Онлайн чтение книги Мистический город Mystic City
1 - 61

Прошло около года с тех пор, как Ча Ын До встал рядом с председателем Нам Чон Тэ, и его жизнь развернулась на сто восемьдесят градусов.

Родившийся в нищих трущобах у родителей, которые ничего не имели и ничему не учились, Ча Ын До, двадцать один год валявшийся на самом дне, всего за год стал совершенно другим человеком.

— Начальник Ча, вас ищет председатель.

Председатель Нам дорожил Ын До.

Говорили, что в то время, когда Ын До впервые пришел к председателю Наму, передел сфер влияния был в самом разгаре.

Теневых способов заработка становилось всё больше, и новые группировки, вспыхнувшие словно лесной пожар, вгрызались в глотки старым кланам. То же касалось и тех, кто проникал в этот дом, целясь в председателя Нама и Са Хи.

Но пока рядом, сжимая нож, стоял Ын До, количество угроз для председателя заметно поубавилось, и имя Нам Чон Тэ снова безраздельно властвовало над ночным Сеулом.

Чем больше шрамов появлялось на теле Ын До, тем крепче становилось доверие председателя. И это покровительство обретало вполне материальную форму.

Ын До жил в элитном офистеле с видом на Ханган, подаренном председателем, водил дорогие иномарки и носил шикарные костюмы известных брендов.

Стоило ему, от природы красивому, но раньше не обращавшему на это внимания, начать следить за собой, как он стал приковывать взгляды, где бы ни появился.

А когда поползли слухи, что председатель Нам и шагу не ступает без Ын До, имя «Ча Ын До» приобретало всё больший вес.

Однако где есть свет, там неизбежно падает тень.

Чем ближе он становился к председателю Наму, тем дальше оказывался от Са Хи. Ын До стал слишком значимой фигурой, чтобы просто охранять восемнадцатилетнюю школьницу.

С тех пор как он переехал и начал жить отдельно, он почти всё время сопровождал председателя на выездах, из-за чего порой не видел Са Хи больше месяца.

Ын До хотел подняться наверх, чтобы встать рядом с ней, но, по иронии судьбы, чувствовал, что его оттесняют всё дальше.

И немалую роль в этом играла заметно усилившаяся враждебность Пэк Чэ Ха.

— Чэ Ха-оппа.

Иногда, проходя мимо, Ын До слышал, как Са Хи зовет Пэк Чэ Ха.

«Оппа». Как бы Ын До ни старался, это обращение, которое ему никогда не суждено услышать, было дозволено лишь Пэк Чэ Ха.

И каждый раз, когда Са Хи так его называла, Чэ Ха оборачивался к Ын До с выражением победителя.

Пэк Чэ Ха уже давно разгадал чувства Ын До, на которые больше никто не обращал внимания.

Был и еще один человек, догадавшийся о его тайне — Ли Сын Джэ.

— Сегодня после школы она зашла с подругой в бургерную. В последнее время она тесно общается с этой девочкой, говорят, им нравится один и тот же айдол.

В итоге Ын До пришлось взять под свое крыло Сын Джэ, который натворил бед и вылетел из школы.

Председатель Нам доверился надежному парню, которого привел Ын До, и периодически приставлял его охранять Са Хи. Благодаря этому Сын Джэ узнавал для Ын До даже самые незначительные детали о жизни девушки.

Но Юн Са Хи по-прежнему была далека.

Даже завоевав доверие председателя Нама и из кожи вон лезя, чтобы противостоять открытым нападкам Пэк Чэ Ха, Ын До всё еще оставался бесконечно далеко от того места, где стояла Са Хи.

Всякий раз, когда она проходила мимо, даже не встречаясь с ним взглядом, словно ей было совершенно всё равно, всё казалось бессмысленным.

Са Хи будто не замечала его лица, которое все вокруг называли красивым.

Жажда становилась невыносимой. Нетерпение росло, и каждый раз, видя, как Чэ Ха картинно занимает место рядом с Са Хи, в Ын До вспыхивало желание убить его.

Именно в тот момент, когда страх, что он так никогда и не сможет дотянуться до неё, начал поглощать Ын До, случилось это событие.

Тот ужасный день, когда Са Хи действительно исчезла туда, куда его руки не могли дотянуться.

***

— Ей не пора выходить?

Ын До, сидевший в машине и наблюдавший, как из академии потоком выходят люди, задал вопрос. Сын Джэ, сидевший на пассажирском сиденье, тут же обернулся и ответил:

— Уроки должны были закончиться, но она обычно выходит позже всех.

— Почему?

— Ну… не знаю.

Судя по тому, как он замялся, причина была очевидна.

Как и в школе, она хотела как можно дольше оттягивать момент встречи с охраной, ждущей у входа.

Говорят, в этом районе её лицо уже примелькалось как племянницы известного бандита, но восемнадцатилетняя Юн Са Хи всё равно пыталась хоть как-то игнорировать реальность.

«Сегодня я никуда не выезжаю, так что отвези Са Хи домой к Сын Ми.»

Председатель Нам, просидевший весь день в кабинете с адвокатом, вызвал Ын До и дал распоряжение. Отвезти Са Хи, у которой начались летние каникулы, к матери после занятий в академии.

«Заодно присмотрись там. Хахаль, который повадился к ним в дом, кажется, тот еще тип.»

Ын До подумал, что вряд ли туда когда-либо заходил «приличный тип», но на просьбу председателя лишь коротко ответил согласием.

Раз ему поручили лично проверить обстановку, вес этих слов был иным. Это означало, что ситуация могла выйти за рамки того, на что председатель Нам готов был закрывать глаза.

Председатель протянул Ын До сумку для гольфа. Это была сумка с деньгами, которую он периодически посылал матери Са Хи.

Наверное, половина морщин на лбу председателя Нама появилась из-за этой проблемной младшей сестры, которую он, согласно завещанию отца, обязан был содержать до самой старости.

Но для самого Ын До важен был лишь тот факт, что он увидит Са Хи впервые за три недели.

Теперь ему не нужно было лишний раз ездить в дом председателя, а если и случалось там бывать, они с Са Хи постоянно разминулись, так что шансы увидеть её выпадали редко.

— А…

В этот момент Ын До заметил Са Хи, выходящую из холла академии. Она втянула голову в плечи и низко опустила взгляд.

Увидев, как она бредет, ссутулившись, с рюкзаком за плечами, одетая в небесно-голубую рубашку с коротким рукавом и логотипом люксового бренда на груди и темно-синие шорты с бантом, Ын До невольно усмехнулся.

Поразительно, как он узнавал её с первого взгляда, даже по пробору в волосах. Как среди такой толпы людей он видел только Юн Са Хи.

— Вон она выходит.

Сын Джэ, заметивший её с опозданием, вышел из машины и направился к ней.

Увидев перед собой черный костюм, Са Хи привычно последовала за Сын Джэ к машине.

Ын До открыл заднюю дверь и подвинулся, но, как и всегда, Са Хи не поздоровалась и даже не взглянула на него.

— Ремень.

По команде Ын До Са Хи механически пристегнула ремень безопасности.

Неприкосновенная принцесса. Поэтому, хоть она и была на четыре года младше, Ын До всегда обращался к ней на «Вы».

Но за последний год, вслед за изменившимся статусом, Ын До всё чаще, подражая Пэк Чэ Ха, переходил с ней на «ты».

Впрочем, Са Хи, похоже, совершенно не замечала и этой перемены.

— Поехали.

Стоило Ын До скомандовать Сын Джэ, как машина бесшумно тронулась.

О чем она так напряженно думает? Голова Са Хи, застывшая неподвижно, упиралась в подголовник переднего сиденья.

Са Хи, которая с самого первого мгновения была ослепительно белой и красивой, за это время расцвела еще больше.

Глядя на неё, Ын До порой казалось, что он понимает её мать, которая держала дочь рядом и упивалась этим зрелищем.

Почему-то Юн Са Хи своим беззащитным видом пробуждала дикое чувство собственничества.

Наверное, и сегодня было так же.

Услышав нытье матери, которая обращалась с красиво выросшей дочерью как с украшением, председатель Нам, скорее всего, прикрикнул на Са Хи, велев пожить с матерью пару дней, раз уж начались каникулы.

