Контент удален!

Несмотря на боль, его голос звучал звонко, хотя он уже незаметно перешёл на почтительный тон.

— В голове-то у тебя всё равно что-то должно было остаться, — произнёс То Гён тоном, требующим выложить всё без утайки.

— …Инфекционный агент ZB0 — это не вирус и не бактерия, а вид микроорганизмов, с которым человечество до сих пор не сталкивалось. Когда зомби кусает человека, микроорганизмы из ядовитых желёз в зубах попадают в кровеносную систему нового хозяина и движутся к мозгу. Как только они полностью там обоснуются, человек становится тем самым зомби, какими мы их знаем. Говорят, если повредить мозг хозяина, микроорганизмы тоже погибают.

— А ещё, говорят, были случаи, когда люди, которым переливали кровь иммунных, превращались в зомби! — вклинился Джи Вон.

— Подопытных специально подставляли под укусы зомби, а когда начиналась иммунная реакция, у них брали кровь и сразу же переливали другим. Большинство иммунных — это те, чей врождённый иммунитет, в частности макрофаги, успешно отразил вторжение микроорганизма. Так что, похоже, это были эксперименты по изучению реакции лейкоцитов.

— Они им и черепа вскрывают!

— Да… Испугавшись именно этого, мы и бежали, рискуя жизнями.

Врач и Джи Вон наперебой вываливали всё, что знали.

— На юге страны правительство, по крайней мере, ещё сохраняет контроль. Но мы решили, что эта безумная группировка вполне может быть с ним связана. Оборудование у них было просто невероятного уровня. А если это и не правительство, то за ними точно стоит какая-то могущественная организация. Поэтому мы и сбежали в Сеул. Здесь почти нет людей, зато полно припасов…

— Ишь как заговорил, старый извращенец. А кто бахвалился, что в Сеуле иммунные могут жить припеваючи и завести пару-тройку рабов — плёвое дело?

Джи Вон высунул язык и сделал рвотное движение, показывая, насколько ему противен врач.

— Ли Джи Вон!

— Не верьте ему! Этот Чхве Сон Шик — кусок дерьма. Да и остальные такие же!

— А мы-то тут при чём?!

Похоже, из-за высокой температуры Джи Вон перестал соображать, что говорит. А может, всё дело было в чувстве предательства из-за того, что товарищи его бросили. Указывая на каждого подбородком, он начал выкладывать всю подноготную:

— Ку Ён Чхоль — извращенец, который хвастался, что в лагере для беженцев за один талон на еду можно трахнуть бабу в пизду и кончить внутрь. А Ким Чон Ун — ублюдок, который увязался за нами, предложив пустить какую-нибудь девку по кругу, раз уж в Сеуле всё равно царит беззаконие.

— Эй, ах ты ж блядский выродок! А сам-то?! Сам же ржал вместе с нами, говорил, что за банку консервов можно потрахушки устроить!

— Я просто подыгрывал! И вообще, я говорил, что хотя бы заплачу им!

От этой внезапной грызни у Бо Ён потемнело в глазах.

С виду нормальные люди, а несут такой бред. Они что, реально припёрлись в Сеул ради этого? Совершать преступления в такой-то ситуации? Но, если подумать, моё собственное положение не сильно-то отличается.

Судя по их реакции, всё сказанное было правдой.

Когда общество рушится, первыми всегда страдают слабые: старики, дети и женщины. Люди — такие животные, которые, даже зная, что социальная инфраструктура скоро восстановится после катастрофы, удивительно легко идут на тяжкие преступления вроде убийств и изнасилований. А этот зомби-апокалипсис даже не был разовым явлением, и конца ему не предвиделось.

Особенно в Южной Корее — стране, где уровень самообеспеченности зерном не достигал и двадцати процентов. Зомби-вирус вспыхнул по всему миру одновременно, так что об импорте продовольствия не могло быть и речи. Когда количество жизненно важной еды ограничено, конкуренция неизбежна.

— …

Почувствовав, как от стресса отекают дыхательные пути, Бо Ён молча достала ингалятор и сделала вдох. Если подумать, за это лекарство она тоже расплачивалась собственным телом.

Она вдруг осознала, что давненько им не пользовалась. Как ни странно, за время жизни с То Гёном она испытывала меньше стресса, чем когда находилась в бункере совершенно одна, и это открытие стало для неё шоком. Заметив, как лицо Бо Ён, их единственной спасительницы, исказилось от отвращения, мужчины поспешно сменили тему.

