Онлайн чтение книги Мистический город Mystic City
1 - 24

Главы 24

Са Хи с трудом сглотнула, смочив пересохшее горло, и постаралась придать голосу бодрость.

— Дядя, это Са Хи.

— О, да. Давно не слышались.

Эту фразу она слышала каждый раз, когда звонила раз в месяц. И каждый раз это приветствие вызывало странное чувство: неужели месяц — это так долго?

— Как вы поживаете?

— Я-то как обычно. Судя по твоему бодрому голосу, у тебя ничего не случилось?

— Да, у меня тоже всё как всегда. Сестра Е Соль тоже в порядке?

— Наверное. Не знаю, уехала она учиться в Англию или просто решила исчезнуть с лица земли.

Са Хи усмехнулась. Казалось, этот разговор, который ничем не отличался от того, что был месяц назад, шептал ей ложь о том, что всё останется неизменным вечно.

— Вы же можете навестить её.

— Я слишком занят, чтобы ехать в Англию искать дочь, которая не дает о себе знать. Разве что ради матча Сон Хын Мина.

Ха-ха. Са Хи рассмеялась, словно у неё не было никаких забот. Несмотря на то что он был единственной ниточкой, связывающей её с прошлым, от которого она отвернулась, разговор с ним не был для неё тягостным.

— Кстати, что это за номер?

— Йонъин.

Выяснить это было проще простого, поэтому она не стала скрывать. В трубке послышался глубокий вздох.

— Ну ты и путешественница. В прошлом месяце был Пхаджу. Может, просто скажешь мне, где ты живешь?

— Нельзя. Вы же сразу расскажете дяде. Не забывайте, я все-таки в бегах.

— Са Хи...

— Просто передайте дяде, что у меня всё хорошо. Что я не забыла и позвонила в этом месяце.

Раз в месяц, в первое воскресенье, Са Хи сообщала своей родной крови, что она жива. Чтобы замести следы, она уезжала в город подальше от Муджина, проводила там день и по дороге домой подавала сигнал жизни. Ее собеседником был Чан Кён Су, адвокат её дяди. Он знал Са Хи с детства, был глубоко вовлечен в дела семьи, и поэтому и дядя, и Са Хи доверяли ему.

— Дядя в порядке? Ничего не болит?

Она по привычке начала теребить кулон поверх одежды. Прошел всего месяц, но каждый раз, задавая этот вопрос, она чувстовала дрожь в груди.

— Председатель Нам как всегда. Ничего особенного. Диабет, гипертония, гиперлипидемия — это с ним на всю жизнь. А, недавно у него снова воспалилось плечо, лечится. Подагра немного отпустила. Но в целом он здоров.

— Звучит совсем не как «здоров».

Мечтой её дяди была «смерть от болезни». В том мире, где никто не мог быть уверен в завтрашнем дне, он считал небесной удачей «старость, когда не умираешь с ножом в животе».

— Для него это здоровье. Проблема в твоей матери.

Лицо Са Хи мгновенно помрачнело. Она не хотела спрашивать, но и промолчать не могла.

— Всё так же?

— В последнее время она почти не разговаривает, даже когда председатель приходит. Он пытается её вылечить, возит в лучшие клиники, всё-таки родная кровь, но у неё самой нет воли к жизни.

— Скажите ему, пусть оставит её в покое и даст умереть. У дяди иногда просыпается странная сентиментальность.

— Но это же Са Хи...

— Разве легко вылечить человека, зависимого от алкоголя и наркотиков? Тем более у неё рак. Легкие наверняка уже в дырах, в организме живого места нет.

Са Хи часто думала, что она единственный человек в мире, который не заплачет при слове «мама». Новости о матери, которые она получала раз в месяц, всегда были только хуже. Даже если она умрет завтра, Са Хи узнает об этом только через месяц, но ей было совсем не жаль.

— В общем, я поняла, что ничего нового, так что буду заканчивать, дядя.

— Ты злишься?

— Я не на вас злюсь. Просто мама... такая уж она есть.

— Знаю. Но если вдруг что-то случится, звони мне в любое время. Поняла?

— Да.

Она поспешно повесила трубку, не желая слушать дальше. И еще некоторое время смотрела на таксофон, словно сверля его взглядом. Веселая поездка всегда заканчивалась не так радостно именно из-за этого последнего «домашнего задания». Единственным утешением было то, что до первого воскресенья следующего месяца она могла притвориться, что этих сложных проблем не существует. Са Хи поправила лямку рюкзака, которая норовила соскользнуть с опущенного плеча, и решительно развернулась. До дома было далеко. Нужно было спешить.

***

— Это действительно тот самый парк развлечений.

Сын Джэ, проверив экран телефона, подтвердил догадку Ын До, который наблюдал за Са Хи. В отличие от того, как она весело гуляла по парку, теперь она выглядела заметно мрачнее. Сидя в машине, он долго смотрел на неё: как она с решимостью поднимает трубку, с усилием изображает радость, а потом заканчивает разговор с расстроенным лицом. Ситуация, не изменившаяся за месяц, вызывала и радость, и тяжесть на душе.

— Следовать за ней?

Спросил Сын Джэ, увидев, что Са Хи отошла от таксофона и направилась к станции. Приставленный человек всё еще следовал за ней, и дальнейший маршрут вряд ли отличался бы от его предположений, поэтому Ын До покачал головой.

— Оставь. Наверное, теперь она поедет домой.

