Онлайн чтение книги Искренность той зимы The Purity of That Winter
1 - 19

Нелепое чувство родства. Конечно, вряд ли её ситуацию можно было сравнить с его дерьмовой жизнью, но в людях, наполовину потерявших волю к жизни, дремлют одни и те же порывы. Да. Возможно, его первоначальный интерес начался именно с этого нелепого чувства родства.

Встает до рассвета, усердно занимается делами по дому, перекидывается со стариком Тэ Гилем скучными шутками. Со стороны кажется, будто она просто отдыхает в красивом месте по каким-то своим причинам, но от неё неуловимо веет мраком. Он никогда не видел, чтобы она нормально ела. А глядя на её спину, когда она, подметая двор, иногда замирала и пустым взглядом смотрела на море, он часто испытывал странное дежавю.

Он до сих пор не осознавал, что эти чувства возникали потому, что он невольно проецировал на неё себя семилетней давности. Но сегодня он наконец понял. Причина, по которой он проявлял к этой подозрительной девчонке больше внимания, чем следовало, заключалась не только в маске, вызывающей любопытство.

Всё это время он подсознательно тревожился. Боялся, что она бросится с обрыва. Боялся, что в её глазах, устремленных на далекое море, скрывается тот же безрассудный порыв, что был у него 7 лет назад. Даже осознав истинную природу своего интереса, он всё равно не мог этого понять.

Да какая разница. Какое ему дело, умрет какая-то малознакомая баба или нет? Она ему не семья, вообще никто, так почему же у него сердце оборвалось так, что захотелось выть от злости? Почему он так отчаянно бросился спасать её, даже не замечая, что его раны разошлись и из них хлещет кровь?

— А-а…

Тэ Гон схватился за живот, сдерживая стон. Только пару минут назад он понял, что его серая толстовка потемнела не только от морской воды. Лишь немного отогревшись перед обогревателем, он почувствовал колющую боль. От ощущения, будто кто-то ковыряется ножом в животе, спина рефлекторно согнулась. Он не понимал, стучат ли стиснутые зубы от боли или от холода.

Тэ Гон окинул взглядом свою насквозь промокшую одежду. Черные штаны были покрыты узорами из песка, а белые кроссовки вобрали в себя всю серость илистого дна. Про толстовку, которая всё больше пропитывалась кровью, и говорить нечего. Он и жарким летом не особо любил плавать, кто бы мог подумать, что настанет день, когда он бросится в ледяное зимнее море с недолеченными ранами.

— Ха. Смех, да и только.

В тот момент, когда он хмыкнул от абсурдности ситуации, за его спиной открылась дверь ванной. Сладковатый запах персика и облако пара вырвались наружу. Проглотив боль, Тэ Гон бросил взгляд через плечо. Ли Сун Чжон, вышедшая из ванной, вздрогнула, увидев его сидящим на веранде, замерла в дверях, а затем нерешительно шагнула вперед. И даже сейчас этот чертов «щит» был на ней, как вторая кожа.

Если она так его носит, может, он у неё на суперклей посажен? Вспомнив, как она, едва вернувшись с того света, судорожно проверяла свою маскировку, он снова усмехнулся. Точно. Эта женщина определенно убила кого-то и теперь скрывается.

Скрип. Вентилятор обогревателя неуклюже повернулся в сторону Хэ Ин. Тэ Гон, словно отвесив ему пощечину, повернул его обратно и равнодушно бросил:

— Иди в комнату грейся. Бойлер еще не разогрелся.

Как назло, бойлер сломался. Последние несколько дней он работал с перебоями, а пока они устраивали цирк в море, и вовсе сдох. Пока Ли Сун Чжон была в душе, он перезапустил его, но воде нужно было время, чтобы нагреться.

Женщина, робко присевшая на корточки перед обогревателем, тихонько вздохнула. В повисшей тишине явственно ощущалось её желание что-то сказать, но она никак не могла подобрать слова. Ему хотелось поскорее смыть с себя соль и заняться разошедшимся животом, но он решил подождать. Было интересно, что она скажет.

Скрип, скрип. Женщина снова повернула обогреватель, который он направил на неё. Установив его так, чтобы тепло доставало и до него, она разлепила сомневающиеся губы.

— …Я правда не собиралась умирать.

И это всё, что она смогла выдавить? Звучало крайне неубедительно. Тэ Гон усмехнулся и посмотрел на неё:

— А что тогда, решила поплавать посреди зимы?

Женщина, обхватив колени, смущенно опустила голову.

— Не могу объяснить всего, но… это правда было не так. Когда я пришла в себя, я даже не поняла, как… В любом случае, простите, что напугала.

Понять это было решительно невозможно, но больше он ничего не сказал. Вспоминая её невменяемый вид, её слова уже не казались таким уж нелепым бредом. Что за история за ней тянется, если она своими ногами шла на верную смерть, даже не осознавая этого? Любопытство раздирало его на части, но он решил не поддаваться ему. Он больше не хотел вмешиваться в жизнь этой женщины. Интуиция настойчиво подсказывала, что так будет лучше.

Зажмурившись от жгучей боли и снова открыв глаза, Тэ Гон произнес более спокойным голосом:

— Мне плевать на твои обстоятельства и на то, кто ты такая.

— …….

— Если хочешь что-то скрыть, не заставляй людей задавать вопросы.

Тэ Гон с отвращением стянул мокрые кроссовки. Скатав измазанные грязью носки в ком, он просто швырнул их в мусорку в углу двора. Когда он взял чистую одежду и поднялся на веранду, Ли Сун Чжон неловко произнесла:

— Спасибо. За то, что спасли.

