Чжоу Сяосяо подняла руку, чтобы коснуться лица Юй Синчжи, покрытого потом.
Юй Синчжи, пришедший в полную боевую готовность, мгновенно посмотрел вниз.
Его глаза были так прекрасны... Это очаровательное лицо, эти густые ресницы и глаза, которые, казалось, были наполнены морем звезд… Они смотрели на нее с такой теплотой, с такой нежностью, с таким ободрением, гневом, сожалением и бесчисленными другими чувствами, которые невозможно было сосчитать.
«Выдохни, забудь. Пусть лучше один человек умрет здесь, чем двое. Раз я переселилась сюда, я не могу просто умереть снова, ничего не сделав».
Чжоу Сяосяо была ошеломлена его красотой. Она была готова храбро пожертвовать собой, как это было написано в книге.
Ей хотелось крикнуть ему: «Уходи первым, я тут разберусь».
Но, конечно, она знала, что говорить это было бы бесполезно. Юй Синчжи было не так-то легко убедить. Даже если бы она бы захотела умереть первой, это все равно было бы нелегкой задачей.
- Отпусти меня и беги.
Она протянула руку, чтобы закрыть встревоженному Юй Синчжи рот.
- Не волнуйся, дай мне закончить.
Она вздохнула, сдержала боль и попыталась заговорить отчетливо, но не слишком громко.
- Я уверена, что ты тоже это заметил. Я... я не из этого мира.
При этих ее словах зрачки Юй Синчжи сузились. Хриплым голосом он с болью произнес:
- Больше ничего не говори.
- Нет, послушай меня внимательно. Я не такая, как ты. Я не умру. Или я должна сказать, что, хотя я и умру, я смогу переселиться в другой мир? То, что я могу... немного похоже на здешние легенды. Я - просто душа, одолжившая мертвая тело. Ты меня понимаешь? Пока ты жив, мы сможем встретиться в будущем.
Чжоу Сяосяо чувствовала себя духом лисицы из мифов. В холодных Диких Землях, в самый критический момент, она гладила ученого по лицу, мягко намекая ему, чтобы он забыл ненадолго о своих верованиях и поверил, что она воскреснет, а они смогут встретиться вновь, в следующей жизни.
Сегодня она продемонстрировала отличную актерскую игру, и, хотя она, казалось, говорила с легкостью, все ее силы ушли на то, чтобы придумать толковую ложь, которая могла бы переубедить этого умного, но ужасно упрямого человека.
- Извини, я действительно солгала тебе. Может быть, эта смерть будет для меня концом, и, может быть, даже после нескольких переселений я все равно не смогу вернуться к тебе, но я действительно надеюсь, что ты сможешь выжить. Пожалуйста, просто отпусти меня и беги.
Внезапно на лицо Чжоу Сяосяо упала капля воды.
Ошеломленная, она коснулась своего лица.
Прозрачные слезы падали сверху, мерцая под солнечным светом, и разбивались, падая ей на лицо.
Снова и снова.
Как я заставила его заплакать? Я ведь еще даже не начинаю рыдать.
На лице Юй Синчжи застыли печаль и страдание.
- Раз ты говоришь, что не умрешь, давай попробуем умереть вместе.
Не дожидаясь, пока она отреагирует, Юй Синчжи сунул им в рот две полые тростинки, которые он заранее приготовил, крепко обнял ее и вместе с ней прыгнул в воду.
Прежде, чем она погрузилась в пронизывающую до костей холодную воду, Чжоу Сяосяо услышала, как мужчина шепчет ей на ухо хриплым от печали голосом:
- Пожалуйста, потерпи. Ты должна держаться, ради меня. Не умирай.
Темная и холодная речная вода мгновенно затопила ее тело, заглушив все чувства.
Она хотела сказать: «Как ты можешь плыть, если ты тоже, как и я, ранен?»
Как же это глупо…
Но бурлящая речная вода не позволяла ей открыть рот.
Огромная волна боли надавила ей на спину, и она провалилась в глубокую бездну. Она потеряла сознание.
В этом хаосе единственным, что она могла чувствовать, было крепкое объятие чужих рук. Это было похоже на веревку, привязанную к концу воздушного змея, которая тянула ее назад каждый раз, когда ее душа пыталась сорваться, тянула ее обратно на землю, чтобы она не затерялась в небесах.