— Кхм… Ситуация с беженцами и правда тяжёлая, но говорят, недавно армии удалось зачистить Инчхон. А там полно логистических центров, так что положение должно было улучшиться.

— Идиот. Если армия вынуждена идти на мародёрство, значит, ситуация хуже некуда! Правительство загнано в угол. Представляешь, насколько вымотаны солдаты, которые каждый день сражаются с зомби? Знаешь, сколько людей погибло в Инчхоне? Говорят, там куча дезертиров!

Внутренний раскол накалил эмоции, и они продолжали огрызаться друг на друга.

— Если есть лагеря беженцев, может… там можно найти потерянных родственников?

Бо Ён испытывала к ним отвращение и не хотела разговаривать, но не смогла удержаться от вопроса, цепляясь за робкую надежду. Она даже не заметила, как То Гён пристально на неё посмотрел.

А вдруг из-за полчищ зомби родные просто не смогли добраться до дома и были вынуждены повернуть назад?

Пусть от них не было вестей уже больше пяти месяцев, Бо Ён не могла окончательно похоронить надежду.

— Система-то есть, но из-за бардака с учётом беженцев найти кого-то очень сложно. А даже если найдёшь, обычно перемещаться между разными лагерями нельзя.

— А-а…

Значит, всё не так просто.

Бо Ён с горечью опустила голову.

— Ха, короче… Я всё рассказал, так что развяжите меня. Я сотрудничал больше всех. И никуда не сбегал.

Точнее будет сказать, что он просто не смог сбежать, но Джи Вон заявил об этом с бесстыдной уверенностью.

— Уже ночь, посмотрю я, как ты выживешь один в таком-то состоянии, — язвительно бросил недовольный Ён Чхоль.

— Мне нужно только избегать мутантов. Вы же сами говорили, что в Сеуле почти нет людей, а значит, и мутантов мало.

— Люди страшнее зомби, придурок. Думаешь, те, кто до сих пор выжил в Сеуле, а не в лагере беженцев, — обычные люди? — процедил Ён Чхоль, покосившись на То Гёна.

— Мутанты перемещаются вслед за людьми?

Услышав о мутантах, То Гён впервые проявил интерес.

— Я вам всё объясню, — поспешно вмешался в разговор врач Чхве Сон Шик. — Это самая свежая информация, так что, если вы всё время были в Сеуле, вряд ли о ней слышали. Ха-ха.

Сон Шик добродушно рассмеялся, но лицо То Гёна оставалось холодным, словно говорило: «Хватит трепаться, объясняй давай». Сконфузившись, врач продолжил:

— Кхм. В лаборатории, где нас держали, параллельно изучали зомби… Как вы знаете, эти твари жрут людей, чтобы восстанавливать свои тела. И хотя мутанты охотятся как на зомби, так и на людей, они отдают предпочтение людям. Говорят, после поедания человека скорость их регенерации заметно выше. Это значит, что человек для них — куда более эффективный источник энергии, чем зомби.

Человек — высокоэффективный источник энергии. Эти слова означали кардинальное изменение экосистемы, в которой люди некогда господствовали как высшие хищники.

— Существует мнение, что для поддержания своих чудовищных тел и дальнейшей эволюции мутантам в конечном итоге необходима энергия людей. Прямо сейчас они продолжают жрать людей, а число мутантов только растёт.

Даже обычные зомби обладали огромной силой, но мутанты были настоящими монстрами. От мысли, что их становится всё больше, Бо Ён стало страшно — человечество и впрямь оказалось на грани полного уничтожения.

— Недавно одна из линий обороны лагеря, где было сосредоточено большое количество войск и беженцев, пала из-за появления сразу нескольких сильных мутантов. Они всё чаще атакуют оборонительные рубежи с высокой плотностью населения. Но самое главное: похоже, мутанты обладают способностью целенаправленно находить скопления людей.

Люди по-своему, а зомби по-своему начали борьбу за выживание — выживал сильнейший.

— Правительство щедро поощряет тех, кто умеет охотиться на зомби. Человек с вашими способностями, если отправится на юг, несомненно, будет в большом почёте. В нашей стране так заведено, не правда ли? В лагерях для беженцев можно жить припеваючи, если у тебя есть нужные навыки. Никакого дискомфорта, всё на высшем уровне.