А… так я просто дрых, оказывается.

Испытав огромное облегчение от слов Тэ Гиля, Тхэ Гон наконец отбросил попытки вслушиваться в шепот и спокойно погрузился в сон.

***

У слова нет ног, а пройдет тысячу ли*. Что уж говорить о «словах» жителей деревни Сондэ, живущих бок о бок, где, споткнись один — носом уткнешься в другого. Конечно, в процессе передачи суть немного свернула в сторону экстремизма.

* «У слова нет ног, а пройдет тысячу ли» (кор. пословица) — аналог «Слухом земля полнится» или «Язык до Киева доведет» (в контексте быстрого распространения слухов).

— Слыхали? Тот парень, Тхэ Гон, опять к деду Тэ Гилю приперся. 

— Ой-ёй. Опять под нож попал? 

— И не говори. В этот раз, говорят, прям в сердце пырнули. 

— Божечки. Если в сердце, так он же помереть должен был сразу? 

— Так и помер, говорят.

Шел уже третий день. Мужчина всё не приходил в себя. В сердце его, конечно, не ранили, но раз он, весь в крови, провалялся три дня без сознания, неудивительно, что пошли слухи о его смерти. Да что там слухи, если даже Хэ Ин, жившая с ним под одной крышей, не была уверена, жив он или нет. Тэ Гиль уверял, что гость просто крепко спит, но самой ей было как-то не по себе заглядывать во флигель, так что проверить она не могла. Ну, вряд ли дедушка стал бы прятать труп.

В любом случае, о мужчине, про которого Тэ Гиль сказал «тебе знать необязательно», похоже, знали все местные старики.

Наступило утро четвертого дня.

— Он и правда помер?

Как только Хэ Ин зашла в местный магазинчик, хозяйка Ён Сун тут же задала вопрос в лоб. Её лицо с круглыми от любопытства глазами отразилось в черных стеклах солнечных очков Хэ Ин. Хэ Ин слегка улыбнулась и замахала руками.

— Нет, что вы. Дедушка сказал, что он скоро очнется.

— О-о, правда?

Когда Тэ Гиль выходил из флигеля, услышав, что она идет в магазин, он вдруг бросил:

— Этот скоро глаза откроет. 

— Правда? 

— Ага. Чуйка у меня такая. 

Видимо, он специально обмолвился, зная, что, стоит ей спуститься с холма, как на неё обрушится шквал вопросов.

— Ох, ну и слава богу. Должен очнуться, конечно. Разве ж можно помирать в таком цветущем возрасте? Да еще и говорят, красавец писаный? Это ж национальное достояние, он должен жить долго и детей настрогать кучу.

Вот именно. Куда ни плюнь, все твердят, какой он красавчик, а она видела только кровавую маску. Живут под одной крышей, а она единственная, кто не видел этого распрекрасного лица.

Сложив в корзину кунжутное масло, яйца и кое-какие снеки, Хэ Ин тихонько притянула пластиковый стул, стоявший у двери, и села. Ён Сун, гревшая ладони у маленького электрообогревателя, искоса на неё поглядывала. Уголки её губ подрагивали, словно она ждала вопроса.

«Ну, о чем хочешь спросить?» — читалось на её лице.

Хэ Ин пожевала губами под маской, натянутой до самого носа. Тэ Гиль сказал, что ей знать не положено, но раз уж все вокруг в курсе, любопытство просто распирало.

— Эм…

После секундной заминки Хэ Ин поправила очки на переносице и осторожно спросила:

— …Тетушка, вы тоже хорошо знаете этого мужчину?

Ён Сун многозначительно ухмыльнулась, потерла подбородок и устремила взгляд куда-то вдаль, по диагонали вверх.

— Дай-ка подумать… Смотря что считать за «хорошо». Тут ведь как посмотреть: может, знаю, а может, и нет.

Ответ был туманным. Выражение её лица напоминало торговца, который держит в руках туго завязанный узел с добром и оценивает покупателя. Хэ Ин взяла с полки рядом с коленом шоколадку и, протянув две купюры по тысяче вон, сказала:

— Расскажите то, что знаете.

Взгляд Ён Сун упал на деньги. Её свеженабитые татуажем брови, похожие на брови мультяшного героя, довольно дрогнули. Ловко подхватив две бумажки кончиками указательного и среднего пальцев, Ён Сун облизнулась и придвинулась вплотную.

— Я верю, что ты, барышня, тоже в непростой ситуации, вот и открываю рот. Так что нигде об этом не болтай. Усекла?

Хэ Ин решительно кивнула, наклонившись к Ён Сун так, что их лбы почти соприкоснулись. Глаза хозяйки метнулись к пустой двери магазина, проверяя, нет ли лишних ушей.

— Так вот, этот парень, значит…