Онлайн чтение книги Старшеклассница Хару стала проституткой в другом мире JK Haru is a Sex Worker in Another World
3 - 10.5 Сезон лёгкой прохлады ч.2

В воскресенье погода выдалась просто бомбезной. Мы втроём: я, Сэкигучи и Наги состыковались у Хатико, но к моменту встречи Наги уже была в хламину: ни тебе энергии, ни кадра в глазах.

«Город такой хреновый, что аж блевать тянет!»

«А я реально ждала этой встречи…»

«Что будем делать, сидеть у Хатико, как лохи?»

«Да ну нафиг… В парке прокатит… Надеюсь».

Конечно, она опять до поздней ночи шарилась в Икебукуро. Ты безнадёжна, подруга, я серьёзно.

 «Давай уже, а то тут не безопасно. А если ноги отвалятся – ты нам скажи, окей?»

Тяну Наги за руку через переход. Сэкигучи впереди танкует – так реально проходимость лучше. Продвигаемся в жутком аду, мимо пролетающих рук и задов, как вдруг наш бронепоезд внезапно дал стоп-кран.

«Это оно… Точно оно…»

«А?»

«Вот, оно пришло».

Сэкигучи развернул телефон и показал нам скрин из ЛС «JK-попаданки»:

«Ищем героя для другого мира. Основная работа – победить владыку демонов. Награда: 50 – 80 тысяч руб. Подробности при личной встрече».

Этот странный месседж замаскирован под обычный спам, но... Такой же пришёл, когда меня затянуло в исекай в прошлый раз. Сердце колотится. Я выхватила телефон у Сэкигучи с криком:

«Офигеть, да это же…»

«Ох блин… Серьёзно? И что теперь делать?»

 «Ну, тут приглашение. Может, они знают, куда мы идём?»

«Ага, точно. Вперёд».

Не ожидала, что всё так резко накроется. Я ведь даже в семье и в школе ничего не объяснила. Но сваливать с такого шанса – не комильфо. Я уже рванула вперёд, но меня резко дёрнули за руку. Наги выглядела так, словно увидела призрака.

«Хару…»

И тут она (Наги, Карл!) называет меня «Хару».

«Что за дела?»

Наги пялилась по сторонам, как кошка в новом районе.

«О боже, Хару!  И Сэкигучи здесь? Офигеть! Стоп, это ведь Сибуя, да?»

Ну да, это Токио, а что? Наги почему-то обалдело таращится на окружающие высотки.

«Серьёзно, что это за бред ты сейчас несёшь?»

Наги так внезапно переклинило, что у меня в груди будто дизель завёлся.

«Хару, прости… Но время, кажется, поджимает…»

«Наги, что…»

«Я только вернулась из другого мира… через портал. И звали туда именно меня».

Даже не знаю, что сказать. Я уже как биоробот: руки - сосульки, ноги как макароны. Наги подхватила меня под руку.

«Короче, наш план – полная лажа. Нужен другой вариант, я жду там, и всё мы тоже: Чиба, Лупе и остальные. Ждём твоего возвращения, хоть сто лет».

«Хамадзава, погоди, ты что и правда сейчас на тот свет?»

«Не на тот свет, а в другой мир. Сэкигучи, пожалуйста, не пускай Хару обратно. Это сейчас твоя обязанность».

Я в полном ауте, только слёзы текут. Что вообще происходит? Откуда Наги знает Лупочку? И что… сейчас её затянет в портал?

«Хару, забей на меня… Я ведь и сама планировала рвануть за тобой следом. Не знаю, почему вышло наоборот, и сейчас мудацки себя чувствую».

Наги прилипла ко мне и намертво вцепилась в обнимку.

«Столько хотела сказать, но прости… Мне пора. Если ещё задержусь, подставлю остальных. Короче, держите ухо востро – вернусь как смогу. И да, Сэкигучи, тебя это тоже касается».

Её пальцы выскользнули из моих, я пыталась удержать, но Наги ловко увернулась и рванула к перекрёстку, только и показала нелепый жест на прощание – мол, всё будет «ок».

«Аки-тян в порядке, так что не волнуйся. Как-нибудь справимся».

Наги произнесла имя какого-то незнакомца, помахала на прощание рукой и… Меня чуть не размазало фургоном-торнадо. Толпа в шоке, все пялятся туда, где испарилась Наги. Крики, треск телефонов... Я просто плюхнулась на землю. Мы с Сэкигучи – как два дебила. Даже сирены не пробили наш ступор.

«Хамадзава... перенеслась в другой мир, – Сэкигучи пристально смотрит на меня. – Ты как, всё нормально?»

Он беспокоится… Как будто я могу быть в норме? Фиг знает, что теперь делать. Наги говорила не грузиться, а я придумала лишь ноль слов в ответ… Прости, это моя вина. Я уже глубоко вдохнула, чтобы заорать, как тут увидела санитаров.

  «Ну... Это же логично? Она же сама навешала лапши про тот мир – вот и расплачивается».

Когда меня грузили в скорую, симпатяга-спасатель крепко сжал мою руку. Потом снял шлем – и его роскошные волосы рассыпались по плечам... прямо как в рекламе шампуня.

Черты лица будто знакомы... Как у того бога из мемов.

«Я типа «транспортная служба». И да, твой билет назад – тоже моя забота. Мир, конечно, в полном дерьме, но… Ладно, давай не здесь. Пошли в «Старбакс», хоть кофейку закажем – последняя радость».

Мой перегруженный мозг по капле осознавал ситуацию. И тут я поняла – и сейчас же разблокировала «Привязку уровня». Удар в челюсть? Не зашло. Коленом в грудь? Блок одной рукой. А потом он придвинул своё довольное лицо слишком близко...

«Бесполезно. Думаешь, твой максимальный уровень хоть что-то значит?»

«Верни меня! Забей на правила, просто отправь обратно сейчас же!»

«Нетушки. Тебя уже вернули. Живи здесь и радуйся».

«У меня там ребёнок, и ей только два месяца!»

«Скорее кроха. Пока вы, люди, между мирами курсировали, время тоже сдвинулось».

«Что за…» - и внезапно я кое-что осознала.

Наги тоже говорила про «сколько-то там лет». Курьер отпустил мою руку и начал загибать пальцы:

«Три года… Хотя, нет, после последнего сбоя ещё сдвинулось. Пока ты тут была, там прошло уже пять лет».

Снова эта пора. Время, когда мир наполнен тишиной, а в памяти всплывают те, кого уже нет рядом. Хару… Почему именно сейчас, когда листья начинают опадать, я вспоминаю тебя особенно ярко?

Обрела ли ты покой? Или, быть может, всё ещё сражаешься в том мире, который называешь «прежним»? Когда я думаю об этом, меня всегда охватывает раскаяние. Как я могла сказать тебе, измученной родами: «Такова тяжесть жизни» – и оставить одну с этой болью?

Не познавшая материнства и не желавшая его, я повторила расхожие фразы, услышанные от других – пустые, бездушные. Отстранилась, словно наблюдая со стороны. Не догадывалась тогда, что с каждым рассветом эта ноша будет становиться всё весомее, а моя вина – всё глубже...

Девочка постепенно привыкает к сиротству – даже к тому, как мы всматриваемся в её лицо, пытаясь уловить знакомые черты. Но я до сих пор не научилась выносить эту тихую боль её одиночества. Она давит на грудь, как камень.

Всё, что я могу – это по капле менять мир вокруг, чтобы он стал хоть чуточку добрее к ней. Чтобы, взрослея, она не чувствовала себя чужой. Это единственное, что я обязана сделать – ради Хару, ради её дочери, ради Аки. Даже если иногда кажется, что силы на исходе.

Но когда я вспоминаю, сколько людей помогало мне, сколько рук поддерживало в трудную минуту – я понимаю, что обязана продолжать. Хару… Ты всё ещё сражаешься там сегодня? Я тоже веду свою тихую войну. Мне так много нужно тебе рассказать. Вернёшься ли ты когда-нибудь? Уже пять лет прошло. Но мы никогда не перестанем надеяться и ждать. Возвращайся скорее…

Вечно твоя Киёри.