Онлайн чтение книги Искренность той зимы The Purity of That Winter
1 - 5

Глава 5

Председатель корпорации «Чхонун» Чан Ён Тхэк. Босс умер.

Человек, объединивший группировки по всей стране и превративший «Чхонун» в солидную корпорацию, так и не смог победить болезнь легких и закрыл глаза навсегда. Пи-и-и-и… В тот момент, когда кардиомонитор, перестав улавливать сердцебиение, выдал ровную, безнадежную линию, члены группировки, находившиеся в палате, разом опустили головы, сдерживая рыдания.

Но траур длился всего несколько секунд. Взгляд исполнительного директора Чо Сок Хёна, который крепко сжимал остывающую руку босса и лил крокодиловы слезы, в одно мгновение изменился. Его глаза, в которых затаилась коварная улыбка, метнулись к стоявшему напротив вице-президенту Ма Сан Бэ.

Напряжение взлетело до предела. Между Ма Сан Бэ и Чо Сок Хёном началась негласная битва за кресло преемника. Конечно, совет директоров считал само собой разумеющимся, что председателем станет Ма Сан Бэ. Но разве мог коварный и алчный Чо Сок Хён упустить такой идеальный шанс?

«Чхонун» уже долгое время была расколота на два лагеря: фракцию «Ма» и фракцию «Чо». Поэтому Чо Сок Хён даже при жизни председателя плел интриги за спиной и жаждал убить Ма Сан Бэ. Тэ Гон, будучи правой рукой Ма Сан Бэ и его надежной опорой, раз за разом расстраивал эти планы. Но Чо Сок Хён, не зная усталости и словно наслаждаясь процессом, продолжал угрожать жизни вице-президента.

Раньше он не действовал открыто, опасаясь гнева председателя, но теперь препятствие исчезло. То, что Чо Сок Хён ударит по Ма Сан Бэ и попытается захватить «Чхонун», было ожидаемо с той самой минуты, как слег председатель. Они, конечно, готовились, но тайминг оказался неожиданным.

Кто бы мог подумать, что он ударит в спину прямо по дороге в колумбарий, когда они будут везти прах босса? Это была изнурительная, хаотичная бойня. Начавшись днем, она не закончилась даже после захода солнца. Застигнутые врасплох Ма Сан Бэ и Тэ Гон были вынуждены отступать, отбиваясь голыми руками. Чо Сок Хён, которому нужно было закончить всё одним ударом, упорно преследовал их, стремясь уничтожить Ма Сан Бэ и его людей.

Тэ Гон и его подчиненный Чхун Соп, которые отчаяннее всех защищали Ма Сан Бэ, потеряли слишком много крови. С наступлением темноты силы иссякли. Они разделились, и теперь неизвестно, кто жив, а кто мертв. Что стало с Ма Сан Бэ — тоже загадка.

— Хён! Дело дрянь. Уходите первым! Давай, быстро, быстро!

Последнее, что помнил Тэ Гон, — как он покинул Янпхён, оставив тылы на Чхун Сопа. Что случилось с хёном Сан Бэ? Жив ли вообще Чхун Соп?

Тэ Гон открыл телефон-раскладушку той женщины и набрал номер Чхун Сопа. Но телефон парня был выключен. Телефон Ма Сан Бэ — тоже. Тэ Гон закрыл телефон и пустым взглядом уставился в потолок.

Безнадега. Ощущение, будто в кромешной тьме он уперся лбом в глухую стену. С чего начать, как разгребать всё это дерьмо? В голове было пусто.

Он бессильно сжал кулаки, когда вдруг… Тук-тук. Со стороны ног раздался стук. Он ничего не ответил, но дверь робко приоткрылась сама.

— Извините…

Лежа на полу, Тэ Гон скосил глаза вниз и увидел лицо, просунувшееся в щель.

— О! Вы проснулись, хён.

Сначала была баба в маске, теперь этот сопляк в мотоциклетном шлеме. Если присмотреться, кажется, именно это лицо он мельком видел рядом со стариком, когда впервые открыл глаза.

Неизвестный в шлеме с грохотом потряс металлическим ящиком для доставки и расплылся в широченной улыбке:

— Будете чаджанмён*?

