Онлайн чтение книги Рю Ан Ryu An
1 - 18

Ей повезло. Бродя по чертовски огромному саду и уже смирившись с мыслью, что придется ночевать на улице, она столкнулась с дежурной по имени Чин Джу.

Совершая обход с керосиновой лампой, Чин Джу до смерти испугалась, увидев Рю Ан в капюшоне манто, но затем проводила её до самого общежития.

— Нельзя вот так бродить в одиночку! Молодой господин очень чувствителен к шуму, поэтому с наступлением вечера никому не разрешается даже близко подходить к этой территории.

Чин Джу с простым, но решительным лицом, похожая на маленькую фасолинку, отчитывала Рю Ан без умолку.

— От сада и до главного здания могут ходить только дежурные. Поняла? В этом особняке правила невероятно важны.

— Да! Я поняла. Впредь не буду гулять одна.

— Ох, какое у тебя смышленое личико. И зачем только наняли новую горничную… У нас вроде нет нехватки рабочих рук.

Сказав, что Рю Ан напоминает ей младшую сестренку, оставшуюся в родном городе, Чин Джу свободной от лампы рукой погладила её по голове.

Рю Ан ясно улыбалась, но при этом осторожно поглядывала на особняк позади себя. На душе было тревожно.

Почему он смотрел в эту сторону? Его лица было не разглядеть, но он наверняка сверлил меня ледяным взглядом.

Как же я его ненавижу…

— А какую работу я буду выполнять с завтрашнего дня?

— Кто знает, наверное, старшая горничная скажет. Просто молись и ложись спать, чтобы тебя не назначили личной прислугой молодого господина. На этом месте никто долго не задерживается.

— Почему? Работа слишком тяжелая?

— Эм… дело не в этом.

Чин Джу на мгновение задумалась, подбирая слова.

— Второй молодой господин просто… как бы это сказать, страдает от жуткой бессонницы. Сама знаешь, люди, которые не могут нормально спать, становятся очень раздражительными и нервными. Вот молодой господин как раз такой. Поэтому нужно быть предельно осторожной. Стоит только пойти против его воли, как тебя вышвырнут так, что ни одна собака не узнает.

Так вот о какой болезни Пэк Са Гёма говорила Но Рён Ха? Рю Ан слышала, что бессонница разрушает психику человека, словно термиты, подтачивающие столбы дома.

— Значит, молодой господин здесь лечится?

— А?

Чин Джу склонила голову набок. А затем покачала головой.

— Видимо, тебе дали неверную информацию. Молодой господин здесь не лечится, он здесь изолирован.

— Изолирован? Почему?

— Боже, об этом знают почти все…

Чин Джу на секунду замялась, огляделась по сторонам и прошептала Рю Ан:

— Молодой господин Пэк Са Гём… убил свою мать. Поэтому его и заперли здесь.

От шока губы Рю Ан приоткрылись, и она не смогла вымолвить ни слова.

— Свою… мать?

— И не только это! Он полностью раздробил коленные чашечки первому молодому господину, так что тот до сих пор хромает.

Чин Джу передернуло от ужаса.

— Поэтому, Рю Ан, никогда, ни при каких обстоятельствах не упоминай при нем председателя Пэка или первого молодого господина. А уж тем более не заводи разговоров о покойной мадам. Обязательно запомни!

— …А, поняла. Буду иметь в виду.

По спине пробежал холодок.

Человек, убивший родную мать и покалечивший брата.

Она и так понимала, что он далеко не обычный человек, но он оказался монстром, превосходящим все её ожидания.

— Но сейчас даже председатель почти простил молодого господина. Мы все думаем, что именно он станет следующим главой семьи Хва Ён.

Возможно, забеспокоившись, что Рю Ан слишком сильно испугалась, Чин Джу добавила хорошую новость.

Но в голове Рю Ан крутилось лишь одно слово — «монстр». Надо же было так влипнуть, перейдя дорогу такому человеку. Смерть казалась ближе, чем завтрашний рассвет.

Рю Ан состроила плаксивую гримасу.

— А что мне сделать, чтобы не стать его личной прислугой?

— Ну, всё решает старшая горничная. Скажи ей, что ты отлично моешь посуду или готовишь. Тогда, скорее всего, тебя отправят на кухню.

— Посуда или готовка…

— Да. Обычно в личную прислугу к молодому господину отправляют не тех, кто хорош в домашней работе, а умных и образованных.

При этих словах лицо Рю Ан просияло.

— Какое облегчение! Я ведь даже начальную школу не окончила. Половину букв не знаю, а об образованности и говорить нечего!

— Ой, Рю Ан. Ну как можно говорить о таком с такой гордостью.

Чин Джу рассмеялась, словно поражаясь её непосредственности, и обняла Рю Ан.

— В общем, будь осторожна со вторым молодым господином и его ближайшими доверенными лицами. Это один мужчина и одна женщина: один холоден как лед, а другая вспыльчива как вулкан. Конечно, вряд ли ты будешь с ними часто пересекаться.

Чин Джу, проработавшая в этом особняке более четырех лет, знала очень много. Слушая её болтовню, Рю Ан радостно шагала вперед. Мысль о том, что при удачном стечении обстоятельств она сможет избежать участи личной прислуги Пэк Са Гёма, придавала легкость каждому шагу.

Теперь, когда менеджер Чхон мертв, в районе Чхонним ей в ближайшее время работу никто не даст. Так что, раз уж так вышло, тихонько отсидеться в этом особняке и отправлять деньги брату — это идеальный вариант.

— Здесь же платят больше, чем в других местах, верно?

— Конечно! В зависимости от объема работы, но в среднем каждая получает не меньше 800 тысяч вон в месяц.

— Иик!

800 тысяч? Глаза Рю Ан округлились так, что едва не вылезли из орбит.

«Даже если вы меня убьете, вам заплатят от силы миллионов десять. Рисковать жизнью ради таких грошей — глупость».

Вот почему этот ублюдок так сказал. Десять миллионов — это сумма, которую здесь можно заработать всего за год… Это были деньги, ради которых стоило забыть о сегодняшнем унижении.

Рю Ан заставила свои мозги работать на пределе и начала считать.

«Чтобы вытащить брата, нужно десять миллионов. Я вкалывала до седьмого пота и скопила три миллиона, значит, осталось семь. Плюс проценты по тюремному долгу, которые капают каждый месяц — это 400 тысяч. Тогда…»

Если вычесть проценты из ежемесячной зарплаты, останется еще 400 тысяч. Сердце готово было разорваться. О боже… Рю Ан крепко прижала к себе дорожную сумку.

— Что такое? Разочарована, что меньше, чем ты думала?

— Нет. Я просто так рада…! Я буду очень стараться. Я буду работать изо всех сил!

Не в силах скрыть радость, Рю Ан несколько раз низко поклонилась.

— Я буду вкалывать, пока кости не захрустят. Правда!

— Пха-ха, хватит кланяться, Рю Ан! Если кости захрустят, ты не сможешь долго работать.

Чин Джу со смехом помогла Рю Ан выпрямиться. Лицо Рю Ан раскраснелось от возбуждения.

800 тысяч, 800 тысяч, 800 тысяч…

Если исправно платить проценты каждый месяц, можно избавить брата от необходимости выполнять грязную работу в тюрьме.

К тому же, если отправлять много денег, его опустят в списке на изъятие органов, так что даже если по радио снова объявят о заборе долгов у заключенных, можно будет не волноваться.

Более того, с такими деньгами можно будет не только откладывать каждый месяц, но и позволить себе роскошь: оплатить свидание и увидеть брата!

На губах заиграла улыбка. Правы были старики, говоря, что плохое и хорошее ходят парой, словно близнецы. Казалось бы, её притащили в это жуткое место и её жизни пришел конец, а тут вдруг такая удача.

«Всё-таки высокий риск — высокая прибыль…»

Смакуя мысль о зарплате, она и не заметила, как они дошли до общежития. Среди высоких черных деревьев показалось двухэтажное здание из серого кирпича.

— Пришли. Это общежитие.

Сердце трепетало.

У нее снова появилось новое гнездышко.

Рю Ан поблагодарила Чин Джу за то, что та её проводила, и распаковала вещи в спальне. Спальня, рассчитанная на двенадцать человек, была уютной и тихой. Настенные лампы излучали мягкий свет, окутывая спящих горничных.

«Подумать только, я буду жить в таком хорошем месте… Надо будет поскорее написать Эйто и всё ему рассказать. Он ведь наверняка за меня волнуется».

Рю Ан натянула одеяло до самого подбородка и бодро уставилась в потолок. Услышав, что её зарплата будет целых 800 тысяч вон, он точно обалдеет.

Вместе с радостью накатила легкая грусть.

В столице десять миллионов — это всего лишь годовая зарплата. А люди в моем родном городе могут продать всю свою кровь и органы, но так за всю жизнь и не подержат таких денег в руках.

Рю Ан вдруг коснулась своих губ.

…Интересно, если бы я попросила денег, сколько бы он дал?

Раз уж он называет десять миллионов грошами, то, возможно, если бы она удовлетворила его поцелуем, он бы отвалил огромную сумму. Миллионов двадцать…? Нет, тридцать?

— Ой, да ну его.

Рю Ан быстро помотала головой, отгоняя эти мысли.

Даже если бы он предложил не десять миллионов, а сумму в разы больше, она бы ни за что не продала свое тело за деньги.

Если этому проклятому ублюдку так хочется потереться губами, пусть помашет десятитысячной купюрой в районе Чхонним. Там набежит толпа желающих предоставить ему все дыры своего тела.

Но она точно не из таких.

Рю Ан с силой потерла губы тыльной стороной ладони. Ей хотелось дочиста отмыть каждое место, которого касалось его тело.

Как же мерзко…

Рю Ан зажмурилась и перевернулась на бок.

Завтра утром, как только проснусь, сразу побегу к старшей горничной. Скажу, что умею готовить все блюда на свете. Они все обалдеют, когда увидят, как я орудую ножом! И тогда я естественным образом окажусь подальше от должности личной прислуги этого высокомерного лиса. Отлично. Идеальный план…

Однако плану Рю Ан не суждено было сбыться.