Пламя свечей в подсвечнике на столе опасно задрожало. Пэк Са Гём с улыбкой смотрел на Рю Ан, а она, изо всех сил стараясь приподнять уголки губ, выдерживала его взгляд. Её руки, спрятанные под столом и сжатые в кулаки, напряглись.
Непростой противник.
Он очень подозрителен и совершенно не собирается ослаблять бдительность. Возможно, он уже подозревает, что я шпионка. Но раз уж он всё еще держит меня перед собой, значит, он тоже не до конца уверен.
— Я не лгу. У меня к этому нет таланта.
Покорно ответила Рю Ан.
— И у меня не настолько смелый характер, чтобы кого-то убивать.
Подошедший официант наполнил пустой стеклянный стакан водой. Звук журчащей воды заполнил повисшую за столом тишину. Пэк Са Гём молча смотрел на Рю Ан, а затем рассмеялся.
— Я тоже так думаю.
Кончик вилки, которую он держал в руке, ловко подцепил кусочек лосося из салата.
— Даже если вы меня убьете, вам заплатят от силы миллионов десять. Рисковать жизнью ради таких грошей — глупость.
— …Поразительно. Значит, все рискуют жизнью всего лишь за десять миллионов вон?
— Скорее смешно, чем поразительно.
Он слегка улыбнулся и отправил кусочек лосося в рот. Это было медленное, элегантное движение.
Рю Ан крепко сжала нож. Пальцы сами по себе напряглись. Она улыбалась, но в груди всё похолодело. Кто-то рискует жизнью и лезет на рожон. А для него всё это просто смешно.
Он никогда не поймет, почему букашки из района Чхонним готовы рисковать жизнью ради десяти миллионов. Человеку, привыкшему к таким роскошным вечеринкам, этого не понять.
Сжимая нож, Рю Ан мрачным взглядом сверлила Пэк Са Гёма, который невозмутимо продолжал трапезу. Почувствовав на себе её взгляд, Пэк Са Гём приподнял бровь и слегка склонил голову.
— О чем вы так задумались, Ён Хи?
— Мне кажется, еда здесь просто восхитительная.
Рю Ан лучезарно улыбнулась.
Да, не поддавайся эмоциям. Мне нужно просто убить этого человека, выйти отсюда и получить деньги.
В этот момент со стороны лестницы кто-то позвал её по имени.
— О, мисс Ён Хи?
Это была мадам Чу. Поднявшись по лестнице под руку с пожилым джентльменом, мадам Чу заметила Пэк Са Гёма и Рю Ан вместе, округлила глаза и подошла к ним.
— Так вы все здесь? А я как раз собиралась представить эту милую леди молодому господину Пэку. Видимо, вы уже и сами познакомились?
Мадам Чу лукаво подмигнула Рю Ан и вместе со своим мужем естественно присоединилась к ним за столом.
— Кстати, говорят, вы опять расстроили моего муженька? Могли бы хоть разок поддаться в этой вашей карточной игре.
— Какое еще поддаться! Я и сам прекрасно могу обглодать его до костей!
Прикрикнул пожилой джентльмен с уязвленным самолюбием. В своей фетровой шляпе западного образца и красном галстуке старик выглядел как типичный представитель богатого сословия.
— А это еще что за леди, которую я вижу впервые. Небось недавно где-то золотая жила открылась?
— Бизнес моего отца процветает не хуже золотой жилы.
Даже на поведение пожилого джентльмена, который скрыто презирал её, обращаясь как с нуворишем, Рю Ан вежливо улыбнулась. Старик лишь фыркнул, заявив, что быстро заработанные деньги так же вредны для здоровья, как и еда, проглоченная в спешке.
Атмосфера стала гораздо более шумной по сравнению с тем временем, когда они были вдвоем. Мадам Чу казалась хорошо знакомой с Пэк Са Гёмом, а старик был весьма разговорчив.