«Раз уж берешь Са Хи на несколько дней, приглядывай за ней как следует. И хватит поднимать руку на ребенка.»

Вопреки догадкам Са Хи, что дядя ничего не знает, председатель Нам, похоже, был в курсе всего. Да и разве может этот тигр не знать, что творится у него под носом?

И всё же председатель отказывался признавать, что отношения между матерью и дочерью испорчены окончательно.

Он всё еще верил в зов крови. До жалости наивно.

— Если так не хочешь ехать, почему бы не устроить голодовку перед дядей?

Сказал Ын До, глядя на побелевшую и застывшую Са Хи, словно её везли на эшафот. Её взгляд на мгновение задержался на нем и тут же ускользнул.

Он слышал, что на каникулах Са Хи под давлением председателя живет у матери по несколько дней.

В прошлые зимние каникулы она тоже поехала туда с планом на десять дней, но не выдержала и вернулась домой уже через четыре.

— Ты же умеешь это делать. Кричи, что не поедешь, не можешь, устрой истерику. Не сиди с таким видом, будто корова, которую ведут на бойню. Сказать, что тебе что-то не нравится — это не преступление.

Единственным человеком в мире, кто не боялся имени Нам Чон Тэ, была Юн Са Хи.

И единственным человеком, перед которым этот страшный тигр, чей взгляд мало кто мог выдержать, шел на уступки, тоже была Юн Са Хи.

Поэтому, когда Ын До сказал, что если ей так противно, до дрожи, то стоило бы взбунтоваться, Са Хи лишь слабо, с издевкой усмехнулась.

— Чужая жизнь всегда кажется такой простой.

Это была сухая улыбка, готовая вот-вот рассыпаться.

Да, непростой. Глядя на то, как я даже приблизиться не могу и просто смирно наблюдаю за тобой со стороны — жизнь вообще редко идет по плану.

— Дядя приставил ко мне странного человека.

Сказав это, Са Хи повернула голову и на мгновение посмотрела на Ын До, но затем снова отвернулась.

Этот взгляд, в котором всё так же не было узнавания, опустошал, но Ын До уже привык.

— Большинство людей говорят мне: «Будь добра с мамой», «Всё-таки она твоя мать, потерпи», «Неужели тебе не жалко маму?». Но вы — первый, кто вот так открыто советует идти наперекор.

Хмыкнув, она скривила губы, выглядя усталой и печальной. Са Хи еще плотнее прижалась к окну, всем видом показывая, что разговор окончен.

Ослепительно белая шея под стянутым в высокий хвост пучком волос снова заставила затылок Ын До онеметь.

В этот момент Ын До захотелось сделать так, чтобы Са Хи никогда не приходилось делать то, что ей неприятно. Чтобы она делала только то, что хочет. И если ей так ненавистна мать — пусть всю жизнь живет только с папой.

Ты реально сильно вырос, Ча Ын До.

Сказал Пэк Чэ Ха, подойдя к Ын До, когда тот выходил из дома председателя, чтобы забрать Са Хи.

Чэ Ха, который когда-то лично забирал Ын До, сидевшего в лохмотьях в убогой конторе ростовщиков, наверняка не ожидал, что тот так быстро поднимется.

Он даже не брал его в расчет, считая ничтожеством, с которым и сравнивать себя стыдно, а теперь его, должно быть, задевало, что этот парень вырос и встал с ним плечом к плечу.

Хоть они и бандиты, живущие без тормозов, есть вещи, которые нельзя делать, если хочешь подняться наверх.

Если вечно пьянствовать, околачиваться в игорных притонах, а потом еще и подсесть на наркотики — это конец. Никто не доверит дело невменяемому.

Поэтому Ын До зубами выгрызал себе путь на это место.

На постоянные провокации Пэк Чэ Ха можно было просто не обращать внимания, но видеть, как Са Хи достается ему, он не мог.

Если убрать Пэк Чэ Ха, который неусыпно следил за тем, как высоко взлетел Ын До и как сильно он его теснит, — возможно, Са Хи упадет прямо ему в руки.