— Брат… скоро уже…
— Совсем немного осталось…
— Мо Ли снова сможет быть рядом с тобой…
Тихий шёпот был полон бесконечной тоски.
Холодная фигура, превзошедшая Небесного Императора и ступившая в абсолютную область, стояла в хаосе. Её присутствие источало неземное очарование, являя собой совершенное воплощение Дао. С безмятежным взглядом она взирала на реку времени, наблюдая за её бесконечным течением.
Подняв бледную, как нефрит, руку, она сделала простой жест.
Разрозненные миры, некогда рассечённые её рукой, начали выравниваться и сливаться с постепенно эволюционирующей голубой планетой.
В процессе некоторые фрагменты сопротивлялись, подчиняясь инстинктам.
Но Сюй Моли подавляла их без усилий.
— Мир без моего брата — лишён смысла, — произнесла она.
По её воле были разорваны все причинно-следственные связи, а фрагменты миров — влитые в Землю.
Сколько раз она уже повторяла это?
Сюй Моли давно перестала считать.
Для неё мелкие миры были как камешки у дороги — обыденные, незначительные, и годные лишь в качестве питательной почвы для мира её брата.
Единственный раз, что отпечатался в её памяти, — когда она разрывала мир бессмертных. Его масштаб был настолько велик, что ей пришлось приложить немного больше усилий. Но результат того стоил.
Она запечатала Небесное Дао и изначальные законы мира, насытив ими волю Земли и подняв её ранг. Сюй Моли намеревалась превратить Землю во второй мир бессмертных — место, где она сможет явиться в истинной форме.
Бум! Бум!
Хаос задрожал, и само время застыло.
Её нефритовая ладонь, сжимавшая окровавленный, потемневший деревянный меч, скользнула вдоль реки времени. Она без усилий выхватила из потока целый мир — и расколола его.
Снова и снова Сюй Моли повторяла это. Казалось, ей не было конца. Целые миры стирались, а вместе с ними и их обитатели, становясь руинами миров, интегрированными в Землю.
Большинство существ успевали сбежать, находя укрытие в других каплях времени.
Сюй Моли не обращала на них внимания.
Её заботили лишь фрагменты миров — единственное, что имело значение в её неустанной попытке воссоединиться с братом.
…
Небеса сотрясались, миры содрогались.
Сюй Моли шла против течения времени, сквозь беспредельный хаос. И вдруг её шаги замерли.
Её брови нахмурились, а взгляд, полный глубины и проницательности, наполнился изумлением.
Перед ней, на другом конце временного потока, возникла фигура, столь же величественная, как и она сама.
Для смертного это была бы девушка с длинными серебристо-серыми волосами.
Для Сюй Моли — воплощение высшего закона.
Олицетворение начала всего сущего… и неизбежного возвращения в пустоту.
— Это… что ещё за… — прошептала Сюй Моли, потрясённая.
Она никогда не считала себя единственным верховным существом в бескрайнем хаосе. Но и встретить кого-то равного… особенно здесь и сейчас… она не ожидала.
Тап.
Сереброволосая ведьма шагнула вперёд, спокойно, с бесстрастным выражением. В руке — обычная волшебная палочка. Она с лёгкостью прокладывала путь сквозь бурный хаос, разрушая магические миры с завораживающей точностью.
То ли её методы были необычайно отточенными… то ли её сила — настолько возвышенной.
Каждое движение.
Каждый взмах.
Скорее, миры сами подчинялись ей — разлетаясь с готовностью.
Часть существ, живущих в них, всасывалась в измерения её палочки, другие — уносились прочь, чтобы затем загадочным образом соединиться с Землёй.
Её подход был куда более деликатным и продуманным, чем у Сюй Моли.
И на какое-то мгновение… фея почувствовала себя неполноценной.
Но всё же, сохранив самообладание, она сосредоточилась не на сравнении, а на сути происходящего.
— Кто ты? — спросила она.
Для Сюй Моли род Сюй был границей, которую нельзя переступать.
А потому Земля стала её священной территорией. Она не могла позволить другому равному по силе существу угрожать миру её брата.
— Я?..
Голос ведьмы эхом разнёсся по хаосу. Простое слово отозвалось дрожью в бесконечной пустоте.
Впервые заметив Сюй Моли, ведьма подняла голову. Её лицо было хрупким, но бесстрастным, словно божественное. Вокруг неё вечно создавались и разрушались земля, ветер, вода и огонь.
Сюй Моли крепче сжала рукоять меча, готовясь к бою.
Но спокойный ответ ведьмы рассеял её враждебность, оставив лишь недоумение.
— Я… ищу одного человека…
— Я просто… очень хочу… быть рядом с ним…
Голос был ровным, но в нём звучала невероятная сила — скрытая под слоем сдержанности жгучая тоска.
— Ты тоже?.. — удивлённо спросила Сюй Моли.
Криша слегка склонила голову:
— А?
В этот миг фея и ведьма поняли друг друга.
Пусть цели и методы были разными — стремление было одинаковым.
Обе искали того, кто был дорог.
— Кого ты ждёшь? — осторожно спросила Сюй Моли. Будучи равной, она не могла проследить ни причину, ни следствие, ни даже временную линию ведьмы. Она лишь ощущала: та — вечная владычица множества миров.
— Моего наставника… моего спасителя… моё солнце… свет, что показал мне, что значит быть человеком, — ответила ведьма.
Сюй Моли тут же поняла: они искали не одного и того же человека.
Её брат был культиватором, чей путь она наблюдала собственными глазами.
А ведьма — маг из другого мира, глубоко связанный с ней.
Совпадение. Всего лишь совпадение — что оба жили на Земле.
Поняв это, Сюй Моли опустила меч.
Вернув себе обычную холодную невозмутимость, она снова устремилась вперёд, ища подходящие миры для укрепления Земли.
Но, возможно, испытывая некое родство с ведьмой, Сюй Моли всё же оставила ей совет:
— Если твоя истинная форма пока не может прийти, проецируй сознание. Будь рядом с ним так.
Глаза ведьмы слегка удивлённо дрогнули:
— А почему ты так не делаешь?
Сюй Моли замялась, и её ответ прозвучал тихо:
— Я…
Она не договорила — и исчезла.
В груди её туго стянуло чувство вины.
Она верила, что причинила брату вред… и это не позволяло ей по-настоящему следовать за своим сердцем.
Ведьма молча смотрела ей вслед, чувствуя — фея скрывает боль.
Но… тайны феи её не касались.
Закрыв глаза, Криша сосредоточилась.
Она решила: проецировать сознание… и вернуться к своему Наставнику.