Для Рю Ан это было как нельзя кстати. Чем суетливее обстановка, тем легче будет провернуть дело.
— Мой муженек без ума от новинок. А вот молодой господин Пэк, как я слышала, без ума от антиквариата? Говорят, вы еще и чай коллекционируете?
— Верно. Мне нравятся вещи, которые отвечают на мою преданность.
Равнодушно ответил Пэк Са Гём, потягивая шампанское.
— Будь то чайные листья или антиквариат, обращаться с ними непросто, но если хранить их правильно и беречь, они меня не разочаруют. В отличие от людей, они не предают и их чувства не меняются. И они никогда не покидают меня первыми.
Услышав это, мадам Чу рассмеялась: «О боже, как романтично!».
— Ах да, если захотите достать какую-нибудь редкость, спросите у мисс Ён Хи. Её отец ведет крупный торговый бизнес в Гонконге. Благодаря ей я сегодня получила в подарок редкую помаду и духи!
— Женщина, в который раз ты уже об этом твердишь? Эй, вы! Принесите ром. Тот крепкий и жесткий, который я всегда пью.
Посчитав разговор скучным, пожилой джентльмен поторопил официанта. Как только он сделал заказ, мадам Чу тут же принялась критиковать мужа.
— И так всегда. Этот человек к шампанскому или вину даже не притронется. У него просто дешевый вкус.
— В молодости на корабле я пил только ром. Все эти нынешние виски да коньяки слишком чопорные, в них нет никакого веселья.
Официант принес на серебряном подносе небольшой стеклянный стакан с янтарным ромом.
— Ваш темный ром.
— Ну-ка, ну-ка, давайте все чокнемся. А?
В этот момент с потолка раздался хлопок, и вниз с шумом посыпались разноцветные воздушные шары.
— О, кажется, сейчас начнется выступление.
Глаза мадам Чу заблестели, и она повернула голову в сторону балкона. На сцене первого этажа джаз-бэнд начал свое выступление. Толпа в банкетном зале радостно закричала.
Рю Ан быстро огляделась. Мадам Чу и старик потягивали алкоголь, наблюдая за происходящим с балкона, Пэк Са Гём тоже скучающим взглядом смотрел на сцену.
— Что за цирк они устроили. Шоу с воздушными шариками? Надо было петарды взрывать.
— Пожалуйста, хватит ворчать. А?
Пока старик и мадам Чу препирались, полностью повернувшись к балкону, Рю Ан незаметно достала пилюлю, которую припрятала в складках платья. Это был маленький яд, размером с ноготь мизинца.
— Дамы и господа! Песня, которую мы исполним сегодня на этой славной сцене…
Пока виолончелист объявлял композицию, Рю Ан подалась вперед в сторону Пэк Са Гёма, делая вид, что хочет лучше рассмотреть сцену. Сейчас, когда все взгляды устремлены на сцену, — её единственный шанс.
— Вау, это моя любимая песня.
Радостно пробормотала Рю Ан, незаметно бросая таблетку в его бокал с шампанским. Круглая пилюля, слегка запенившись, быстро растворилась.
— Вам нравится джаз?
Пэк Са Гём, наблюдавший за сценой, повернулся к Рю Ан. Из-за того, что она подалась вперед, их лица оказались так близко, что они почти касались друг друга носами. Может быть, потому что он из богатой семьи? Его кожа была белой и чистой, как у мальчика. Рю Ан с нежной улыбкой отодвинулась от него.
— Я в нем не очень разбираюсь, но слушаю с удовольствием. Это успокаивает. А вам, Са Гём?
— Зависит от обстоятельств.
Ответил он, поднимая бокал с шампанским.
— Когда я читаю или рисую, я предпочитаю, чтобы не было никакого шума. То же самое и во время еды. Но…
— Но?
— Когда кто-то умирает, лучше, чтобы играла фоновая музыка. Вокруг ведь становится так шумно.
— Что?