— Тогда сказать Хён У, чтобы прекращал слежку?

Когда Сын Джэ переспросил, Ын До махнул рукой, словно ему было лень отвечать. Поняв жест, Сын Джэ сообщил, что они уезжают. Черная машина, выехав с переполненной парковки, медленно покинула парк развлечений, то и дело останавливаясь в пробке. Каждый месяц следы Са Хи, остающиеся в телефоне адвоката Чан Кён Су, передавались и ему. И получив координаты, Ын До перерывал всё вокруг как сумасшедший. Если бы он не встретил Са Хи в том убогом переулке, десятки его людей наверняка прочесывали бы окрестности этого огромного парка несколько дней. В мире, где по одному поисковому запросу можно узнать местоположение незнакомого номера, это было проще простого. Ын До никак не мог понять Са Хи, которая каждый месяц отправлялась в такое далекое путешествие, чтобы замести следы, живя в таком мире.

— Ты знатно водила меня за нос.

Глядя на дорогу, забитую машинами и людьми, Ын До усмехнулся. Поскольку номер менялся каждый месяц, он смутно догадывался об этом. Но не мог отбросить даже малейшую вероятность и продолжал делать эту глупость раз за разом. Одержимость — штука действительно глупая.

— Я посплю немного, не буди, если не будет ничего срочного.

— Да, директор.

Ответом Сын Джэ закончился разговор, и Ын До закрыл глаза. Неделя мучительной бессонницы наконец подошла к концу. Сегодня он сможет уснуть крепче, чем когда-либо. Он убедился, что она жива, и теперь знал, где она. Теперь его задача — сделать так, чтобы больше не упустить её.

***

— Почему не отвечаешь на звонки?

Когда Са Хи вышла из магазина после работы, Дон Хо, вальяжно сидевший за белым пластиковым столиком, окликнул её. Са Хи, сглотнув вздох, подошла и села напротив. К счастью, зная, как она это ненавидит, он не курил перед магазином.

— Я и вчера звонил весь день.

— Вчера телефон был на беззвучном, я не слышала, а сегодня я проспала и весь день была занята.

Это была ложь наполовину. Когда она фотографировала в парке, она видела уведомления о пропущенных от Дон Хо. Но то, что сегодня утром она еле успела проснуться, чтобы не опоздать на работу, и весь день крутилась как белка в колесе, было правдой.

— Вчера у тебя был выходной? Куда ездила?

— А что?

— Я заходил к тебе домой, тебя не было.

На беспечные слова Дон Хо последовал острый взгляд Са Хи. Хотя в этих трущобах о полной приватности мечтать не приходилось, ей не нравилось, что Дон Хо заваливается к ней, как к себе домой, сколько бы она ни говорила ему этого не делать.

— Не смотри на меня так. Я звонил от двери. Ты не отвечала, я постучал, и бабушка «из Нью-Йорка» сказала, что ты ушла.

Оправдываясь под колючим взглядом Са Хи, Дон Хо рассмеялся. Узнав от А Ён, что Са Хи однажды упала в обморок в магазине, Дон Хо стал нервничать, если не мог с ней связаться. Однажды она так устала, что спала как убитая, и проснулась от шума, увидев, как Дон Хо, разбив стекло в двери, просунул руку и открывает замок. Как же она тогда испугалась. С тех пор она запретила ему входить в дом без спроса, но знала, что с такими людьми договориться невозможно.

— А где А Ён?

Чтобы сменить тему, спросила она, и Дон Хо пожал плечами, разведя руки в стороны. На его беззаботном лице читалось: «Откуда мне знать?», и Са Хи нахмурилась.

— Так она пошла домой или нет?

— А Ён съехала от меня.

— Что? Когда?

— Она не появлялась дома с того дня, как приходила к тебе.

Подумав, что раз сегодня понедельник, А Ён могла вернуться, она позвонила Ок Джин в обед. Ок Джин усталым голосом сказала, что от дочери ни слуху ни духу. Са Хи понадеялась, что А Ён нагулялась за выходные и вернется сегодня вечером, сделав вид, что ничего не было.

— Ты уверен, что она съехала и от тебя?

— Я думал, она просто гуляет с друзьями и не ночует дома, но вчера после работы зашел домой, а её вещей нет. Я решил, что она вернулась к матери.

Слова Дон Хо, в которых не было ни капли беспокойства, заставили Са Хи поспешно достать телефон и набрать А Ён. Гудки шли долго, но трубку никто не брал. Если вещи исчезли вчера, она уже должна была вернуться домой.

— Знаешь, куда она могла пойти?

После сообщения о том, что абонент не отвечает, она снова набрала номер и спросила Дон Хо. Тот лишь цокнул языком.

— Она взрослая, разберется. Чего вы с тетушкой так над ней трясетесь?

— Взрослая только телом? Ведет себя как трудный подросток.

На холодные слова Са Хи Дон Хо рассмеялся. Убедившись, что трубку всё так же не берут, Са Хи швырнула телефон на стол. Видимо, её привязанность должна была ограничиться Ок Джин. Ее глупая попытка вмешаться, давно забытое чувство теплоты сделали её слишком уязвимой.

— Оставь её. Думаешь, легко исправить человека?

Дон Хо, полезший в карман за сигаретами, замер под взглядом Са Хи. Словно признавая поражение, он причмокнул губами и поставил на стол пакет, который до этого лежал на соседнем стуле.