К счастью, на этот раз мутант оказался восприимчив к огнестрельному оружию, и То Гён расправился с ним без особого труда.
То Гён, парализовав тварь пугающе точной очередью, отсёкшей ей щупальца, прыгнул вперёд. Обхватив ногами шею долговязого мутанта, он схватился за рога и запрокинул голову монстра назад. С каждым выстрелом из пистолета, упёртого прямо в нёбо падающего навзничь чудовища, его голова разлеталась на куски.
— …!
Когда Бо Ён увидела это впервые, её пробрало до костей. И это явно не было оптической иллюзией.
Из растёкшихся мозгов и крови мутанта поднялся красный туман. Он, словно сверкающий песок, закружился вокруг То Гёна, а затем впитался в него и бесследно исчез.
Она видела это уже не раз: после каждого убийства мутанта происходило одно и то же.
К тому же — возможно, ей лишь казалось — движения То Гёна становились всё более отточенными.
У него было не только идеальное зрение. Все его чувства и физические возможности превосходили человеческие.
В нём определённо было что-то особенное. Потому ли, что он иммунный? А другие иммунные такие же? Если да, то почему из них до сих пор не сформировали какой-нибудь спецотряд для возвращения Сеула?
Покончив с охотой, То Гён посмотрел на дрон.
— …
От взгляда, словно прошивающего Бо Ён насквозь через экран, по коже пробежали мурашки.
Она была уверена: её дрон ещё ни разу не засёк существа опаснее Чу То Гёна.
Именно он пугал Бо Ён больше всего на свете.
* * *
То Гён вернулся весь в крови мутанта. Опасаясь возможного заражения, он сразу же пошёл в душ. Но, выйдя оттуда, так и не смог скрыть возбуждения от убийства и жёстко взял Бо Ён.
— Ха… а-ах! Потише, а-а…! Потише, а-а-агх!
Как бы ни умоляла вжатая в кровать Бо Ён, это не помогало.
То Гён был тираном. Иногда, по настроению, он мог быть снисходителен, но если нет — просто трахал её так, как ему хотелось, не обращая внимания на мольбы. Если она пыталась сопротивляться в моменты его крайнего возбуждения, ослеплённый страстью мужчина обходился с ней крайне жестоко.
Бо Ён чувствовала себя добычей, брошенной на растерзание неуправляемому зверю. Добычей, которая, сама того не желая, разжигала животную похоть хищника и теперь расценивалась им исключительно как «самка».
И всё же Бо Ён не могла его просто ненавидеть или презирать.
— Ху-у, хватит уже… хнык, вы и так уже много раз…
— Я не буду входить.
Видимо, после секса То Гён расслаблялся и успокаивался, потому что потом всегда крепко её обнимал. И пусть хищник остаётся хищником даже в спокойном состоянии, в моменты грусти и отчаяния он был единственным источником тепла, к которому Бо Ён могла прижаться.
Она плакала в его объятиях, слушала биение сердца и засыпала.
Бо Ён от природы была очень мягким человеком и просто не умела ненавидеть. Даже после того, как То Гён доводил её до слёз, она всё равно первая заговаривала с ним. Всю свою потребность в человеческом общении она изливала на этого мужчину.
То Гён предоставлял Бо Ён некоторую свободу, но только под своим присмотром. В частности, он часто выводил её на прогулки, словно домашнего питомца. Радуясь возможности погреться на солнышке и подышать воздухом, Бо Ён то и дело заводила с ним приветливые разговоры.
«Знай я, что всё так обернётся, попросила бы дедушку посадить вместо сосен яблоню. Тогда сейчас мы бы ели спелые красные яблоки».
Это были просто слова, брошенные при взгляде на великолепную сосну в саду. В них не было особого смысла, и То Гён никак не отреагировал.
Но на следующий день он каким-то чудом отыскал в Сеуле плодоносящую яблоню и принёс целый рюкзак красных, спелых яблок. Он не стал хвастаться или говорить что-то особенное. Просто с непроницаемым лицом очистил и нарезал плод для Бо Ён.
«Ты же хотела яблок. Иди ешь».
Она прекрасно понимала: он относится к ней как к «любимой самке», не более того.
Но у Бо Ён больше никого не было.
Как она могла ненавидеть это единственное оставшееся ей тепло?
На это не было ни смелости, ни желания.
Потребовалось не так уж много времени, чтобы жизнь с жестоким мародёром стала казаться ей обыденностью. У неё появилось куда больше свободы, чем в дни одинокого заточения в бункере, да и в каком-то смысле ей было даже спокойнее.
Так Бо Ён смирилась с новой реальностью и начала к ней привыкать.
* * *
Наступила зима.
Бо Ён и То Гён жили вместе уже около двух месяцев.
— А-а-а!
Когда они собирались выйти во двор, по улице разнёсся человеческий крик.
— Это же человек…! — в панике зашептала Бо Ён.
Лицо То Гёна оставалось безучастным, помогать он явно не собирался. Бо Ён знала, что он не из тех, кто бросается на выручку другим. Она уже видела это, когда следила за ним с дрона во время охоты — он просто игнорировал остальных выживших. И она не могла его за это винить: у него не было причин рисковать собой ради чужаков.
Но Бо Ён не могла проигнорировать крик, раздавшийся прямо у их дома. Она подумала, что сможет отвлечь хотя бы одного-двух зомби с помощью дрона.
К счастью или к несчастью, источник шума приближался так стремительно, что То Гён уже не мог просто закрыть на это глаза. Бо Ён выглянула за забор и мертвенно побледнела.
— Они схватили Сан Джи!
— Слишком поздно, беги!
За группой людей гнался мутант. Его мышцы бугрились, словно от передозировки стероидов. Внешне он напоминал огромного зелёного монстра из кино, и размеры его поражали: ростом тварь была не меньше трёх метров.
Он хватал всех без разбора, будь то люди или зомби, отрывал куски плоти и жрал, но при этом целенаправленно гнался именно за людьми. Выжившие в панике убегали, смешавшись с толпой мертвецов. Поразительно было то, что обычные зомби на них не нападали.
Они были иммунными.
Видимо, эта необычная ситуация вызвала у То Гёна интерес. Он перемахнул через забор, сжимая в руках автомат. Первым делом мужчина выстрелил в мутанта, но пули не нанесли тому особого вреда. Тварь, обладая зачатками интеллекта, ринулась в сторону атаковавшего её То Гёна.
Не обращая на это внимания, То Гён начал методично отстреливать обычных зомби. Бо Ён поняла, что он делает это ради её безопасности. Поскольку рядовые мертвецы старались держаться подальше от мутантов, их было немного, и стрелок расправился с ними в мгновение ока.
— К-кто…!
Убегающие иммунные уставились на То Гёна расширенными от удивления глазами. Видимо, не все обладатели иммунитета могли похвастаться такой же силой, как он.
То Гён молча протянул руку к томагавку ближайшего мужчины. Он перехватил лезвие топора и резко дёрнул, до смешного легко обезоружив владельца. Томагавк — исконно метательное оружие — полетел точно по своему прямому назначению.
Вжик! Вращающийся с бешеной скоростью топор вонзился мутанту в шею.
— Кр-р-а-а-а!
Выдернув топор из раны, мутант издал чудовищный рык. Казалось, барабанные перепонки вот-вот лопнут. Бо Ён видела, как прятавшиеся поблизости зомби в панике разбегаются, словно мелкие испуганные зверьки. Она не выдержала и зажала уши руками.
Та-та-та-та!
Нахмурившись, То Гён выпустил очередь точно в рану на шее мутанта. Под градом пуль из автомата толстая шея превратилась в кровавое месиво и, не выдержав веса, надломилась. Тяжёлая голова монстра с влажным стуком рухнула на землю.
— …
— …
Над улицей, где ещё мгновение назад царил хаос, повисла мёртвая тишина. То Гён расправился с мутантом меньше чем за минуту. Это было поистине сверхъестественное мастерство и гениальное боевое чутьё.
В суматохе остальные этого не заметили, но Бо Ён отчётливо видела, как красный туман, поднявшийся от останков мутанта, закружился исключительно вокруг То Гёна и впитался в него.
— У-ух!
Тишину прервал стон мужчины, пострадавшего от мутанта. Его правая рука была оторвана почти по самое плечо.
— Хён У!
— Н-не стреляйте! Он тоже иммунный..!
Товарищи раненого окружили его, закрывая собой. Видимо, они решили, что То Гён может пристрелить пострадавшего. Но Бо Ён пришла в голову совсем другая мысль.
— …
Слабый интерес, мелькнувший в абсолютно чёрных глазах То Гёна, пробрал её до мурашек.