Он хотел бросить «забудь», но прикусил губу. Внезапная резкая боль, пронзившая внутренности, заставила его проглотить звук. Женщина, всё это время смотревшая на обогреватель, подняла голову. Увидев, как он замер, держась за живот, она испуганно вскочила.

— Что с вами? Вам больно?

— Ерунда.

— Дайте посмотрю.

Не успел он и глазом моргнуть, как её рука потянулась и бесцеремонно задрала край его толстовки.

— А.

Когда ткань, прилипшая к ране, оторвалась, у него невольно вырвался стон. Женщина охнула и с ужасом уставилась на его живот.

— Швы разошлись?

Её рука, не решаясь прикоснуться, дрожала в воздухе над раной. Она металась, не зная, что делать, и постоянно спрашивала, всё ли с ним в порядке, что звучало просто смешно.

Кровь ручьем хлещет, как я могу быть в порядке, женщина.

— Отойди, я помоюсь. Липко.

Он попытался отодвинуть её с прохода, но эта кроха и не думала сдвигаться с места, продолжая допытываться:

— Вам можно принимать душ? Если вода попадет в рану…

— Не могу же я лежать в таком виде.

— И всё равно, надо быть осторожным…

Полотенце, небрежно намотанное на её волосы, соскользнуло. Влажные пряди упали на маленькие плечи. Густой запах шампуня ударил в нос. Тот самый шампунь, которым он мылся каждый день, но сейчас почему-то его аромат показался незнакомым.

И почему она надела такую тонкую одежду после того, как дрожала от холода в воде? Если волосы намочат ткань, сквозь неё будет просвечивать лифчик. А она, не обращая внимания на свой вид, с виноватым лицом смотрела только на его рану. Тэ Гон, наблюдая, как капля воды стекает по её белой шее и исчезает под одеждой, вдруг почувствовал раздражение и нахмурился.

— Если не собираешься меня мыть, отойди. Он бросил это специально, чтобы смутить её и заставить уйти. Она действительно отшатнулась, но то, что она поспешно выдала ему в спину, было полным бредом.

— П-помочь вам?

— …….

Тэ Гон лишь повернул голову и посмотрел на неё.

Чем ты мне поможешь? Я собираюсь мыться голышом.

Под его ошарашенным взглядом она втянула подбородок и потерла шею. Видимо, только ляпнув это от чувства вины, она сама поняла, что сморозила.

— Спасибо за предложение, конечно, — Тэ Гон усмехнулся, словно не веря своим ушам, и добавил: — Но я кому попало свое голое тело не показываю.

— …Простите. Я п-просто испугалась, вот и ляпнула не подумав.

Вся видимая кожа на её лице и шее мгновенно залилась краской. Тэ Гон покачал головой и зашел в ванную. Сквозь плотно закрытую дверь до него слабо донесся её вздох.

То бросается в море, сама того не ведая, то предлагает помочь помыться. У этой бабы сегодня явно шарики за ролики заехали.

Сняв мокрую одежду и включив душ, Тэ Гон уже собирался встать под струи воды, как вдруг откинул голову назад.

— А…

Из полуоткрытых губ внезапно вырвался протяжный стон. Тепло женщины, оставшееся в ванной. Зеркало, забрызганное каплями воды. Запах шампуня, который здесь ощущался еще сильнее. И та капля воды, что скользнула по ключице и спряталась под одеждой, и эта нежная, вспыхнувшая румянцем кожа.

— П-помочь вам?

Тэ Гон опустил голову и издал самоироничный смешок. О чем он сейчас вообще фантазирует? Живот распорот, кровь льется, а этот придурок между ног даже в такой момент подает признаки жизни. Пиз… даже матом ругаться не хочется.

Горячие струи воды ударили по макушке. Кровавая вода, смытая с внезапно напрягшегося тела, стремительно утекала в слив.

***

На маленьком экране появилась длинная диагональная трещина. К счастью, звонить и отправлять сообщения всё еще было можно. Су Чхоль, вернувшийся с подработки в китайском ресторане, отдал ей телефон-раскладушку, сказав, что нашел его на холме. Там оказалась куча пропущенных звонков и сообщений. Все — от подчиненного мужчины из соседней комнаты.

[ Что случилось, хён? ]

[ Почему трубку не берете, хён? ]

[ Хён. Как увидите смс, сразу звоните. Я тут с ума схожу от волнения. ]

Судя по времени, он начал беспрерывно звонить как раз тогда, когда она бросилась в воду. Похоже, он разговаривал по телефону на улице и случайно увидел её. Насколько же он был шокирован, раз даже бросил телефон и побежал за ней? Чувство вины, и без того давившее на неё, стало еще тяжелее. И почему она постоянно оказывается у него в долгу?

Чувство благодарности и вины было естественным, но в то же время ей было не по себе. Быть в долгу перед кем-то, чувствовать себя обязанной. И, как назло, именно перед этим мужчиной. Для неё, привыкшей держать людей на почтительном расстоянии за невидимой чертой, сосед становился всё более обременительным присутствием.

Был бы просто страшным бандитом, и дело с концом. Зачем ему это доброе сердце, из-за которого я вечно чувствую себя неловко?

— Ха-а…

Хэ Ин с силой провела ладонями по лицу.

Голова была тяжелой. Долгое время всё было хорошо, и она думала, что исцелилась. Пусть иногда накатывала депрессия, но по крайней мере тот день больше не всплывал в памяти так ярко. Она расслабилась и стала надеяться. Надеялась, что если потерпит еще немного, то сможет забыть всё окончательно. Но…

Хэ Ин мелко потрясла головой. Быстро отгоняя зарождающиеся мысли. В этот момент телефон в её руке завибрировал. Это был 1027, звонил подчиненный мужчины.