Глаза Рю Ан на мгновение расширились от растерянности. Пэк Са Гём всё так же ласково улыбался. Рю Ан уже хотела переспросить, что он имеет в виду, но старик поднял бокал и поторопил с тостом.
— Процветание нашей страны — это всё заслуга Хва Ён. Давайте все вместе выпьем за семью Хва Ён!
В этой суматохе четыре бокала со звоном чокнулись.
Выступление джаз-бэнда достигло кульминации. Звучал бодрый свинговый ритм. Контрабас упруго отбивал такт, а клавиши пианино легкомысленно танцевали.
Старик залпом осушил свой бокал с ромом, мадам Чу с улыбкой сделала глоток шампанского.
Но Пэк Са Гём лишь на мгновение прикоснулся губами к бокалу, не сделав ни глотка. Он посмотрел на Рю Ан и усмехнулся.
— Ён Хи, что у вас с лицом?
Неужели… Почувствовав неладное, Рю Ан слегка отодвинула стул назад. Тук, тук — сердце колотилось так, словно готово было вырваться из груди.
Тем временем захмелевший старик, размахивая салфеткой, хихикал.
— Ах, точно. Слышал, Хва Ён собирается строить еще один крупный химический завод? Честно говоря, мне немного обидно, что вы не шепнули мне об этом заранее. Если бы мы объединили усилия с моей землей… Кх-гх! Проклятье!
Внезапно старик побледнел и начал блевать темно-красной кровью. Трясущимися, морщинистыми руками он торопливо схватил стакан с водой, но тело его уже не слушалось: выронив стакан, он рухнул на пол.
— Кхек, кто-нибудь, кх-х, кх-гх!
— А-а-а-а!
Закричала мадам Чу. На бледных губах упавшего старика пузырилась темно-красная кровь. Подбежали официанты. Старик, закатив глаза, бился в конвульсиях.
Люди кричали, зажимая рты руками. Официант в панике упал на колени и принялся делать непрямой массаж сердца, но взгляд старика был уже расфокусирован.
Вот же блядь…
Посреди этой суматохи Рю Ан с помертвевшим лицом медленно повернулась к Пэк Са Гёму. Пэк Са Гём, слегка склонив голову, мягко улыбался. Даже в этом хаосе его лицо оставалось спокойным. Как будто он предвидел всё с самого начала.
— В чем дело? Какие-то проблемы?
Лицо Рю Ан окаменело. Руки крепко сжались в кулаки, на лбу выступил холодный пот.
Она инстинктивно всё поняла.
Она угодила в ловушку, которую расставил этот лис.
— Неужели вы…
Рю Ан попятилась назад, сверля его взглядом. С первого этажа всё так же доносился свинговый джаз. Это был жуткий момент, когда праздничная музыка слилась воедино со смертью.
Пэк Са Гём с расслабленной улыбкой шагнул к Рю Ан. Всего два шага. Он с легкостью нагнал её, накрыв своей огромной тенью.
— Рю Ан, кажется, у нас большие проблемы. На VIP-этаже произошло убийство, скоро сюда нагрянут военные.
Он ласково улыбнулся.
В тот момент, когда прозвучало её настоящее имя, лицо Рю Ан стало белым как мел.
— Откуда…
Её глаза в шоке затряслись, губы слегка приоткрылись. Глядя на это, Пэк Са Гём усмехнулся, словно ему было очень весело.
— Что такое. Удивлены, что я знаю ваше имя?
Рю Ан осенило.
— Но разве это сейчас важно? Человек ведь умер.
Этот мужчина опасен.
— Лучше подумайте о том, как вам сбежать. Если они проверят вашу личность — вам конец, не так ли?
— …Откуда вы меня знаете?
— И мне всё так же обидно, что вы меня не помните.
Слегка пожав плечами, Пэк Са Гём посмотрел на Рю Ан и ласково улыбнулся.
— Улыбайтесь, Рю Ан. А то у вас на лице написано: «Мне пиздец».
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления