Онлайн чтение книги Мистический город Mystic City
1 - 8

Глава 8

 — А вообще, поездка чертовски комфортная.

Как только Ын До запретил говорить о сексе, Джи Хёк тут же нашел другую тему.

— Ха, блядь, всё-таки нужно выбиваться в люди. Машина точь-в-точь как у старика. В стране, где ни капли нефти не добывают, разъезжать на такой и разбрасываться бензином направо и налево... А, кстати, насчет «разбрасываться» — сразу ту девку вчерашнюю вспомнил. Вкусная была.

— Если будешь продолжать нести чушь, пересаживайся в любую машину сзади, пока я тебе голову не отрезал и не выкинул.

— Бессердечный ублюдок.

Ворча, Джи Хёк наконец заткнулся, и Ын До откинулся на подголовник, закрыв глаза. Из-за сильной бессонницы он вчера спал всего пару часов. Это повторялось в одно и то же время, так что после воскресенья должно было стать легче, но бессонница, которая мучила его почти неделю, могла свести с ума. К тому же ехать в одной машине с Джи Хёком в такой день было испытанием, которое подтачивало терпение сильнее, чем он ожидал. Джи Хёк сел в его машину, хотя за ними следовала целая колонна, только потому, что услышал о вызове Ын До к председателю Чо и хотел всё разузнать. У него не хватало смелости спрашивать напрямую, но ему было любопытно каждое движение Ын До. Не зная, что Ын До прекрасно видит его насквозь и учитывает даже это.

— А, блядь. Сигареты кончились.

Молчавший некоторое время Джи Хёк снова зашуршал. Ын До нахмурился и открыл глаза. Джи Хёк, озираясь по сторонам, сказал Сын Джэ:

— Вон там магазин. Останови-ка.

— Если нет сигарет, возьми мои.

— Не надо. Твои слишком крепкие, мне, как человеку, который хочет жить долго, они не подходят.

Машина плавно затормозила у обочины. Когда Джи Хёк собрался выходить, Сын Джэ, сидевший спереди, быстро обернулся и сказал:

— Я схожу.

Джи Хёк, искоса глянув на сидящего рядом Ын До, ухмыльнулся.

— Оставь. Я собирался позвонить той девке, которая вчера так текла, и предложить встретиться сегодня, но если сделаю это здесь, боюсь, ваш директор воткнет мне в шею свой любимый нож-бабочку.

Заметив ледяной взгляд Ын До, который, казалось, вот-вот и правда достанет нож, Джи Хёк скривил губы в усмешке и вышел из машины.

***

— Ублюдок, ведет себя так, будто он мой хозяин.

Бах. Закрыв дверь машины, Джи Хёк сморщился и пробормотал себе под нос. Затем он достал телефон из кармана и, набирая номер, показал жестом машинам позади, что идет в магазин. Когда подчиненный из машины, следовавшей прямо за ними, собрался выйти, Джи Хёк махнул рукой, останавливая его, и открыл дверь круглосуточного магазина.

— Вон те.

Когда сотрудница, расставлявшая товар на полках, подбежала и встала за кассу, Джи Хёк указал пальцем на свои сигареты. Гудки шли довольно долго, но трубку никто не брал. Блядь. Нетерпеливый палец нервно нажал кнопку сброса.

— С вас 4500 вон.

Пик. Девушка пробила товар и положила сигареты на прилавок. Джи Хёк достал карту из бумажника и бросил её на стол. В тот момент, когда тонкие белые пальцы потянулись к карте, Джи Хёк, взяв сигареты, мельком взглянул на продавщицу. «А?» Лицо определенно было знакомым. Джи Хёк, срывая пленку с пачки, пристально посмотрел на девушку за кассой.

— У вас есть скидочная или бонусная карта?

— Нет.

— Чек нужен?

Когда Джи Хёк начал бросать мусор прямо на прилавок, девушка слегка нахмурилась и подняла голову. Наконец их взгляды встретились.

— Чек не нужен. Слушай, я тебя нигде раньше не видел?

На внезапный вопрос Джи Хёка девушка протянула карту, в её глазах читалась крайняя настороженность. Этот взгляд явно отличался от того, которым хорошенькие продавщицы обычно смотрят на тех, кто пытается к ним подкатить.

— Ты меня не знаешь?

— Нет, вижу впервые. Возьмите карту.

Девушка ответила спокойно, словно заученной фразой, но рука, протягивающая карту, и рука, сгребающая мусор, мелко дрожали. Джи Хёк медленно взял карту, убрал её в бумажник, достал сигарету, сунул в рот и впился взглядом в девушку напротив.

— Здесь курить нельзя.

Несмотря на тревожный взгляд, девушка, выпрямившись, прямо встретила взгляд Джи Хёка и сказала это. Это выглядело так забавно, что Джи Хёк вынул сигарету изо рта и рассмеялся. «Спал я с ней, что ли? Или она работала в одном из наших заведений? Точно где-то видел. Блядь, эти бабы так меняют лица макияжем, что хрен узнаешь». Он не особо запоминал тех, с кем спал. Точнее будет сказать, вообще не запоминал. В его глазах все — что те, кто ходит по улицам, что те, кто работает в рум-салонах, — выглядели одинаково. Поскольку он управлял несколькими заведениями, возможно, она работала там, но что-то не давало Джи Хёку покоя. Лицо без макияжа было довольно красивым, так что попробовать стоило бы. Такие, когда намокнут и стонут, чертовски заводят. Но интерес был вызван не этим. Он никак не мог знать девушку, которая так прилично работает в магазине, но она застряла в памяти. И еще было какое-то чувство, что трогать её не стоит.

— Точно меня не знаешь?

Подумав, что она, возможно, притворяется невинной овечкой, смыв прошлое, когда раздвигала ноги перед мужиками, Джи Хёк спросил снова, но девушка ответила ледяным тоном:

— До свидания.

Пф-ф. Джи Хёк усмехнулся. Она осторожно оглядела его с головы до ног испуганным взглядом, но изо всех сил старалась держаться холодно. Это была инстинктивная защита, как у кошки, вздыбившей шерсть.

— Окей. Увидимся.

Снаружи ждали люди, так что он не мог бесконечно цепляться за воспоминания, которые не всплывали. Как только Джи Хёк вышел из магазина, он закурил. А потом мельком оглянулся. Он увидел, как продавщица, которая смотрела на него через стеклянную дверь, встретившись с ним взглядом, поспешно спряталась.

— Ха, если раздеть такой тип, трахать будет одно удовольствие.

Джи Хёк, не вынимая сигарету изо рта, подал знак машинам сзади трогаться и сел в машину Ын До. За то короткое время, что он ходил в магазин, Ын До, словно пытаясь успокоить нервы, которые разбередил Джи Хёк, достал балисон и ритмично вращал его в руке.

— Ты же не собираешься реально перерезать мне горло этой штукой?

— Если хочешь, могу показать разок. Тебе же еще не резали горло.

Джи Хёк, опустив окно и выдыхая дым наружу, спросил, а Ын До ответил с невозмутимым лицом. И водитель, и сидящий рядом — все были людьми Ын До, так что, даже если бы кровь Джи Хёка залила весь салон, никто бы ему не помог.

— Блядь, страшно с тобой в одной машине ездить.

Он добавил это с раздражением, но инстинктивно понял, что на сегодня Ын До провел черту именно здесь. Взгляд Ын До уже пару раз скользнул по левой руке Джи Хёка. Рука калеки, на которой не хватало двух фаланг мизинца — плата, которую Ын До взял вместо его жизни по приказу председателя Чо. Раньше, когда Джи Хёк начинал действовать на нервы, Ын До тоже молча смотрел на его левую руку. А если Джи Хёк не останавливался, он тихо говорил:

[Отрезать остальное?]

В схватке один на один с Чха Ын До у него не было шансов. И Джи Хёк знал это лучше всех. «Сукин сын. Прежде чем ты перережешь мне горло, я раздроблю тебе руки, так и знай». Сигарета была на удивление горькой.

— Когда закончим на складе, заскочи со мной в 4-й округ.

Ын До, который долго молчал, лишь вертя нож, сказал это небрежно, словно только что вспомнил. Джи Хёк, затягиваясь сигаретой, лениво отозвался:

— Зачем в 4-й?

— Хван Чхоль Ук наверняка узнал, что ты вчера встречался с начальником Аном, так что покажись. Чтобы ублюдки из 5-го округа не лезли и не устраивали лишних проблем.

— Старик велел?

Ын До не стал отвечать на вопрос Джи Хёка. Ну конечно, если бы не воля старика, разве его высочество потащилось бы в грязный 4-й округ.

— Если наш директор Чха появится лично, эти мелкие ублюдки обосрутся от страха. Обосрутся... Ха-а, почему эта сучка не берет трубку?

Джи Хёк снова достал телефон из кармана и включил экран. Раз она сама не перезванивает, значит, до сих пор дрыхнет. Он разбудил её утром в полубессознательном состоянии и выгнал, но, учитывая, что он трахал её всю ночь, она, должно быть, устала.

— Кстати, я точно видел ту девку, но не могу вспомнить.

— Опять ты за свое.

— Та продавщица в магазине, где я сигареты покупал. Лицо знакомое, но никак не вспомню. Вроде не из тех, с кем я спал недавно.

Ын До всем своим видом, включая раздраженный вздох, показал, что не хочет это обсуждать. Джи Хёк выбросил окурок в окно, закрыл стекло и добавил:

— Раз она меня не узнала, значит, я её не трахал. Ну, может, она из тех, кто стирает из памяти мужиков после одной ночи, но, блядь, у неё такой вид, будто если тронешь не так, проблем не оберешься.

— Ты же говорил, что не помнишь лиц всех, с кем спал. Кто знает. Может, она так к тебе липла, что ты с ней переспал, а потом копался своим маленьким членом, как школьник, вот она и делает вид, что не знает тебя, потому что ей противно вспоминать.

— Блядь, это удар по самолюбию, ты в курсе?

На небрежный ответ Ын До, брошенный со вздохом, Джи Хёк усмехнулся.

— Всё-таки образованный ублюдок даже подъебывает элегантно. Нашему доктору наук с его конским хером мой, конечно, кажется маленьким. Но я им стольких девок на тот свет отправил, так что зря вы так выражаетесь.

— Мне плевать, куда ты их отправил, в рай или в ад. И сколько раз тебе повторять, придурок, после университета — бакалавр, а не доктор.

— Этому ублюдку даже комплимент не скажешь, всё равно выебывается.

Ц-ц. Цокнув языком, Джи Хёк снял пиджак, расстегнул пуговицы на манжетах и начал закатывать рукава.

— Короче, я обязательно вспомню эту девку. Блядь, чувство такое, будто посрал и не подтерся, жутко неприятно.

На обнажившемся предплечье Джи Хёка показалась татуировка с изображением демоницы Ханья. Это была одна из множества ярких татуировок, покрывавших всё его тело.