Онлайн чтение книги Искренность той зимы The Purity of That Winter
1 - 32

#09

Острая ветка, небрежно брошенная рукой, со свистом улетела и воткнулась в илистый берег. Су Чхоль, сидевший на каменных ступеньках и подпиравший подбородок рукой, недовольно надул губы.

— Пф. Говорил, что не интересуется…

На этот раз он подобрал маленький камешек и со злостью швырнул его, когда…

Ён Сун, вышедшая из магазина с горячим хоппаном*, села рядом с ним и спросила:

* Хоппан — корейские паровые булочки (обычно со сладкой бобовой пастой или мясом), популярный зимний стрит-фуд.

— Чего ты тут один бубнишь?

Она разломила хоппан пополам и протянула ему. Су Чхоль поклонился, взял половину и проворчал:

— Я про Тэ Гон-хёна. Он мне русским языком говорил, что Сун Чжон-нуна ему не интересна.

— И чё?

Су Чхоль, подув на горячий хоппан и откусив кусочек, кивнул куда-то вдаль:

— Разве с таким лицом смотрят на тех, кто не интересен?

Взгляд Ён Сун тоже устремился вдаль, на бескрайнюю литораль**. Хэ Ин, взяв грабли для ракушек и ведерко, уже час усердно копалась в иле.

* * Литораль — приливно-отливная зона (갯벌 — грязевая отмель), обнажающаяся во время отлива, где корейцы часто собирают ракушки.

Ён Сун прищурилась, разглядывая огромную фигуру, криво стоявшую перед Хэ Ин.

— А ты отседова его лицо видишь, что ль? Я вот не вижу, как он там на неё смотрит.

Сколько бы она ни терла свои подслеповатые глаза, кроме развевающихся волос Хэ Ин она ничего толком не видела. Огромный мужик стоял спиной к заходящему солнцу, ссутулившись и сжимая грабли, словно собирался кого-то прикончить.

— Да и так понятно. Он в последнее время так палится.

А началось всё с того самого дня. Пару дней назад, когда имя «Ли Сун Чжон» исчезло между ними.

Он и раньше иногда пристально смотрел на Хэ Ин, но тогда её лицо было скрыто, поэтому Су Чхоль думал, что это на 80% простое любопытство.

Но стоило ему узнать её настоящую личность, как его взгляды стали всё чаще и чаще задерживаться на ней, а вчера вечером Су Чхоль своими ушами слышал, как он, усмехнувшись сам себе, пробормотал: «А… милая, реально».

Поэтому Су Чхоль переспросил его, но ответ Тэ Гона был таким же, как и раньше.

— Хён, вам ведь нравится нуна, признайтесь?

— Я же сказал, нет.

Пф. Врет как дышит.

Даже аджосси-анчоус, который сидел рядом и читал комиксы, не выдержал:

— Эй, хён. И земля знает, и небо знает, чего вы тут отнекиваетесь.

А ведь всё стало ясно еще тогда, когда этот при деньгах мужик долго пилил Су Чхоля за то, что тот съел мандарины, предназначенные Хэ Ин.

— К тому же, то, что хён пошел собирать ракушки, уже само по себе подозрительно. В прошлый раз, когда я предложил пойти, он меня чуть не убил, а стоило нуне заикнуться — он подорвался за 0,1 секунды!

Пока Су Чхоль возмущался, Ён Сун, разделавшись со своей половиной хоппана, отряхнула руки и громко рассмеялась.

Для неё, давно заметившей огромный интерес Тэ Гона к Хэ Ин, в этом не было ничего удивительного.

— Ой, да перед такой красоткой у кого хочешь интерес появится. И чё ты губы-то надул из-за этого?

— А вдруг он ей признается? С таким лицом и фигурой попрет напролом, нуна же точно не устоит.

— Ну и отлично! Как ни погляди — идеальная пара.

— Да нельзя им, говорю же. Хэ Ин-нуна — всеобщая любимица…

— Херню-то не неси. Ей что теперь, до смерти в девках сидеть?

— Нет, конечно, но…

— Что Тэ Гон наш, что барышня эта. Оба были еле живые, а теперь вон встретились, держатся друг за дружку, улыбаются — любо-дорого поглядеть!

Ён Сун с гордостью смотрела на пару, выглядевшую как картинка. То, как Хэ Ин смеялась, показывая Тэ Гону только что выкопанную ракушку, было невероятно красиво.

За два года жизни здесь, среди стариков, которые в большинстве своем даже не знали, кто такая актриса Ли Хэ Ин, ей было тяжело снять даже черные очки.

Значит, деликатность местных жителей, которые знали, но делали вид, что не знают, и утешение Тэ Гона отличались друг от друга. Настолько, что она смогла довериться ему и опереться на него всего за несколько дней.

Тэ Гон, который семь лет назад ходил как живой труп, каждый день ища смерти, тоже теперь то и дело одаривал Хэ Ин своей редкой, драгоценной улыбкой — если это не спасение друг друга, то что же?

— Я ж барышню эту с такой светлой улыбкой только щас в первый раз и увидала. Про Тэ Гона и говорить неча.

— Ну, это-то да…

Су Чхоль причмокнул и бессильно подпер подбородок рукой.

Даже по одному силуэту на фоне заката было видно, как искренне смеется Хэ Ин. Как и сказала Ён Сун, они так хорошо смотрелись вместе, что даже ревновать не получалось.

На самом деле, с одной стороны, он был благодарен мужчине, разрушившему стену, в которой заперла себя Хэ Ин, но с другой — ему вдруг стало грустно от мысли, что исцелившаяся Хэ Ин скоро может покинуть деревню.

В этот момент раздался пронзительный голос Ён Сун:

— Оп-пачки!

Когда Хэ Ин, попытавшись встать, пошатнулась, Тэ Гон молниеносно протянул руку, схватил её и крепко обнял за талию. То, как она, уткнувшись лбом ему в грудь, в смущении подняла голову, выглядело прямо как сцена из романтического фильма.

Ён Сун, глупо хихикая, принялась хлопать Су Чхоля по руке:

— Омо, омо! Они ж так щас и поцелуются. Ха-ха-ха!

Су Чхоль, словно увидел нечто непотребное, покачал головой и зацокал языком:

— Ох. Ну началось, началось.

***

Грабли, небрежно брошенные рукой, с чавканьем вонзились в ил. В тот момент, когда Хэ Ин охнула: «Ох…!», его рука, выброшенная быстрее скорости света, крепко схватила её.

То, что он притянул её вплотную к себе и обнял за талию, оправдать одной лишь избыточной силой было бы сделкой с совестью.

Тем более, что он как раз стоял и смотрел на Хэ Ин, увлеченно ковырявшуюся в иле, и думал о всяких глупостях.

Он думал о том, какой крошечной она кажется, сидя на корточках, и как идеально она бы поместилась в его объятиях.

Поскольку всё это время он отлынивал от сбора ракушек, думая только об этом, его феноменальные рефлексы просто не могли упустить такой идеальный шанс.

Но Тэ Гон, нагло скрыв свои коварные мысли, посмотрел на Хэ Ин, оказавшуюся в его объятиях, и ехидно приподнял уголок губ:

— Как-то староват этот трюк.

На самом деле, эти слова он должен был адресовать самому себе, но Хэ Ин, не зная о его скрытых мотивах, с красным лицом поспешно вырвалась из его объятий.

— Э-это не так. Просто резко встала, голова закружилась…

Не понимая, что её взяли на понт, смущенная Хэ Ин принялась суетливо обмахиваться рукой. Его рука, зависшая в воздухе с легким чувством сожаления, наконец опустилась.

Тэ Гон, тихо проглотив смешок, поднял грабли и ведерко.

— Заканчивай давай, пошли в дом. Ты что, до центра Земли докопаться решила?

— А…

Хэ Ин с сожалением заглянула в свое ведерко и причмокнула губами. Жадничать дальше было некуда: заходящее солнце уже густо окрасило горизонт. Чхун Соп, которого Тэ Гон запряг делать уборку, к этому времени тоже должен был закончить.

Оставив сожаления, Хэ Ин собрала разбросанные лопатку и грабли и, заглянув в его ведро, спросила:

— А вы сколько собрали?

Увидев содержимое, лицо Хэ Ин мгновенно разочарованно вытянулось.

— Ой, и это всё?..

За целый час он выкопал всего пять ракушек донджук***. В её взгляде, вскинутом на него, читалось откровенное недоумение.

*** Донджук (동죽) — вид съедобных морских двустворчатых моллюсков.

— Чем вы вообще всё это время занимались?

Тэ Гон нагло пожал плечами и пошел вперед.

— Смотрел, как хорошо копает Ли Хэ Ин-сси.

— Ой, да ну вас, правда.

Ракушки тут буквально под ногами валяются, как можно было собрать всего пять штук…

Её шаги с чавканьем следовали за ним под аккомпанемент непрекращающегося ворчания. Догнав его, несмотря на его широкий шаг, Хэ Ин жеманно заявила:

— Едим каждый только то, что сам собрал.

— Не думал, что ты такая жадина.

— Плата за труд должна быть справедливой. Сколько наработали, столько и ешьте.

Резко отрезав, она обогнала его и, словно дразня, ускорила шаг. Тэ Гон в изумлении остановился и рассмеялся.

Действительно ли та Ли Сун Чжон, которая шарахалась от него, боясь, что он с ней заговорит, и эта женщина — один и тот же человек? Прошло уже несколько дней с тех пор, как он осознал пропасть между «Ли Сун Чжон» и «Ли Хэ Ин», но это всё еще удивляло и освежало.

Сняв маску, она постепенно становилась другим человеком.

Она начала без колебаний заговаривать первой, беззащитно улыбаться, а теперь вот так открыто смеялась и шутила.

Более того, с Чхун Сопом, с которым она удивительным образом сразу нашла общий язык, они в какой-то момент превратились в местных Тома и Джерри.

И это еще не всё. Сегодня она даже предложила пойти вместе собирать ракушки — это ли не колоссальный прогресс?

Как может человек так измениться, всего лишь сняв очки?

Нет, как она вообще дышала, пряча эту яркую, жизнерадостную натуру за маленькими стеклами очков?

— Идите быстрее!

Ушедшая далеко вперед Хэ Ин обернулась и крикнула ему. Сначала обогнала с напускной серьезностью, а теперь снова улыбается и машет рукой. Её лицо, освещенное красным закатным солнцем, было таким светлым.

— …….

Тэ Гон как завороженный смотрел на её лицо: она шла спиной вперед, продолжая улыбаться ему. И даже когда она отвернулась и засеменила дальше, он не мог отвести глаз, любуясь её спиной.

Оказалось, она женщина, которая много смеется. Оказалось, она женщина, которая мило и без умолку болтает.

Про ясные, влажные глаза и говорить нечего — они такие красивые, что стоит один раз посмотреть, и уже невозможно оторваться.

Чем больше он узнавал её, тем больше в ней было красивого, и это стремительно нарастающее чувство влюбленности с каждым днем всё больше пугало его.

Неужели чувства всегда возникают так внезапно? Он, совершенно неискушенный в подобных щекочущих гормональных реакциях, чувствовал, что это становится для него слишком тяжело.

Могла бы быть и менее красивой.

Его сожаления и желания росли как снежный ком. Сердце всё время хотело непозволительной роскоши, и это сводило его с ума.

Он даже сам не знал, чего вообще хочет от этой женщины.

— Эй! Ким Су Чхоль!

Он остановился на мгновение, вздохнув.

Грубый, хриплый голос гулким эхом разнесся по бескрайней литорали. Хэ Ин, шедшая в нескольких шагах впереди, внезапно побледнела и оглянулась на Тэ Гона.

Взгляд Тэ Гона сузился и метнулся поверх её плеча. Позади Су Чхоля, сидевшего на каменных ступеньках, остановилась незнакомая машина.

Вскоре все четыре двери распахнулись, и из машины вывалились четверо здоровяков.

Су Чхоль, сжавшись от страха, мгновенно оказался в их окружении. Стоявшая рядом Ён Сун отступила на несколько шагов и отчаянно махала рукой Тэ Гону.

— Ах ты ж щенок, в день сборов решил с работы слинять? Наш Ким Су Чхоль страх совсем потерял, а?

— А… Я, я как раз собирался идти. Просто хён с предыдущей смены попросил сегодня подмениться…

— Тсс, тсс. Пасть закрой, ублюдок. Если ты тут оправдываться начнешь, что станет с авторитетом этого хёна, который лично за тобой приперся? А?

Среди троих амбалов, одетых в разноцветные рубашки с драконами и черные костюмы, как в униформу, затесался один смутно знакомый блондин. Кажется, это был один из той компашки, которая в прошлый раз отжала деньги у Су Чхоля в городе.

— Эй, а кто тот хер, ну, который в прошлый раз за тебя впрягся? Какой-то хуй с рожей, как у башки анчоуса, так ты сказал?

Похоже, эти амбалы были кем-то вроде старших над теми блондинами…

Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять ситуацию, и Тэ Гон глубоко вздохнул:

— Ха… Почему у этого пиздюка, который ростом с боб, всё время столько проблем…

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver