Прошло три месяца с начала зомби-апокалипсиса.
Бо Ён, всё это время прятавшаяся в бункере, впервые выбралась наружу. Это была её первая встреча с человеком с момента катастрофы.
Мужчина без предупреждения приставил пистолет к её голове.
«Надо же, подобное существо до сих пор живо и невредимо…»
В его пугающих глазах медленно отразилась Бо Ён. Красивое лицо, чистая кожа, аккуратно подпиленные ногти, блестящие волосы, лёгкий запах мыла… Это был взгляд оценщика, изучающего вещь. Он взвешивал её ценность и пригодность, решая: убить или использовать.
— По-пожалуйста, пощадите…
Любой нормальный человек пришёл бы в ужас, оказавшись под прицелом. Сердце Бо Ён бешено колотилось, тело бесконтрольно дрожало. Всё, что она могла — с трудом выдавить из пересохшего горла мольбу о пощаде.
«Как она умудрялась прятаться всё это время?»
В его абсолютно чёрных глазах мелькнул слабый интерес.
Мужчина посмотрел на уходящую вниз лестницу за спиной съёжившейся Бо Ён. Были видны прочные бетонные стены.
— Бункер, значит.
Раз это богатый район, здесь вполне мог найтись толстосум со специфическими увлечениями. Мужчина отреагировал на находку без особого удивления и шагнул внутрь. Дуло пистолета всё так же смотрело на Бо Ён. Ей ничего не оставалось, кроме как поднять руки и неуверенно пятиться.
У Бо Ён не было времени даже толком разглядеть незнакомца. Мозг отказывался соображать, почему он в неё целится и что вообще делать в такой ситуации.
Охваченная паникой, она не смела встретиться с ним взглядом и, опустив глаза, заметила армейские ботинки.
Однако он не был в военной форме. Снаружи бродили зомби, но мужчина, казалось, совсем не боялся укусов: на нём были лишь лёгкие хлопковые штаны и футболка с короткими рукавами. Поверх был надет тактический разгрузочный жилет. При каждом его движении ткань футболки натягивалась под ремнями, угрожающе очерчивая рельефные мышцы.
Он был крупнее и мускулистее любого мужчины, которого Бо Ён видела в своей жизни. Однокурсники не шли ни в какое сравнение! Он походил на полководца или варвара из исторических фильмов. Если бы боевую мощь можно было измерить одной лишь физической силой, казалось, он способен голыми руками раздавить зомби.
Однако лицо, видневшееся над массивным кадыком, оставалось бесстрастным. Чёрные волосы и красные губы словно сошли с картины. Это было поразительно красивое, редкое лицо, но от него веяло таким ледяным спокойствием, что первым чувством, которое оно вызывало, был страх.
— Вы военный?.. — со слабой надеждой спросила Бо Ён.
— Нет.
Уголки его губ плавно поползли вверх. Из-под тёмной чёлки блеснули глаза; его странный, слегка расфокусированный взгляд устремился на девушку.
По спине пробежал холодок.
Бо Ён почувствовала себя добычей, брошенной к лапам хищника. В голове зазвенел сигнал тревоги. Мысль о том, что нужно бежать, пульсировала в висках.
Но куда?
Её дрожащий взгляд метнулся к дулу пистолета. У неё не было бы ни единого шанса даже в рукопашной схватке, а противник к тому же был вооружён. Страх, что малейшее сопротивление обернётся смертью, парализовал разум.
— Пожалуйста, уберите пистолет… — тихо взмолилась Бо Ён.
Её голос жалко дрожал и срывался на плач. Мужчина должен был понять: у неё нет ни малейшего намерения сопротивляться.
Но он лишь слегка склонил голову. Выражение его лица словно спрашивало: «А есть ли в этом смысл?». В его холодном взгляде не читалось ни капли отвращения к убийству.
— По-пожалуйста, пощадите…
Бо Ён нутром чуяла опасность. Чтобы выжить, она снова зашептала:
— Если вам нужно это место… м-можете остаться…
В этом подземном бункере хватало припасов. Тётя строго-настрого запретила пускать сюда посторонних, но сейчас на кону стояла жизнь. Однако мужчине, похоже, не понравились её слова. Его брови едва заметно дрогнули. Возможно, он думал, что убить и забрать всё силой будет гораздо проще.
— Вы не сможете войти, не зная пароля…
— …
— Я всё вам скажу…
— …
— Только не убивайте…
После некоторых раздумий мужчина наконец заговорил:
— А какая от тебя ещё польза?
Его приятный, низкий голос прозвучал сухо.
Спрашивать о «пользе» живого человека… Этот тип был явно не менее опасен, чем зомби. Осознав, что связалась не с тем, Бо Ён жалобно скривилась, едва сдерживая слёзы.
— Разведка с помощью дронов, уборка, готовка…
Он смотрел на неё с полным равнодушием, как на копошащееся насекомое.
Видимо, этого было недостаточно. Лицо Бо Ён побледнело ещё сильнее.
— Я-я сделаю всё, что скажете… Только, умоляю, сохраните мне жизнь…
Воцарилась тишина. В его глазах мрачно блеснул азарт начавшейся охоты. Мужчина пристально разглядывал лицо Бо Ён, на котором ярко отражались все её эмоции, а затем протянул руку с пистолетом.
Бо Ён вздрогнула и крепко зажмурилась. Пальцы, скользнувшие по краю её уха, оказались обжигающе горячими и жёсткими. Мужская рука спустилась от уха к щеке, погладила мягкую кожу и скользнула по шее вниз. Вслед за этим движением волосы плавно рассыпались по груди, и от этой ласки девушку бросило в дрожь.
— …!
Твёрдый ствол упёрся ей в поясницу. Металл казался раскалённым, хотя пистолет не был перегрет стрельбой. Кожу жгло, словно от ожога, спину покрыл холодный пот. Бо Ён ждала, что оглушительный выстрел вот-вот разорвёт ей барабанные перепонки.
Мужчина неспешно потянул её к себе. От ужаса Бо Ён даже не помышляла о сопротивлении. Силы окончательно покинули её, и податливое тело качнулось вслед за его движением, словно пойманная птичка.
Её щека уткнулась в твёрдую грудь. Разница в их комплекции была колоссальной.
Бо Ён была такой хрупкой и мягкой, что казалась абсолютно безобидной. В том, как мужчина медленно поглаживал её жалобно дрожащие покатые плечи, сквозило глубокое удовлетворение.
Что бы ни находилось в бункере, сколько бы припасов дедушка Бо Ён ни накопил для внучки — всё это не имело значения. В мире беззакония сильные грабят слабых — таково теперь единственное правило.
Его совершенно не интересовали компаньоны. Любой обычный человек был для него лишь помехой. И Бо Ён не стала бы исключением. Слабая, да ещё и не слишком сообразительная — она гарантированно превратилась бы в лишний балласт.
Гораздо проще было убить её и забрать вещи. Так почему же он не спустил курок прямо сейчас? Долгое время он не мастурбировал, и его нерастраченная похоть резко вспыхнула при виде этого заплаканного лица и гибкого женского тела. Не случись этого — Бо Ён была бы уже мертва.
— Если бы ты не была женщиной…
Он не стал скрывать своих намерений и медленно прошептал ей на ухо:
— …ты бы мне и даром не сдалась.
Сердце Бо Ён ухнуло вниз. Её тонкое тело судорожно задрожало. Она была не настолько глупа, чтобы не понять его намёк. От ужаса ей не хватало воздуха, грудь судорожно вздымалась. Её слабое, сбивчивое дыхание было жалким, словно у птицы со сломанными крыльями.
Бо Ён почувствовала, как напряжённый член прижавшегося к ней мужчины твёрдо упёрся в её тело.
— Сколько тебе лет? — протянул он низким голосом, поглаживая по макушке оцепеневшую от страха девушку.
— Всх… х-х…
Она расплакалась. Мужчина не торопил её с ответом. Он просто утешающе гладил её по голове. Он вёл себя так непринуждённо, прекрасно понимая, что спешить ему некуда. Для Бо Ён это спокойствие казалось трясиной, из которой нет выхода. Или шёпотом самого дьявола.
Что будет, если она откажет? Ей не хотелось этого знать. Было слишком страшно.
— Я со… всх… совершеннолетняя, умоляю…
В конце концов Бо Ён сдалась и взмолилась снова. Её сломленный страхом голос отчаянно дрожал.
Мужчина спокойно убрал пистолет и слегка отстранился.
Ноги Бо Ён подкосились, она начала оседать на пол, как вдруг огромная рука крепко перехватила её за талию.
* * *
В тот день, три месяца назад, выдалась ясная суббота.
Уровень мелкой пыли в воздухе впервые за долгое время оказался низким, и на улицах стали собираться люди.
А Бо Ён, не обращая внимания на погоду за окном, сладко спала.