*Чаджанмён — популярное в Корее блюдо китайского происхождения: лапша с густым черным соусом из ферментированных бобов.

— …….

Что это за придурок? Да что, черт возьми, произошло в доме старика за те семь лет, что его здесь не было?

***

— Су Чхоль!

Хэ Ин, выходившая с миской рисового отвара для Тэ Гона, в ужасе остановила парня. Су Чхоль, которого она оттащила за руку на пару шагов, захлопал глазами с невинным видом:

— Чего?

Хэ Ин, покосившись на полуоткрытую дверь флигеля, понизила голос:

— Какой еще чаджанмён человеку, который только очнулся спустя четыре дня?

— А-а. Ему нельзя чаджанмён?

Ох ты ж, посмотрите на это кристально чистое дитя. 

— Конечно нельзя! У него желудок сейчас вообще не работает, хочешь, чтобы ему хуже стало? Пока ему можно только каши.

— А-а…

Су Чхоль с явным сожалением посмотрел на железный ящик. Из крошечной щели густо тянуло аппетитным запахом жареной лапши в черном соусе.

— Слушай, а ты часом не чужой заказ притащил?

Су Чхоль обиженно выпятил губу, словно говоря: «За кого ты меня держишь?», и плюхнулся на край веранды.

— Вообще-то нет. Я это на свою зарплату купил.

— …….

Хэ Ин с удивлением посмотрела на парня. Мальчишка, который из-за бедности бросил школу и пашет на подработках, потратил свои кровные, чтобы покормить кого-то другого. Более того, Су Чхоль выставил на веранду три порции — на себя, на неё и на того мужчину.

— Из-за того, что я поехал поесть, мне еще и часы срезали…

Су Чхоль шмыгнул носом и вытер его тыльной стороной ладони. Его и без того обветренное лицо сейчас раскраснелось от холода до бордового цвета. Еще бы, гнать сюда из города на скутере по такому ледяному ветру.

Су Чхоль впервые проявлял к кому-то такую заботу. Уж не знаю, по какой причине, но этот незнакомец, видимо, пришелся ему по душе. С первого взгляда ясно, что бандит, а он его ни капли не боится.

— Но я как-то три дня голодал, и чаджанмён у меня отлично переварился. Или это у всех по-разному?

Это было прошлой весной. Отчим Су Чхоля, который по пьяни терял человеческий облик, связал парня в доме и морил голодом три дня. Местные жители жалели Су Чхоля, но вмешиваться не решались. Поначалу кто-то по незнанию попытался помочь, но отчим начал мстить самыми грязными способами, и с тех пор все стали закрывать глаза.

Но у Хэ Ин не было ни машины, которую можно разбить в качестве мести, ни собственного дома, который можно измазать дерьмом. И в тот момент ей не было страшно. Кроме того, её подбодрило то, что дом старика Тэ Гиля даже этот отморозок обходил стороной, как святыню.

Но главное, воспоминания о собственной юности и беспомощности не позволили ей пройти мимо. Пусть даже они тогда едва знали друг друга в лицо. Промучившись три дня у дома Су Чхоля, Хэ Ин в итоге заявила на отчима в полицию. Возможно, благодаря этому отчим Су Чхоля сейчас отбывал срок. Оказалось, он и так был в розыске за мошенничество и изнасилование.

Первое, что сказал Су Чхоль, освободившись от оков, было:

— Нуна. Я хочу чаджанмён. 

В тот день он в один присест умял две порции. И правда, закинув в желудок, пустой три дня, гору мучного, парень чувствовал себя отлично.

Вспомнив об этом, Хэ Ин с извиняющимся лицом мягко сказала:

— Этот хён сильно ранен, и он был без сознания. Мучное для него сейчас слишком тяжелая еда. Вот поправится, и тогда…

— Эй, Шлем. В этот момент раздался голос мужчины. Оба разом посмотрели на дверь флигеля. Су Чхоль просиял и распахнул дверь, которую покачивало ветром.

Мужчина уже сидел, прислонившись к стене, и смотрел на них.

— Да? — бодро отозвался Су Чхоль.

Тэ Гон задержал взгляд на Хэ Ин, а затем перевел его на парня:

— Заноси.

***

Зовут Ким Су Чхоль, 18 лет. Родился и вырос в какой-то горной глуши в Кёнгидо, переехал в эту деревню 5 лет назад после того, как мать снова вышла замуж. Отчим — мразь, которая по пьяни превращается в животное, сейчас сидит за всякие грязные делишки. Здоровье у матери не очень. Денег нет. Поэтому школу бросил, мотается между китайской забегаловкой и круглосуточным магазином в городе. Живет в каморке под черной черепичной крышей, которую видно, если спуститься с холма.

На этом всё. Такова была автобиография Су Чхоля, которую он выложил как на духу, всасывая чаджанмён прямо на глазах у Тэ Гона.

— Тебе сколько лет? 

— Восемнадцать. Зовут Ким Су Чхоль. Родился в Кёнгидо, но мама…

Спросил только возраст, а в итоге пришлось выслушать всю историю жизни совершенно незнакомого пацана. Зато, перекинувшись парой слов, он понял парня так, словно знал его несколько лет. Он терпеть не мог болтунов, и уже начал жалеть, что впустил его.

Тэ Гон отложил ложку, съев пару ложек отвара, и снова откинулся на стену.

— Извини, но кишки у меня сейчас ни к черту, так что лапшу не буду. Посмотрю, как ты ешь, так что доедай сам.

От густого аромата чаджанмёна текли слюнки, но если сейчас угробить желудок, то вообще хана. К тому же, посмотрев на лапшу, которая на холодном ветру слиплась в один ком, аппетит как-то сам собой пропал. А Су Чхоль, ловко откусывая куски от этого слипшегося кома теста, выглядел самым счастливым человеком на свете. Даже не знаешь, то ли он такой чистый душой, то ли просто придурковатый.

На мгновение Тэ Гону даже стало смешно от того, что он всерьез подозревал этого парня, когда думал: «А вдруг он от тех…», переключая свои подозрения с женщины в маске на него. Вывод: маска и шлем — не те люди, которые могут причинить ему вред. От этого на душе стало немного спокойнее.

Тэ Гон с удивлением наблюдал, как парень куском маринованной редьки вычищает остатки соуса со дна миски, а потом перевел взгляд на закрытую дверь. Женщина сейчас, наверное, сидит за этой дверью и в одиночестве жует такой же ком холодной лапши. Она наотрез отказалась зайти и поесть вместе, и Су Чхоль не стал настаивать. Со стороны это выглядело грубовато, но Тэ Гон запоздало понял, что это было проявлением заботы о ней.

А я-то надеялся, что увижу её лицо без маски. Жаль. Дождавшись, когда Су Чхоль отложит палочки, Тэ Гон достал сигарету, закурил и спросил без предисловий:

— Что это за женщина?

Су Чхоль прополоскал рот водой и оглянулся на закрытую дверь. Его маленькие глазки задумчиво заморгали, словно он подбирал слова. Потом, повернувшись к Тэ Гону, он с максимально глупым видом выдал:

— Так она просто гостья.

Тэ Гон прищурился. Парень хлопал глазами, прикидываясь дурачком, но было очевидно, что он что-то знает о ней. А… вот теперь мне реально интересно.

Медленно выдыхая дым, он в упор посмотрел на Су Чхоля. Парень довольно стойко выдерживал этот взгляд, но в конце концов всё же опустил глаза. Тэ Гон усмехнулся:

— Ну давай, выкладывай так же бодро, как про себя рассказывал. Мне интересно.

Простодушное лицо снова погрузилось в раздумья. Болтливые люди обычно до смерти хотят выболтать даже то, чего не знают, делая вид, что в курсе всего. Его белые, обветренные губы зашевелились. То, как он скреб палочками по уже пустой миске, выдавало его внутреннюю борьбу.

Но слова, вырвавшиеся сквозь зубы, оказались на удивление твердыми:

— Я тоже не знаю. Только то, что она приехала путешествовать, ей понравилась наша деревня, и она осталась.

Тэ Гон недоверчиво переспросил:

— А-а… вот как?

✨ P.S. Переходи на наш сайт! Там больше глав к прочтению!  ➡️ Fableweaver