Когда похоть вскипела, думать стало лень. Он перевернул женщину и трахал её как последний ублюдок, делая всё, что хотел. Сбоку виднелась половина её лица. Широко раскрыв рот, она звонко скулила, а её глаза затуманились от слёз и наслаждения.
Шлёп! Он, недолго думая, шлёпнул её по ягодице, и девушка расплакалась. Она даже не понимала, в чём провинилась, но слепо начала молить о прощении. И это было её ошибкой. Бо Ён плакала так возбуждающе, что хотелось заставить её рыдать ещё сильнее.
Шлёп! Удар оказался сильнее прежнего; не зная, куда деваться, она сучила ножками. Взгляд То Гёна упал на её бледные, поджатые круглые пальчики на ногах.
Шлёп! Шлёп! Шлёп! Он шлёпал её по белым ягодицам до тех пор, пока они не покраснели. Было отлично видно, как вздрагивает круглая попка и пульсирует дырочка. Её лицо, уткнувшееся в подушку, судя по всему, снова заливалось слезами. Ухватив девушку за волосы, он приподнял её голову — глаза Бо Ён покраснели и опухли. Его рука, сжавшая тонкую шею, невольно напряглась.
— Кх, у-у, п-хватит… кх-х!
«Блядь. Чуть не задушил».
То Гён отпустил её шею и, глядя на лицо возбуждающе плачущей женщины, до упора вбил член. Он крепко обхватил её живот рукой и почувствовал, как стенки влагалища плотно сжались вокруг члена. Видимо, ей было очень тяжело: судорожно глотая воздух, она обмякла, лишь прерывисто подёргивая бёдрами.
Бах! Бах! Бах! Девушка беззвучно открывала и закрывала рот, издавая стоны, похожие на вздохи. Глаза, крылья носа, щёки, губы, соски — всё раскраснелось и припухло. Внутри у То Гёна всё клокотало, и он вколачивал член так жёстко, что это уже казалось перебором. Её тонкие ножки свело судорогой, и из неё снова потекло.
Ещё никогда он не испытывал такого сильного желания излиться. Мелькнула мысль кончить ей на лицо, но он решил спустить прямо в промежность.
— Не пролей, — коротко предупредил он, хотя она вряд ли поняла.
Длинные волосы, которые за пределами бункера стали бы лишь обузой, растрепались и прилипли к её мокрым щекам. В любом случае, отрежет он их или нет — толку от девчонки всё равно мало, так что можно оставить и так.
Поглаживая мягкие пряди Бо Ён, То Гён уткнулся лицом в её бледную шею. Долго копившаяся от отсутствия мастурбации сперма мощным потоком хлынула наружу. То ли из-за долгого воздержания, то ли ещё почему, но её оказалось очень много. Казалось, будто он мочится прямо в неё.
Почувствовав, как её нутро заполняет влага, придавленная девушка дёрнулась. Он навалился всем весом, чтобы она не могла сопротивляться, и вскоре услышал её тихие, смиренные всхлипы.
Его член, всё ещё изливая семя, снова начал твердеть.
* * *
Морг. Изображение перед глазами мигнуло.
Что она сделала? Что сделали с ней? В голове всё путалось. Ощущение было такое, словно она напилась до беспамятства.
Можно ли было назвать это сексом? Поначалу — возможно, но с середины происходящее больше напоминало охоту. Бежать или сопротивляться было бесполезно. Ей оставалось лишь безвольно метаться в такт его желаниям.
Рассудок Бо Ён сломила не боль, а наслаждение. Мощный оргазм лишил её всех сил. Она то и дело кончала. Даже сейчас между ног всё было мокрым, а тело казалось свинцовым. Густая жидкость струйками вытекала изнутри. Низ живота ныл от того, что его так сильно растерзали.
— Ху-у, хнык… ху-у-у…
Как у полоумной, у неё изо рта потекла прозрачная слюна. Вдруг сверху раздался смешок. Вскоре горячая мужская рука убрала со лба девушки спутанные волосы. Затуманенное слезами зрение немного прояснилось.
На вид ему было слегка за двадцать. Лицо мужчины, находившегося на пике физической формы, блестело от пота. С момента их встречи именно сейчас он выглядел наиболее довольным. Возможно, поэтому она впервые подумала о том, что он очень красив, а не только страшен.
То Гён поднялся. Член, заполнявший её, выскользнул наружу, изливая остатки спермы, как прорвавшийся шланг. Мужчина посмотрел на содрогающуюся в конвульсиях Бо Ён и молча вышел из комнаты. Накатило чувство огромного облегчения от того, что всё закончилось. Оно было таким сильным, что на жалость к себе просто не осталось сил.
Оставшись одна, Бо Ён со стоном попыталась приподняться. Тело словно парализовало, оно отказывалось подчиняться. Как только она, опираясь на руки и колени, тяжело задышала, словно загнанная собака, из её дырочки потекла белёсая жидкость. И только тогда к ней пришёл настоящий страх, и девушка разрыдалась.
— А-ах, хнык…
— Я же сказал держать всё в себе.
От этого недовольного цоканья языком спина Бо Ён напряглась.
Что держать? И когда он такое говорил?
Она так испугалась, что слёзы мигом высохли. В ушах растерянной девушки раздались его тяжёлые шаги. Не дав Бо Ён и секунды на то, чтобы подготовиться, То Гён притянул её к себе. Посадил к себе на бёдра, как ребёнка, и прижал спиной к своей груди. Бо Ён, у которой не было сил даже держать спину прямо, обмякла; мужчина обхватил её за подбородок и поднёс к её губам бутылку с водой.
— У-ух!
В рот полилась прохладная вода. Бо Ён испугалась, подумав, что это пытка, но он просто поил её. То Гён наклонил бутылку так, чтобы вода текла тонкой, дразнящей струйкой. Влага, смочившая пересохший язык, показалась невыносимо сладкой. Широко раскрыв глаза, Бо Ён послушно глотала. И только когда вода полилась через край, а девушка слабо оттолкнула бутылку рукой, он остановился.
То Гён залпом допил оставшуюся половину. Похоже, он сначала напоил Бо Ён, а затем с явным удовольствием утолил собственную жажду. Девушка заворожённо смотрела на его привлекательное лицо. Он был вылитым дьяволом. Опасным, жестоким и оттого ещё более притягательным.
Бросив пустую бутылку на пол, То Гён вновь уложил Бо Ён на кровать. И тут же присосался к её соску, словно изголодавшийся детёныш к материнской груди. Сосок, опухший от долгих издевательств, втянулся в холодную, влажную слизистую его рта. Это была такая крошечная часть тела по сравнению со всем остальным, но от остроты ощущений девушку пробрала дрожь с ног до головы.
— Ха, хм-м…!
В голове мигом всё помутилось. Внезапное, сильное сексуальное возбуждение напугало её. Но узкая дырочка послушно увлажнилась.
— Вы… опять… будете?..
— Дня три-четыре.
…Ещё несколько дней?!
От ужаса лицо Бо Ён стало белее мела.
— Я… я не смогу, хнык… Пожалуйста, пощадите…
— О чём ты вообще беспокоишься? — произнёс мужчина, который в пылу страсти едва не задушил её, так, словно её страхи были смехотворны. — Если бы я хотел тебя убить, убил бы сразу.
— …
Это что, должно было её успокоить?
Пока Бо Ён судорожно искала, что ответить, он снова принялся сосать её грудь. Твёрдый, жуткий член дёрнулся и втиснулся между её бёдер. Он был настолько толстым, что казалось невозможным, как он вообще туда помещался. Ей снова стало страшно.
— П-постойте, ах, я хотела кое-что спросить…! — отчаянно зашептала Бо Ён.
Вспомнив, что раньше он исправно отвечал на её вопросы, она решила потянуть время. Бо Ён умоляюще попыталась оттолкнуть его наглые руки, мнущие её грудь, и То Гён, нахмурившись, замер.
— …
Встретившись с его ледяным взглядом, в котором на мгновение мелькнула жажда убийства, Бо Ён оцепенела от страха. До неё слишком поздно дошло, что этот человек не терпит, когда ему сопротивляются. В её испуганных глазах застыли слёзы.
То Гён был бомбой замедленного действия, настоящим тираном. Однако Бо Ён была женщиной, которую он сам захотел и взял. Более того, он кончил прямо в неё. Применять насилие к такой партнёрше только из-за испорченного настроения ему не хотелось. Будучи жестоким человеком, возбуждающимся от убийства зомби, которые когда-то были людьми, он в то же время обладал сильным мужским инстинктом защитника.
— Спрашивай, — с лёгким вздохом сказал То Гён, обнимая мягкое женское тело и покусывая её шею. Он походил на зверя, который грызёт кость, чтобы подавить гнев.
— М-мутанты, я их… ух, не видела…
Ха-а. В его тяжёлом вздохе слышалось откровенное раздражение.
— Их много разных видов. Что именно тебя интересует?
